"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Обещанный Арсен не заставил себя долго ждать, опять неожиданно появившись в стенах Бюро. Он передал лично в руки академику видеокристалл – очередной привет от Стратега. Послание сильно озадачило Феодоровского. Он знал склонность Стратега к авантюрам. Тот уже не раз ставил перед Бюро, казалось бы, невыполнимые задачи, но чтобы такое! Теперь академик даже не представлял, как он объявит это на ученом совете. Указания Стратега звучали весьма лаконично: «Имеется планета Х, которую по экватору опоясывает гранитный (или другого, неизвестного нам вещества) пояс достаточной прочности и необходимой ширины. В наличии имеются все известные нам элементы в неограниченном количестве. Задача – организовать поточное производство «супернова»». С этого и начал свое выступление академик. Реакция ученых не замедлила себя ждать: «Нет такой планеты! Она просто не может существовать! Такой пояс просто разрежет планету пополам. Не могут находиться все элементы и минералы в одном месте, да еще в неограниченном количестве. Это физический парадокс». Затем последовали и более крепкие выражения. Пока бушевали страсти, академик Феодоровский успел составить черновой план, разбил ученых на группы, и, когда тем надоело спорить, они просто приступили к работе. В конце концов, идея их захватила. Придет время, и БСР сотворит очередное чудо – из-под его пера выйдет технология производства «супернова» в этих необычных, а по единодушному мнению ученых, и фантастических условиях. Дело оставалось за малым – реализовать все это на практике. Ученые отказывались верить, что такое возможно…
Военные тем временем занимались своими делами. Командный состав, невзирая на чины, уселся за школьные парты. Командующий флотом адмирал Рочев всех увлек своим примером, понимая состояние боевых офицеров, которых, вместо участия в генеральном сражении, превратили в школяров.
В основу формирования Звездных флотов был положен национальный признак. Первый флот называли русским – шестьдесят процентов его личного состава составляли русскоговорящие.
Интенсивней всего шла подготовка пилотов. Из-за нехватки тренажеров их использовали в четыре смены. Капитан Севастьянов привычно шел по узким коридорам учебного корпуса на очередную лекцию. Аудитория оказалось заполненной до отказа. Сегодня выступал молодой ученый, принимавший непосредственное участие в разработке новых кораблей:
– «Супернова» – так называются военные космические корабли нового поколения, с характеристиками которых нам предстоит сегодня ознакомиться, – начал доклад Игорь Панов. Младший научный сотрудник заметно волновался. Такое количество военных, их форма, блеск звездочек – все смущало его. Старшие товарищи отправили его отдуваться за всех, читать эту лекцию.
Военные слушали терпеливо, не перебивая.
– Начнем с внешнего корпуса. Он выполнен из так называемой мягкой брони. При попадании торпеды в корабль броня прогибается, пружинит, постепенно гася силу удара. – Игорь уже освоился, и его голос звучал намного увереннее. – По такому же принципу работает энергетический щит. Прогибаясь под воздействием лазерного луча, он поглощает часть его энергии, направляя ее на свое усиление, а избыточную часть рассеивает. Это, конечно, не означает, что корабль может выдержать неограниченное количество попаданий торпед или длительное воздействие фазеров.
– Ну, хоть что-то похожее на реальность, а то уж совсем нам тут о каких-то чудесах вещают, – раздались голоса военных, с очевидным интересом слушавших лекцию о полумифических звездолетах.
– Новые планетарные двигатели обеспечивают повышенную маневренность в обычном пространстве.
– Вот это здорово, – раздались голоса бывалых пилотов. – Ведь все сражения происходят именно там. В подпространстве еще никто не воевал. – Лекция переходила в диалог с аудиторией. – А что с подпространственными двигателями?
– Все вы, безусловно, знакомы с основами теории полетов в подпространстве, – и, предотвращая возгласы аудитории, поспешно добавил: – Я лишь вкратце перечислю основные положения, уделяя внимание тому, что сделано для снижения негативного воздействия. Чем с меньшей скоростью движешься в подпространстве, а вернее, с каким ускорением входишь в него, тем раньше оно выталкивает тебя в обычное пространство. Болевое воздействие подпространства на организм измеряется в g – это своеобразный аналог силы тяжести. Практически любой здоровый человек может вынести 4 g. Это скорость движения пассажирских лайнеров. Военные звездолеты разгоняются до 7 g, в исключительных случаях до 8 g. Мы усовершенствовали компенсирующие кресла, что в совокупности с особой системой корпуса корабля дает нам 1 g форы.
