Баламут 3 (СИ)
Я понимал, что «злобная бабка» не только бесится, но и работает, отталкиваясь от того, что ощущает в эмоциях экс-Императора, так что выполнил эту просьбу без колебаний. Причем намеренно влил в плетение достаточно Силы, чтобы ее структура проявилась в реальности. Вот Ярташ Ан Тиис и «прозрел». В тот момент, когда понял, что задыхается далеко не просто так и на расстоянии, на котором привычные ему методы воздействия не работают.
— Теперь покажи, как работает дематериализация, а все остальное он додумает сам, если не дурак. Уничтожь, к примеру, во-он то уродское кресло — прости, Раймс, но оно мне страшно не понравилось еще в прошлый визит…
Показал. А через считанные мгновения мысленно усмехнулся, услышав дальнейшие комментарии Степановны:
— Ага, тебе не кажется: Раймс и оживает, и молодеет на глазах. И знаешь, почему? Потому, что от его эмоций не смердело и не смердит. Нет, твои мне не нравятся… Зажрался! В смысле, привык к абсолютной власти, а она, как известно, развращает, причем развращает абсолютно… Ага, он тебя уважает не просто так. Но разве ваша дружба равная? Не смеши: дружи ты с ним по-настоящему, вывернул бы его обидчиков наизнанку САМ! Да ну, перестань: раз твой сын тебя до сих пор не прибил, значит, хоть немного, да уважает, соответственно, не стал бы мешать наказывать обидчиков друга… Ого, да ты небезнадежен и способен признавать свою вину хотя бы мысленно!
— Я способен на многое… — процедил Ан Тиис, открыв рот первый раз с момента появления Маришки. — Сотрудники службы безопасности дворца действовали согласно должностным инструкциям и на основе информации, полученной от моих лечащих врачей, то есть, были уверены в том, что Раймс пытался меня убить!
— Что ж, тогда мне нужны ЕЩЕ И лечащие врачи. Ибо их стараниями друг рода Елисеевых-Багряных должен был превратиться в старую развалину в течение полутора-двух роенов!
— Его вылечили. В самой современной медкапсуле! — начал, было, экс-самодержец, но вызвал презрительный смешок:
— Вылечили? Да ладно! Хочешь, я скопирую последствия воздействий этой вашей медкапсулы на какого-нибудь мальчишку из твоего рода, чтобы ты смог понаблюдать за процессом превращения здорового человека в старую развалину? Да ладно, не верю своим ощущениям!!!
— Зря: может, я дружу с Раймсом не так, как вы считаете должным, но оценил его поступок, сделал все, чтобы его вылечили, прилетел к нему в особняк, чтобы лично извиниться, а сейчас чувствую себя винова-…
— А еще злишься. На мою бесцеремонность… — перебила его Маришка.
— Верно: я к такому не привык!
— И не понимаешь, как себя теперь вести.
— Так и есть…
Целительница убрала руки с шеи Та Кальма, отступила от него на шаг, удовлетворенно оглядела заметно посвежевшего мужчину и заявила, что он здоров, а в следующий раз она откатит ему возраст еще роенов на восемь-десять. Затем открыла рядом с собой «зеркало», продавила его правой ногой и плечом, нехотя вспомнила об Ан Тиисе и, замерев между мирами, вперила в него тяжелый взгляд:
— Мы, Елисеевы-Багряные, всегда воздаем сторицей и за добро, и за зло. Что такое «сторица», тебе объяснит мой внук. Само собой, если захочешь и попросишь. Сделаешь правильные выводы, причем не разумом, а сердцем — вероятнее всего, получишь ответы на часть вопросов. Не сделаешь — тоже… хм… получишь. Но ответы на совсем другую часть вопросов тебе точно не понравятся…
Глава 16
9 февраля 2113 г.
…В кабинете деда оказалось шумно, но по-семейному уютно. Юмми, заметно округлившаяся в стратегически важных местах и переставшая робеть по поводу и без, с пеной у рта доказывала необходимость покупки какой-то электронной приблуды, причем не у нас, а на Шеллеме, глава рода, вроде как придиравшийся чуть ли не к каждому ее слову, одобрительно щурился, его благоверная, защищавшая «свою девочку» от нападок «старого пня», тоже не столько рычала, сколько развлекалась, а Виталий Михайлович откровенно посмеивался. На мое появление теплая компания отреагировала… ожидаемо: глава рода, изображавший зануду, потребовал, чтобы я побыстрее свернул «зеркало» и не устраивал сквозняк, хотя прекрасно знал, что плоскость сопряжения не продавливается даже при очень большой разнице в плотности атмосферы между смежными мирами; Степановна принялась жаловаться на его самодурство; «жертва самодурства» облегченно выдохнула, а Тверитинов просто поздоровался, ибо мы с ним в этот день еще не сталкивались.
