Баламут 3 (СИ)
— Мария Ма-…
— Рат, я ушла под твою руку! — не дав мне договорить, напомнила она. — Значит, «Маша» и «ты»: да, я старше, но ПОД тобой. Причем осознанно, а не от безысходности: я помню, как ты относился к Танюшке, и вижу, с какой любовью на тебя смотрят Лариса с Марией, поэтому вложила в клятву Силой всю душу без остатка! Кстати, перебила первый и последний раз — даю слово, что больше такого не повторится. Более того, с этого момента и впредь твоя воля — закон.
— Жестковато, однако… — буркнул я, чтобы дать себе время обдумать ее утверждения.
Женщина криво усмехнулась:
— Не сказала бы. У тех же Шубиных этот тезис включен в клятву Силой. Но есть нюанс: для меня, принятой в побочную ветвь, законом являлась воля ее главы и… всех членов основной без какого-либо исключения! К главе рода и Владимиру Игнатьевичу у меня претензий нет и не может быть — они вели себя исключительно достойно и заслужили мое искреннее уважение. А с женской половиной я так и не ужилась. Ибо была чужой. Хотя старалась изо всех сил. Поэтому, узнав о начале мобилизации, изъявила желание отдать часть долга Шубиных перед государством, послужив Российской Империи на прежнем месте и в прежней должности.
Я прикрыл глаза, представил, как ее могли гнобить бабы из основной ветви этого рода, почувствовал себя виноватым и вздохнул:
— Ну да, если смотреть на ситуацию под таким углом зрения, то у нас тебе будет куда комфортнее. Кстати, о комфорте: твоя служба осталась в прошлом, ты вошла в основную ветвь рода, а значит, можешь забыть об «армейском стандарте», то есть, отпустить волосы, перестать контролировать вес, изменить фигуру так, как заблагорассудится, сместить фокус раскачки навыков с профильных на те, которые интересны тебе, носить «гражданку» и тэдэ.
Тут она подняла руку, дождалась моего кивка и спросила, каким я вижу ее будущее. Вернее, сначала сообщила, что наряду с Жизнью имеет сродство с Водой, что доросла до седьмой ступени мастера и там, и там, и что когда-то специализировалась не на целительстве, а на боевке. Потом скинула на комм полный список освоенных заклинаний, имеющихся навыков и допусков, а вопрос о будущем задала только после того, как я его изучил.
Очередная демонстрация абсолютного доверия требовала хоть какого-нибудь шага навстречу, и я его сделал:
— Маш, одной из побочек моего рождения в Зоне стало «размазанное» сродство с несколькими школами магии. Одна из них — Разум: я владею навыком под названием щуп, позволяющим при касании чувствовать эмоции. О том, что ты вложила в клятву Силой душу, знаю, так как на церемонии намеренно взял тебя за руку. А еще нисколько не обиделся на «своеволие и упрямство», ибо привел в род под свою ответственность. Теперь о планах на твое будущее. Откровенно говоря, их нет: если ротмистра Тверитинова я тяну к нам, как мага, способного усилить боевое крыло, то тебя — как личность, которую искренне любила Таня и которая так же искренне любила ее. Говоря иными словами, я хочу, чтобы ты… спустилась со Стены. То есть, перестала жить на щелчке, чувствовать себя одиночкой и ежесекундно ждать подвоха, поверила, что тебя больше никто не обидит, ощутила себя женщиной, а не придатком к операционному столу, нашла общий язык с теми, кто мне дорог, и когда-нибудь поставила себе цель, которую интересно добиваться!