 
– Это очень важно, – впервые подал голос капитан Севастьянов, – если я правильно понимаю, то теперь мы сможем двигаться на 9 g, ощущая при этом только 8?
– Совершенно верно, но это не все. Как известно, в специальных саркофагах, находясь в бессознательном состоянии, можно разогнаться и до 20 g, но после выхода из подпространства требуется около двух суток, чтобы техника поэтапно вернула экипаж к жизни. Для военных кораблей это, естественно, неприемлемо. На «супернова» установлено ограниченное количество походных саркофагов, которые позволяют спокойно перенести 12 g, а то и больше. Помимо этого, неоспоримым преимуществом походных саркофагов является то, что требуется всего два часа, вместо двух суток, чтобы привести экипаж в чувство. Не уверен, дает ли это что-то военным кораблям…
– Он не уверен! – раздавались голоса – Еще как дает! Двумя часами можно и рискнуть при необходимости быстро перебросить флот на значительное расстояние. Когда боевой корабль беззащитен двое суток – это недопустимо. Совсем другое дело – два часа.
– Можно перебросить корабль не непосредственно к месту боя, – взял слово майор Похронь, – а на расстояние одного перехода до пункта назначения и через два часа уже следовать на 9 g. – Так по ходу лекции рождались новые идеи.
– Одной из важнейших характеристик, – продолжил Игорь, – является время, необходимое кораблю для вхождения в подпространство после запуска двигателей. Сейчас оно составляет от минуты до полутора, при условии, что координаты прыжка введены. Нам удалось его сократить до тридцати секунд.
– Вот за это спасибо, – от имени аудитории поблагодарил капитан Севастьянов, – это спасет много жизней.
Наиболее опытные пилоты закивали в знак согласия. Часто боевому кораблю, чтобы спастись, надо срочно покинуть поле боя, укрывшись в подпространстве, и здесь счет идет уже на секунды.
– Теперь перейдем к вооружению, – продолжил лектор, довольный похвалой. – Какое вооружение установлено на УСОКО?
– Только не говори нам, что вы смогли запихнуть инерционную космическую пушку в звездолет, – раздались недоверчивые голоса, – она слишком громоздка, потребляет уйму энергии и требует время для подзарядки.
– Хвалю за догадливость, – с торжеством в голосе произнес младший научный сотрудник. – Нам удалось создать компактную ИКП и обеспечить корабли достаточным запасом энергии. Это, конечно, не тот оригинал, что использует УСОКО, но, скажу я вам, грозное оружие.
После этого пришлось сделать перерыв. Возбуждение военных достигло предела, и они уже не могли слушать лектора, принявшись обсуждать возможности чудо-корабля.
Когда страсти улеглись, тема сменилась сама собой.
– Ну и где эти корабли? – спросил кто-то из молодых, в чине мичмана.
– Таких кораблей нет и не будет, – со знанием дела произнес черноволосый лейтенант, определенно индиец. – Их всего пять, да и те недостроены.
– Это что же такое? Они готовят по сто экипажей на один звездолет, – не унимался мичман, – они думают, что мы будем погибать, а корабли останутся целехонькими?
– И вообще, что здесь происходит? Там Третий Звездный флот в одиночку готовится к генеральному сражению, а мы тут, как школяры, засели за парты, да еще какие-то сказочки изучаем. – Недовольство среди пилотов достигло предела…
Лекции чередовались с занятиями на тренажерах. Капитан Севастьянов, имитируя бой с десятикратно превосходящим противником, уже два часа успешно отражал их атаки, правда, и его корабль изрядно потрепало – бортовой компьютер сообщил, что защита корпуса исчерпала свои возможности и следующее попадание торпеды может стать для звездолета роковым, а значит, пора выходить из боя. Севастьянов отдал команду на запуск двигателей подпространства, когда неожиданно раздалась сирена – еще одна торпеда, и откуда она только взялась, хищно устремилась к кораблю. Время ухода в подпространство 27 секунд. Торпеда настигнет корабль через 25 секунд.