"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Из-за овального, чуть перекошенного корпуса юпитерианского сухогруза выплыл нетопырь, плавно взмахивая перепончатыми двухметровыми крыльями. Уродливая маленькая головка с длинными, как у осла, ушами и тонкой шеей, прикрепленной к бурому, похожему на бурдюк телу, плавно покачивалась из стороны в сторону — похоже, нетопырь тоже хотел позавтракать.
— Э-эх, высоко летит, шельмец, — еле слышно прошептал Вий, выразительно облизываясь и глотая слюну. — Я бы его одним веком сшиб, как муху, кровопийцу этакого-разэтакого…
Внезапно откуда-то снизу молнией прочертила воздух белая нить, и длинная стрела со звоном ударилась в бок летающей твари, прямо в блестящие роговые пластины, защищающие его тело. Нетопырь дернулся, угрожающе зашипел и, лихо развернувшись, спланировал в тень танкера.
— Неудача, — добродушно констатировал Вий, бережно опуская перепуганного Сэмбо на пол — хоббит до дрожи боялся всяческой нечисти, в изобилии водившейся в окрестных металлических джунглях. — Эй, Робин, пора бы стрелять научиться, нечего народ смешить!
Ухмыльнувшись, мальчик выпрыгнул из распахнутого люка сухогруза на растрескавшееся бетонное покрытие и издалека приветственно помахал друзьям рукой.
— Доброе утро! — закричал он, поднимая над головой лук. — Пошли к капитану — нас приглашает Саманта!
— Саманта — это хорошо, — оживившись, прогудел гном, спрыгивая прямо в груду перекореженного металла, в котором смутно угадывался корпус радионавигационной станции космолета. — Значит, блины будут. С маслом, а может, даже со сметаной. Ты любишь блины со сметаной, Сэмбо?
Хоббит, пыхтя перелезавший через ржавый блок гидростабилизаторов, только хмыкнул в ответ. От голода у него урчало в животе. Но больше всего ему хотелось оказаться в теплом уютном доме капитана, улечься — не на опостылевшем прелом поролоновом тюфяке, а на мягком, пахнущем ромашками диване — и подремать всласть под неспешную беседу друзей.
У него было предчувствие, что впереди их ждут приятные перемены.
* * *Небольшой деревянный домик капитана Гордона, смотрителя музея космоплавания, располагался в нескольких десятках метров от гигантского бетонного забора, неприступной стеной огораживающего обширное пространство площадью около десяти квадратных километров. Из-за густой светло-зеленой пелены цветущего вишневого сада выглядывала простая двускатная крыша, покрытая красной черепицей, а рядом высился тонкий шпиль высокой сторожевой башни с округлой наблюдательной площадкой. Гараж и мастерские были вынесены за пределы приусадебного участка на квадратную асфальтированную площадь с темными пятнами корабельного масла. Ворота гаража были распахнуты, и перед ними стоял приземистый красный пескоход, лениво перебирая суставчатыми лапами с широкими плоскими ступнями. Некогда ему пришлось измерить вдоль и поперек дно многих марсианских морей. Теперь, на старости лет, пескоходу приходилось делать лишь нетрудные дежурные обходы по музею космического старья, где среди свалки мусора ему нередко попадались скелеты менее удачливых сородичей. От частого созерцания картин краха и разложения некогда замечательной техники красный пескоход стал циником и философом и на этой почве близко сошелся с Вием.
Сейчас, ранним утром, он пребывал в состоянии томной полудремы и поэтому лишь слабо махнул в знак приветствия одной из своих шести стальных ног, когда мимо него прошествовали Робин, Сэмбо и могучий гном, как всегда путавшийся в собственных веках. Лишь плывущий из раскрытых окон дома свежий запах горячих блинов, смешанный с ароматом цветущего сада, удерживал гнома от обычного нытья.
Стол был накрыт рядом с террасой, под раскидистой кроной старой яблони. Саманта в свежем розовом переднике, тихо напевая, расставляла на чистой белой скатерти тарелки с бутербродами. Тут же стояли несколько дымящихся кофейников и, специально для Вия, огромный самовар, спаянный умелыми руками капитана Гордона из латунных листов обшивки салона десантного космокатера. Посреди стола на большом блюде возвышалась солидная горка поджаристых блинов, истекающих янтарным маслом.
— Что празднуем? — вежливо поздоровавшись, спросил Вий, аккуратно усаживаясь на титановое сопло, служившее ему табуреткой. — Никак, у кого-то юбилей?
— Забыл? — Улыбаясь, Саманта поправила свои длинные соломенные волосы. — Кто хвастался, что у него скоро день рождения?
Бывший Черный Властелин охнул и с досадой хлопнул себя могучей ладонью по густо заросшему лбу — аж звон вокруг пошел.