Пока я излагал свои мысли, кстати, нисколько не кривя душой, Мария Матвеевна смотрела на меня квадратными глазами. Потом вытерла уголки увлажнившихся глаз, подалась вперед, демонстративно прикоснулась к моей ладони, выждала пару секунд и шарахнула через щуп концентрированной благодарностью:
— Собой займусь. С сегодняшнего дня. А все остальное целесообразнее всего делать в комплексе. Ведь для того, чтобы найти общий язык с теми, кто тебе дорог, надо с ними общаться. Причем не раз в сто лет, а каждый божий день. Отпускать прошлое легче всего, занимаясь чем-нибудь интересным. А спускаться со Стены легче всего к тому, кому веришь. В общем, включи меня в свои планы. В любые, начиная с тренировок и заканчивая войной против всей Вселенной: я не подведу, не подставлю и не предам…
* * *…Инструктаж провел предельно добросовестно, сначала показав Маше трехмерную голограмму доступной ей части Замка и «подсветив» несколько автоматических стрелковых турелей, завязанных на артефактные сканеры, а затем устроив небольшую экскурсию и дав почувствовать кожей негативную реакцию родового кольца на пересечение границ «зеленой» зоны. Конечно же, не забыл рассказать и о «положительной» части функционала украшения, то есть, о пространственном кармане, тревожном маячке, активирующемся как от импульса Силы владельца, так и по медицинским показаниям, двух встроенных накопителях экстра-класса и так далее. А на обратном пути завел в спортивный комплекс и показал нашу гордость — бассейн с небольшой вышкой для прыжков в воду и общий банный комплекс.
Пока новоявленная родственница обалдело разглядывала панорамное голографическое «окно», за которым бушевала метель, уютную зону отдыха с баром и лежаками, два трамплина и ярко-синюю «чашу» с кристально чистой водой, я отправил Даше запись нашего разговора. А через несколько минут получил ответ:
«Все, вцепилась. Но пока недостаточно надежно. Но это поправимо. Поэтому поднимай ее в наш хамам и оставляй мне. А сам вали к Маришке — она, вроде, созрела. Кстати, временный доступ в эту часть нашего этажа я Матвеевне уже дала…»
Слово «созрела», выделенное жирным шрифтом, ударило в голову, и я заторопился — дождался очередного восторженного восклицания Марии, согласился, что лежаки не только безумно красивые, но и безумно удобные, а через пару мгновений сокрушенно вздохнул:
— Но красота и удобство по-настоящему радуют только тогда, когда вокруг хорошая компания, а в душе — жаркое лето. Увы, в твоей душе в лучшем случае ранняя весна, а это не дело. Поэтому будем ее отогревать.
— Звучит на редкость заманчиво! — улыбнулась целительница, заметила, что я качнулся к двери, вскочила с облюбованного лежака, обошла бассейн и, наткнувшись взглядом на свое отражение в зеркальной стене, расстроено поджала губы.
— Так и есть! — согласился я. — Эти лыжные брюки, водолазка и ботинки не подходят даже к ранней весне. Делай выводы.
— Уже… — твердо сказала она, первой вышла в коридор, вцепилась в подставленный локоть и спросила, как рядовые члены рода получают доступ к благам цивилизации.
Я невольно усмехнулся:
— Маш, слазь со Стены: наш род — не армия и не спецслужба, а Замок –не режимный объект!
— Да, но это поместье находится в жуткой глухомани!
— Верно… — согласился я, пропустил женщину в лифт, ткнул в нужный сенсор и продолжил объяснения: — Поэтому в самом простом варианте можно договориться с кем-нибудь из боевого крыла, чтобы не гонять по глухомани в одиночку, спуститься в гараж, взять первый попавшийся внедорожник и отправиться по единственной дороге в Савватеевку, Нерчинск или Ардатов. Если не к спеху, то есть вариант покомфортнее — каждую субботу служба снабжения гоняет в Читу и обратно военно-транспортный «Скиф». Вертушка поднимается в воздух в восемь утра, ближе к девяти садится на частном летном поле в четырех километрах от центра города, а обратно вылетает в восемнадцать ноль-ноль. Нет проблем и с транспортом: в нашем ангаре стоят не только грузовички снабженцев, но и две разъездные машины. А для въезда на охраняемую территорию или выезда с нее требуется комплект из личного идентификатора и родового кольца.
— Толково… — задумчиво пробормотала она и непонимающе уставилась на троечку, появившуюся на информационном табло.
— Предупреждающий жар почувствовала? — спросил я.
— Неа!
— И правильно. Ведь ты идешь отогревать душу… вместе с тушкой, так что получила временный доступ на хозяйский этаж… — с улыбкой сообщил я, вытолкал женщину из кабинки и отправил навстречу Даше, обнаружившейся в середине фойе: — Маш, передаю тебя в надежные руки тезки и на какое-то время ухожу по делам. Постарайся как следует расслабиться!