Я выполнил требование первого, на всякий случай изобразив опасение, посочувствовал второй, вынужденной жить с таким монстром, ободряюще подмигнул третьей, пожал руку четвертому, присел на подлокотник кресла «злобной бабки» и изложил результаты трехчасового «веселья». Само собой, заострив внимание благодарных слушателей на сильных и слабых сторонах протестированного заклинания, а об обретении нового сродства Язвой и Бестией только намекнув:
— Первый, второй и четвертый варианты миксера мы забраковали: либо не проходят, либо быстро слетают, либо вызывают недостаточно серьезные сбои высшей нервной деятельности. Зато третий оказался дрянью похлеще помутнения сознания и головокружения, вместе взятых. Кроме того, работает не только на людях, но и на животных, вызывая одновременно и сильнейшую атаксию, и серьезнейшие позиционные пароксизмальные головокружения [9]. Да, блокируется даже слабыми покровами, да, не срабатывает при наличии сродства с Разумом уровня пятой ступени ученика и выше даже при атаке Грандами выше четвертой ступени, зато цели, не имеющие ни первого, ни второго варианта защиты, мгновенно выключает из боя. Причем выключает с концами — мы перепробовали все известные плетения школ Жизни, Хаоса и Разума, но так и не смогли откатить воздействие. В общем, это заклинание получилось толковым, но разрабатывать версию, работающую по площади, я бы не советовал: если эта дрянь зацепит своего, то я… заранее сочувствую изобретателю!
Народ проникся. Правда, по-разному — если дед и Виталий Михайлович обрадовались появлению в арсенале боевого крыла нового по-настоящему мощного заклинания, а Юмми зябко поежилась, то Маришка застрадала из-за того, что владеет только одним сродством из двух необходимых, и обиженно выпятила нижнюю губу:
— Ну вот, опять все самые веселые плетения достаются Баламутищу и его бабам!
— Так переходи в его крыло! — предложил ее благоверный и конечно же, вызвал «жуткую вспышку ревности»:
— Ах, вот оно, значит, как? Мелкую — в койку, а меня под благовидным предлогом — на свалку истории⁈ Нет, я, конечно, уйду! Но перед уходом так громко хлопну дверью, что у тебя и этой нахалки отвалятся все выдающиеся достопримечательности!!!
Тут дед изобразил раскаяние, Юмми, уже разобравшаяся в характере «злобной бабки», ему подыграла, а мы с Тверитиновым заржали. А потом у ротмистра завибрировал комм, и Виталий Михайлович, вывесив перед собой «Око», посерьезнел:
— Прошу прощения за то, что прерываю семейную сцену, но «клипса» Авьен снова на ее столе. Причем повернута креплением к правому дальнему углу.
Я вывел на экран своего коммуникатора программу, конвертирующую время Шеллема во время Замка, произвел несложные вычисления и озвучил ответ:
— Раймс ждет нас к шестнадцати двадцати трем, то есть, через пятьдесят две минуты.
— Твои девки в порядке? — спросила Степановна, не забывшая о том, что Шахова с Долгорукой только-только обрели новое сродство, соответственно, могли и не восстановиться.
Я утвердительно кивнул, выслушал два немаловажных дополнения к ценным указаниям, полученным после анализа первой беседы с Императором Ярташем, затем нахально заявил, что осмотреть поместье рода Та Кальм на предмет появления групп захвата, маньячных ученых или особо продвинутой электроники «научники» смогут и без нас, «боевиков», открыл «зеркало» и умотал к себе. Расслабляться перед очередным визитом в «мир будущего». А там попал. По-крупному. «Прокравшись» на кухню, обняв со спины Ларису, нарезавшую салат и, конечно же, «не обратившую внимания» на мой силуэт, показанный чувством леса, и поцеловав ее под ушко: обрадованная женщина мгновенно забыла о том, чем занималась и, стремительно провернувшись в кольце из моих рук, замкнула свое. После чего вернула поцелуй сторицей, причем с таким нешуточным пылом, что мгновенно выключила мне голову вспышкой воистину безумного желания. А через несколько секунд… хм… вступления к чувственному безумию вдруг отстранилась и… рассмеялась: