Баламут 3 (СИ)
В нормальный режим, то есть, в тот, в котором удавалось хоть немного абстрагироваться от крайне неприятных ощущений, включился цикле на шестом или седьмом. А на последних секундах четырнадцатого выключился из-за «неправильной» вибрации будильника коммуникатора, подождал, пока обессиленная Хельга отползет в сторону, пододвинулся к Шаховой и снова замкнул уменьшившееся «кольцо». Увы, вернуться в прежнее состояние не получилось, так что пришлось мучиться с этого момента и до конца одной из самых извращенных тренировок на свете. В результате завалился навзничь чуть ли не раньше, чем скинул адские плетения, краем сознания отметил, что приложился затылком к чему-то мягкому, не сразу, но вспомнил, что там лежала наша целительница, но сдвинуться в сторону не смог.
Пришел в себя только через четверть часа, активировав восстановление и просветление — заклинание школы Разума, придуманное Степановной для максимально быстрой и безвредной «реанимации» сознания. А потом попал — Язва, оклемавшаяся чуть быстрее, заметила, что я лежу, пристроив затылок на живот Маши, и обозвала ее классным подголовником, а меня… дурачком. И посоветовала в следующий раз падать не поперек, а вдоль. Как водится, к обсуждению наиболее комфортных вариантов присоединилась Долгорукая, авторитетно заявила, что надо рассмотреть каждую вариацию трех базовых, и предложила перейти от теории к практике.
Вот я и сбежал. Под жизнерадостный хохот женщин, пытающихся сбросить моральную усталость. И отомстил, стянув спортивный верх вместе с футболкой еще на выходе из палатки, избавившись от штанов в прямой видимости этой троицы и с разбега рухнув в чуть холодноватую воду. Да, меня догнали и попробовали утопить. Но развлекались совсем недолго, так как планы на день никто не отменял. В итоге уже в семь двадцать я открыл «зеркало» в кейф, в семь тридцать пять закидал в пасть два бутерброда с холодными котлетами, без десяти восемь следом за своими дамами вошел в лифт и ткнул в нужный сенсор, а без двух взбежал по трапу «Скифа». Зато в нем как следует расслабился. Конечно же, после того, как поздоровался с экипажем и снабженцами — упал на законное место между Дашей и Ларой, «отдал» им руки, раскидал щупы, закрыл глаза и продрых практически весь перелет до Читы.
Проснулся от просветления Долгорукой, кинул взгляд в иллюминатор, сообразил, что вертушку вот-вот закатят в ангар, и торопливо влез в Сеть. Автоматическое такси, заказанное накануне вечером, обнаружилось рядом с ним, так что я вытащил из перстня куртку, шапку и перчатки, оделся, поухаживал за дамами и… уже через пару минут здорово удивил народ, не имевший представления о наших планах. В смысле, проигнорировал наши внедорожники, довел напарниц до ярко-желтой «Ладоги», помог забраться в салон, сел на переднее сидение и залил в ИРЦ нужный адрес.
Езда по центру Читы в субботу утром и в мороз под тридцать градусов доставила море удовольствия: движения, можно сказать, не было, пешеходов — тем более, так что наш автомобиль скидывал скорость только на некоторых светофорах да из-за снегоуборочных машин. В результате к самому модному торгово-развлекательному центру города с ни разу не местным названием «Каспий» мы подъехали, что называется, с ветерком, высадились прямо у центрального входа и в темпе влетели в тепло. Программу посещения этого объекта дамы прорабатывали последние несколько дней, поэтому уверенно повернули направо, промчались мимо череды витрин пока еще закрытых магазинов и привели меня в лифтовый холл. Потом затолкали в лифт, подняли на пятый этаж, так же уверенно навелись на ресторан «Садко» и, ни разу не заплутав, финишировали в весьма уютном кабинете с видом на Соборную площадь.
