Баламут 3 (СИ)

Мужчина прикипел взглядом к картинке, оценил мощь обезглавливания и поежился:
— Серьезное умение!
— Враги не жалуются! — ухмыльнулся я, пододвинул «Око» к пеньку и дал собеседнику возможность пощупать срез. Как ни странно, он отказался:
— Благодарю за предложение, но это необязательно: я уже убедился в том, что все вышесказанное является правдой, поэтому готов к серьезному разговору. Кстати, доказывать, что вы не желаете зла мне, моему роду или Шеллему, тоже не требуется — я слишком хорошо знаю свою дочь и вижу, что она вам по-настоящему доверяет. А завоевать такой уровень ЕЕ доверия последние роенов тридцать считается невозможным…
* * *
…Прежде, чем начать «серьезный разговор», Раймс Та Кальм спросил у дочери, какие изменения она внесла в настройки СКН спальни. Получив развернутый ответ, заявил, что с уровнем доступа, имеющегося у его дочери, добиться большего было физически невозможно, но достигнутый уровень конфиденциальности его не устраивает, и довел его до максимума. Потом я по просьбе Авьен «организовал» еще одно кресло, «позаимствовав» его из закрытого кабинета ее покойной матушки, и сделал шаг навстречу, приложив главу рода целым комплексом целительских заклинаний, выученных под руководством Степановны как раз на этот случай.
Оценив практически мгновенные изменения в своем самочувствии, мой собеседник склонил голову к правому плечу, что, по местным понятиям, считалось демонстрацией глубочайшей благодарности, затем выразил ее же в коротком, но ни разу не «пустом» монологе и предложил перебраться к столу. Я, естественно, согласился, по совету хозяйки спальни откатил этот предмет обстановки от стены и развернул на девяносто градусов, передвинул кресла и, расположившись в «своем», выполнил одну из предварительных договоренностей и передал слово Авьен. А она, устроившись на кровати, обозначила условия, на которых настояла сама:
— Пап, прежде, чем вы начнете тропить путь [7], считаю необходимым сообщить, что почти все маги рода Елисеевых-Багряных являются эмпатами, то есть, ощущают эмофон собеседников. Поэтому при принятии серьезных решений всегда проверяют чистоту истинных побуждений потенциальных партнеров. А для того, чтобы продемонстрировать чистоту своих истинных побуждений, подкрепляют договора так называемой клятвой Силой, которая, как я убедилась лично, не оставляет магам ни единственного шанса нарушить данное слово. Я считаю такой подход к заключению партнерских отношений более чем разумным, успела зауважать тех Елисеевых-Багряных, с которыми уже имела дело, и очень не хочу возникновения, скажем так, недопониманий. Поэтому вывела их на тебя и продавила несколько обязательных условий для сотрудничества. По тем же причинам поставлю ряд условий и тебе. Условие первое, необсуждаемое: все вопросы, интересующие Елисеевых-Багряных на Шеллеме, решаются только через тебя. Говоря иными словами, об участии Лармиса в этом деле можешь даже не заикаться…
Она действительно настояла на этом условии, так как считала старшего брата и наследника рода Та Кальм патологическим лжецом, честолюбивым мерзавцем, конченым эгоистом, подлецом и так далее. К этой же категории относила и наследника правящего императора, с которым, оказывается, была неплохо знакома. Поэтому предупредила, что на уровне межгосударственных контактов лучше иметь дело с нынешним самодержцем.
Кстати, Раймс, хоть и помрачнел, но согласился со справедливостью этого требования. А затем задал вопрос, подводящий ко второму условию:
— Как ни обидно это признавать, но ты права: позволять ему общаться с эмпатами крайне неразумно. Равно, как и подпускать к информации такого уровня. Но тут возникает небольшая проблема: если верить результатам последнего обследования, я протяну от силы роена три-четыре. Значит, имеет смысл начать готовить себе преемника. А твои племянники, увы, не лучше отца.
