Совершенный геном: Архичервь 11 (СИ)
— Время прийти в себя еще будет. — Гон Ши с интересом разглядывала юного Хоруанца. Василия описывали как взрывоопасную пороховую бочку, забитую цветастыми фекалиями. И это — слова сдержанного во всех смыслах Эдика, кто бы мог подумать, что он окажется таким вежливым и приятным парнем. Или новая жизнь так повлияла? — Возможно, разговор с возлюбленной пойдет ему на пользу?
Неожиданный вопрос Гон Ши заставил всех обернуться с озадаченными лицами, даже Эдик Лис, привыкший к выкрутасам жены, нервно дернул уголками губ.
— Возлюбленной? — Вася пытался вспомнить подробности, однако никак не мог найти ту самую. Последняя на памяти «возлюбленная» оказалась шпионкой КОСИУМа, которую хороший друг биомашина-Влад отравил насмерть. В остальном это кудесницы плоти, торгующие мастерством за странные бумажные деньги.
— Ну как же. — Гон Ши проплыла к широкой створке, и облокотившись о каменную гладь, устремила взгляд на тренировочную площадку. Там собрались наследники благородных династий, которых Карвина Аманоа просвещала о плюсах бытия воином Вормонд, наглядно демонстрируя способности. — Та девушка… В прошлой жизни вы были не разлей вода, жили душа в душу и любили друг друга очень крепко. Из-за предательства товарищей ты утратил воспоминания, а сейчас получил лишь обрывки того, что помнят другие. Понят они не все, ведь даже Вормонд не совершенны.
Физиономии друзей посерели, особенно Влада. “Хочешь поизголяться над Васей и Пашей Барсуком? Флаг в руки. Но не приплетай результаты моих трудов, глупая лиса”.
— Ступай, поговори с любимой, она тоже ничего не помнит о прошлой жизни. Вы наверняка снова сойдетесь. — Ободряюще погладив Васю по спине, Гон Ши нежно толкнула вперед. В ту же секунду бедолага перенесся на тренировочную площадку, аккурат под нос Карвины.
Когда Вася исчез, Гон Ши прикрыла рот широким белым рукавом и тихонечко рассмеялась, заставляя Влада и Салавата смотреть на нее из-под хмурых бровей.
— Не смешно, они оба — мужчины. — Салават не выдержал и выразил недовольство, выглядел он будто по верхней губе анализами кала провели.
Гон Ши было все равно, она, как и все двести тысяч избранных, обладала Альфа доминантой для командования проектом Зарождения. Подавление Салавата не страшно, его сила значительно уступает, так почему нужно сдерживать себя? Пока патриарх не разозлился, все в рамках дозволенного.
— Души не имеют полового разделения, только физические тела. — Влад, хоть и испытывал предубеждения, принесенные той средой, в которой вырос и воспитывался, всегда полагался на объективность.
Гон Ши в свою очередь взбодрилась. Похоже, никто не помешает развлекаться. Пять тысяч лет назад, помимо предателей, больше всех она недолюбливала именно неотесанного, грубого, и свирепого Пашу Барсука. У них постоянно возникали трения, то ли на почве межличностных предубеждений, то ли по причине природной несовместимости духов лисы и барсука. В любом случае, даже через пять тысяч лет она не забыла ничего, и вот-вот свершиться маленькая месть.
— Все равно нездоровая тема. — Салават вздохнул и медленно подошел к окну, глядя на то, как старый друг развязывает неловкий разговор с Карвиной. — Только представь, как будут чувствовать себя эти двое, узнав правду. Паша рвать волосы на голове начнет, а Вася вообще застрелится. Сделает чертежи на этой отсталой планете, соберет однозарядник и застрелится.
— Согласен. — Влад тяжело кивнул на слова лучшего друга. Он подошел к створке и встал рядом, озирая тяжелым взглядом представшую картину.
Не прошло и пары секунд, как оба рассмеялись, толкаясь плечами у окна. Теперь уже Гон Ши чувствовала себя глупо. Эдик Лис в очередной раз дернул губами. Давно потерянные чувства дружбы возвращалось спустя пять тысяч лет, как положительные, так и не очень…
Гон Ши покачала головой. Для нее древние и могущественные прародители зеленой заразы выглядели как шестилетние дети, пробывшие в стазисе, пока все остальные росли. Сама лиса озорством разбавляла скуку веков и давно прошедшей старости, но видя столь искреннее веселье, не могла не почувствовать тепло.