Там мы плотно позавтракали и заодно убили время до десяти, а потом отправились в серьезнейший набег по магазинам четвертого, женского этажа. Причем командовали Бестия с Язвой, Хельга безропотно примеряла все, что ей показывали, а я ухохатывался, делал искренние комплименты и платил. Почему ухохатывался? Да потому, что плетение, которым «злобная бабка» коварно приложила целительницу после завершения мутации, оказалось… хм… формообразующим. То есть, шесть суток терзало «несчастную» Машу диким голодом и заставляло есть, как не в себя, а на выходе одарило формами на зависть… если не Долгорукой, то Шаховой.
Нет, никаких претензий к красоте, пропорциональности и упругости итогового «комплекта» не было и быть не могло. В смысле, у меня, Ларисы, Даши, моих родителей и деда со Степановной. А жертва самой лучшей шутки из всех возможных никак не могла привыкнуть к «лишним» объемам и зависала каждый раз, когда натягивала что-нибудь облегающее. Вот мои оторвы и развлекались. Правда, для того, чтобы «кукла» не обиделась, щедро делились восторгами через щупы. А после посещения магазина женского белья и купальников, в котором Хельге пришлось сложнее всего, затащили ее в отдел элитной одежды и нарядили в настолько стильный деловой костюм, что я восхищенно присвистнул, а Маша… прозрела:
— Это я?!!!
— Ага! — без тени улыбки подтвердила Долгорукая, а затем достала из кольца и попросила еще раз примерить летнюю блузку, облегающие брючки, босоножки на платформе и комплект белья, купленные чуть раньше.
Целительница, естественно, повиновалась. А когда заново оценила результат, задала правильный вопрос:
— Народ, чем отблагодарить Марину Александровну за сумасшедший подарок?
…Из ТРЦ выехали только во втором часу дня, накупив гору подарков для родичей, добрались до Оленьего Вала и высадились из очередного такси перед автосалоном «Торос». «Святогор» особой комплектации туда привезли еще в среду, мы сообщили о времени приезда заблаговременно, поэтому я рассчитывал потратить на все про все от силы четверть часа. Но не тут-то было: вместо консультанта или, на худой конец, администратора нас встретил владелец этого заведения и все руководство! Нет, случись нечто подобное, скажем, в сентябре или начале октября прошлого года, я бы понял, ведь тогда наши фамилии были на слуху, и чуть ли не каждый россиянин пытался нас хоть как-то, да отблагодарить. А тут благодарили в середине января, когда сотни, если не тысячи «модных» скандалов надежно затерли воспоминания о Волне и чуть было не случившемся втором Вторжении. Вот я и начал искать в происходящем двойное дно. Но не нашел. Вообще: нас не попросили даже сфотографироваться для какой-нибудь «стены особо важных покупателей». Зато благодарили с душой и не только на словах — владелец автосалона, полный тезка Тверитинова, пытался подарить три мощнейших снегохода. Причем без какого-либо расчета — в тот момент, когда он убеждал меня их принять, я смог воспользоваться щупом и убедился в том, что как минимум этот мужчина говорит то, что думает. А потом решил определиться с его мотивами и спросил, почему три и почему именно нам.
Ответ не заставил себя ждать:
— В одной из групп беженцев, которую вы и две ваши напарницы нашли в тайге под Савватеевкой, подлечили, снабдили всем необходимым и направили к Полосе, были мои внуки и невестка. Я пытался на вас выйти еще с конца лета, но безуспешно: во время торжественного награждения к его участникам и высокопоставленным гостям Империи не подпускали даже на километр, сетевая страничка отдела, который вы возглавляли, очень быстро закрылась, для въезда на ваши родовые земли требуется допуск, а где его получать — непонятно. Да что там говорить: только в Дагомыс я прилетал четыре раза, но вас в особняке так и не застал. А тут повезло: вам передали армейский заказ через меня.
— Что ж, суть обеих проблем понял. За то, что меня сложно найти, прошу прощения. А по поводу подарка скажу следующее: мы сделали то, что должно. Поэтому нам будет достаточно простого человеческого спасибо.
Виталий Михайлович вцепился в мою ладонь, как клещами, сжал, глядя в глаза, затем сказал это самое «спасибо» и вздохнул:
— Я не удовлетворен. Так что предупреждаю, что выйду на вашего отца, объясню мотивы своего желания сделать вам действительно нужный подарок и передам снегоходы альтернативным способом.