— Боюсь, что ваших врачей придется немного расстроить… — улыбнулся я. — Здоровье мы вам вернем. И откатим биологический возраст. На первом этапе — роенов на десять, дабы слишком резкие изменения вашей внешности не вызвали лишнего внимания к вам и вашему роду. А там посмотрим. К слову, это условие выдвинули мы, а не Авьен, и не считаем его услугой.
 
Хозяин особняка порадовал реакцией и на это заявление:
— Что ж, тогда я оставляю право в одностороннем порядке ответить добром на добро!
— Возражать не будем! — ухмыльнулся я, подождал, пока «отмычка» перечислит остальные условия, а Та Кальм их примет, и снова взял бразды управления переговорами в свои руки: — А теперь я дам вам необходимый минимум информации о нашем роде, дабы вы понимали мотивы тех или иных поступков. Итак, мы, Елисеевы-Багряные — пожалуй, самый маленький аристократический род Российской Империи, второго по величине и первого по влиятельности государства планеты Земля. В нашем конкретном случае размер рода не так важен, как может показаться на первый взгляд: одна из моих женщин является ближайшей родственницей Императора, так что у нас имеется принципиальная возможность продавить почти любое решение. Тем не менее, мы этой возможностью не пользуемся — живем на окраине страны, практически не появляемся в высшем свете и занимаемся тем, что интересно. Тем не менее, в случае необходимости делаем все, что должно. К примеру, очень неплохо повоевали в недавней межмировой войне и нашли способ ее закончить, за что большая часть рода была награждена высшими наградами государства. Говоря иными словами, несмотря на некоторую отстраненность, мы являемся патриотами и радеем не только о своем благе, но и о благе своей страны. Кстати, раз я упомянул слово «война», имеет смысл сообщить, что за тысячу с лишним роенов существования Российская Империя не начала ни одной войны или вооруженного конфликта с сопредельными государствами. Зато на внешнюю агрессию отвечала со всей широтой души, из-за чего ее частенько сравнивают с одним из самых крупных и флегматичных животных нашей планеты, которого крайне сложно расшевелить и почти невозможно успокоить.
— Интересный штрих! — усмехнулся хозяин особняка. — «Не будите спящего…» как называется это животное?
— Медведь.
— Значит, «Не будите спящего медведь», верно?
Я утвердительно кивнул и продолжил начатый монолог:
— Так вот, вместо того, чтобы прожигать жизнь в бессмысленной борьбе за место возле трона, наш род занимается артефакторикой и исследованием сопредельных миров. И если в первом вопросе у наших артефакторов еще имеются достаточно сильные конкуренты, то во втором вопросе мы являемся монополистами, так как по ряду причин продвинулись в изучении магии Пространства на порядок дальше, чем все остальные исследователи. Кстати, об этих успехах и появившихся возможностях знают даже не все родичи, а в безопасность, в том числе и информационную, мы вкладываемся более чем серьезно. К примеру, захватывать меня в плен и выбивать знания абсолютно бесполезно: даже если удастся подобрать ключик к магической защите моего разума, что, поверьте на слово, в мире, развивающемся по вашему вектору, просто невозможно, то в нем не обнаружится ни единого факта о технологии создания каких бы то ни было артефактов, ибо я — вояка чистой воды.
— Я бы выразилась пожестче… — без тени улыбки заявила Авьен, а когда поймала вопросительный взгляд отца, криво усмехнулась: — Видела в деле и Ратибора Игоревича, и его напарниц. Впечатлилась как бы не сильнее, чем при изучении последствий операции «Немис».
Об операции, которую она упомянула, я не слышал ничего, но не стал тратить время на расспросы, а плавно перешел к следующему вопросу:
— Да, боевые маги — не подарки. Но мы пришли к вам с миром, так что о мире и поговорим: мы бы хотели получить полную технологическую карту производства антигравитационного двигателя любого поколения в обмен на поставки биоактивного сырья, характеристики которого я подробно опишу после получения принципиального согласия…