«Нужно познакомить их с правнуками, думаю, они подружатся».
Гон Ши ментально обратилась к Эдику Лису, и тому оставалось только кивнуть. Он не стал говорить жене, что по-настоящему войти в эту компанию намного сложнее, чем кажется. Со всей своей верностью, Лис нисколечко не сомневался, что, если встанет выбор, уничтожить все наследие Вормонд, включая его самого, или спасти кого-то из друзей, ни Вася, ни Салават, ни тем более Влад не будут колебаться.
*Примечание автора*
Прошу одобрить отпуск на десять дней, до семнадцатого сентября) Заранее спасибо за вашу благосклонность)
Глава 375: Паранойя
Влад не задержался у друзей. Предупредив об опасностях Хорона, как скрытых, так и явных, он вернулся в лабораторию крепости Аман. Поручения были распределены: Эдик Лис с пятнадцатью мифическими духами и шестидесятимиллиардной армией червей занялся Аонами. Гон Ши выпытывала у глав династий и верховных наставников знания о жестоких отцах. Салават взял ответственность за поддержание внутреннего порядка хоруанцев. Ему не доставало сил, но с престижем династии Диад и Аманоа за спиной, проблем не предвиделось. Эйдону же досталась работа по переносу на Хорон производственных линий норботтов, чтобы те по старым чертежам создавали капсулы генной модификации. К счастью, с материалами и реактивами для работы последних все в порядке. Вормонд часто применяли Фатум-машину — чудовищное творение Норботрона, которое способно перерабатывать целые планеты в ресурсы. Элементарные вещества и сложные химические соединения, в пространственных складах червей имелось все.
Сам же Влад в первую очередь занялся собой. Он выяснил, какой из сотен составных генов активировался при прорыве на Галактический цикл. Результат разочаровал: фантом жизни ясно показал мутации пищеварительной системы, улучшившей переработку кристаллических соединений. Сказать, что мутация бесполезна, ничего не сказать. В животе кипит кислота, под лопатками гудят реакторы, никогда проблем с переработкой каких-либо соединений не возникало.
Но основной недостаток далеко не в этом, а в самой структуре возвышения. У большинства рас во вселенной это проторенные дорожки, переданные предками в генетическом, или духовном наследии. Словно ствол, перерастающий в ветвистое дерево. У Вормонд структура возвышения походила на корни мокрицы: Взлохмаченные пучки, вьющиеся во все стороны, и переплетающиеся в самых разных, порой совершенно неподходящих, местах. Нет основной линии развития и вторичных тоже, ведь гены, собранные за тысячелетия, отсортированы геносбросом аонов. Остались только лучшие из подобных. Если наследственность содержала устойчивость к высокому давлению, то во всей вселенной, среди похожих генов, оставшиеся в архиве вируса Вормонд — несравненны. Будь то приживаемость, степень изменений физической, или иных оболочек, общая эффективность и устойчивость к мутациям, гены Вормонд превосходили прочие. Это одновременно прекрасно, и ужасно, ведь из-за мощности каждого гена, между ними не существует четкой иерархии и мутации возникают совершенно спонтанно.
Осознавая полезность обширного наследия, Влад не стал рубить с плеча и избавляться от «излишков». Он провел тщательный обзор каждого из девятисот тысяч кодирующих генов с помощью фантома жизни. Машина не поспевала за восприятием пользователя, но даже так просмотр вариантов и отсев самых бесполезных занял не так уж много времени. Всего трое Хоронских суток, за которые пришлось поставить крест практически на семидесяти тысячах генов. В основном это вторичные и третичные цепочки, отвечающие за пигментацию, синтез неусваиваемых белков, и так далее. Оставшиеся восемьсот тридцать тысяч пришлось запомнить.
Дизокулус — эндонуклеотическая мембрана семьи Эреб, защищающая геном от копирования и любого вешнего вмешательства. Он позволял работать над структурой ДНК Вормонд только своему создателю. Влад не просто так защищал свое наследие от чужих глаз, а потому помещать информацию о приобретенных генах на носители нельзя. Все хранилось в голове. Приходилось даже проверять фантом жизни на внешнее подключение перед разрушением дизокулуса и открытием генома. Паранойя, но как показало появление жестокого отца, она необходима.