— Надо же — совсем из головы вылетело! Ну точно, пятого апреля, как сейчас помню, выпекли меня на восточной Станции! Склероз совсем одолел на старости лет… И то сказать, два года уже живу — для нас, биороботов, это не шутка…
Сэмбо хихикнул, но так, чтобы обидчивый гном не услышал. Он достал из кармана давно припасенную синюю коробочку и торжественно протянул ее другу:
— Дарю тебе штуку, которая называется поливитамины. Здесь есть витамины А, В и…
Не успел он договорить, как Вий, раскрыв огромный рот, украшенный двумя рядами острых, как у акулы, зубов, мигом проглотил всю упаковку разом и замер с кислым выражением на грубом, словно вытесанном топором лице.
— Вий! — укоризненно произнесла Саманта под хохот развеселившегося Робина. — Это же вредно — сразу принимать столько таблеток, да еще в нераскрытой упаковке.
— Ничего, — Робин давился от смеха, — слуги его раньше и не так потчевали. Помнишь, Саманта, когда мы первый раз подлетали на флайере к Черному замку, Вий сидел на бревне и маялся животом? Съел, понимаешь, две пары сапог из свиной кожи, вот и прихватило…
Теперь откровенно хохотали уже все, и только Вий обиженно поджал толстые губы:
— Из-за вас же пострадал, а они еще смеются! Кто вас прятал добрые полгода в своем замке под видом леших, ведьм и всякой другой лесной нечисти? Я, Вий, Черный Властелин, повелитель Территории, самый красивый, замечательный и умный гном на свете! — Биоробот встал и гордо подбоченился. — И кормил я вас не подошвами от сапог, что приходилось самому лопать, а самыми жирными зайцами и лесными куропатками. Думаете небось, что нам, роботам, можно питаться железными гайками вместо жаркого? Да и не об одной жратве разговор… Помнится, сам Гэндальф не мог на меня нахвалиться, когда я раздобыл ему на складе в Центре запасные аккумуляторы, а вы…
— Прости, Виюшка, мы не хотели тебя обидеть, — ласково сказала девочка, подходя к гному и поглаживая его по могучей волосатой руке. — Без тебя прошлой зимой нам пришлось бы тяжело…
Вий смущенно закрыл глаза длинными веками и блаженно вздохнул:
— Ладно, я уже успокоился… Я вот чего жду: меня будут сегодня поздравлять или нет?
Робин не успел раскрыть рта, как где-то невдалеке тревожно загудела сирена. Стеклянное око телекамеры, укрепленное на смотровой площадке башни, стремительно вертелось из стороны в сторону, издавая неприятный скрежет.
— Бежим, Вий! — крикнул Робин, выскакивая из-за стола и на ходу хватая со скамейки автоматический карабин. — Капитану нужна помощь! Ну, чего ты копаешься?
Гном мигом смахнул со стола в раскрытую пасть полстопки горячих блинов, а заодно и кофейник вместе с крышкой и двухметровыми шагами последовал за Робином. Он любил, когда объявляли тревогу: было где поразмяться его могучему телу.
— Ежели опять нетопыри — всех перебью, паршивцев, до одного! — приговаривал он зычно. — Ну, если нетопыри!..
У гаража, нетерпеливо перебирая лапами, ждал пескоход.
— Опять опаздываете, — скрипучим голосом произнес он, неодобрительно косясь фарами. — На Марсе нас давно бы прихлопнул любой смерч или ураган, если бы мои косморазведчики были бы такими черепахами! Ногу, ногу убери, Вий, куда же ты на тормоз ее ставишь, деревенщина?
Взвизгнув рессорами, пескоход лихо развернулся и помчался, словно огромный жук, по центральной трассе, пронизывающей свалку железного хлама с севера на юг. Мимо мелькали корпуса старых кораблей конца двадцатого века, покрытые толстым слоем копоти. Почти тридцать лет назад списанные космолеты по решению ООН начали привозить сюда, в пустынные места штата Аризона, на территорию бывшего танкового полигона. Сначала здесь организовали нечто вроде музея космоплавания под открытым небом, но через несколько лет его закрыли: слишком уж опасными экспонатами оказались бывшие пассажирские лайнеры… И месяца не прошло после того, как музей был открыт для посетителей, а уже трое неосторожных экскурсантов погибли под обломками внезапно рассыпавшегося меркурианского космокатера и еще восемь получили серьезные ранения в момент взрыва остатков топлива на околоземной заправочной базе. Случилось и еще несколько странных происшествий, о которых охочая до всяческих сенсаций пресса предпочла ограничиться самыми скупыми, почти телеграфными сообщениями. После всего этого музей космоплавания выдержал нашествие десятков разнообразных комиссий. О результатах их деятельности широкая публика так и не узнала, но жителей двух близлежащих поселков в срочном порядке эвакуировали в другие районы страны. Последнее, что они увидели, когда грузились на броневики, были колонны грохочущих роботов-кранов, приступающих к возведению высоченной ограды.
