"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Янона поставили в отдалении от остальных. Минут через двадцать к нему подошел Ф" ек и велел следовать за ним. Они направились к ближайшим холмам, по дороге к ним присоединились еще трое охранников. Они преодолели подъем и прошли то место, где совсем недавно Гидон покинул транспортное средство не-гуманоидов. Невдалеке начинался редкий подлесок, за которым протекал ручей, но чтобы попасть туда, надо было взобраться по обнаженным скальным породам. В эту сторону и проследовал небольшой отряд. Ничего необычного в этом не было, рабов и раньше отвлекали от основной работы по всяким пустякам. Внезапно шедший сзади охранник со всей силы ударил его дубинкой по голове. Хлынула кровь, и Янон упал. Охранники начали методично, со знанием дела избивать его дубинками. Когда Янон совсем обессилел, двое охранников подняли его, а остальные сломали ему руки и ноги и в таком виде, истекающего кровью, бросили, ударив всем телом о камни.
Гидон видел, что Янона куда-то повели. От волнения у него все валилось из рук, но он не сомневался, что сегодня его работу проверять не станут.
– Иди, полюбуйся на своего белокурого, – раздался за спиной голос уже знакомого охранника.
Гидон аж подпрыгнул от неожиданности, но послушно поплелся вслед за ним.
– Дальше сам, – бросил сквозь зубы охранник, когда они достигли подножия холма. – Там, у подлеска.
Ноги не держали Гидона, он то и дело падал. В голове шумело, сердце непривычно колотилось, отдаваясь в висках. Перед глазами стояла пелена. Со смешанными чувствами он приближался к подлеску. Он жаждал увидеть своего друга поверженным, созерцать его безжизненное тело, и одновременно страх овладевал его душой. Страх увидеть труп Янона, а ничего другого он и не мог увидеть.
– Вот он. Вот он лежит у самой скалы. Еще несколько шагов, и я загляну в его мертвые глаза. Вот он, долгожданный и сладостный миг. Уже никогда ему не поучать меня. Ни в чем не превзойти меня. Я не буду вечно вторым, в тени его успехов. Лана. Не будешь больше ее целовать. Не обнять тебе ее никогда. Моей. Она будет сегодня же моей…
Послышался слабый стон. Медленно голова Янона повернулась, и губы его зашевелились. Гидон заорал от ужаса, споткнулся, упал и лицом уткнулся в траву.
– Мой верный друг, я знал, что ты придешь ко мне на помощь, не бросишь в беде. Помоги мне подняться. Ах, как больно.
Гидон был как во сне. Казалось, что ожили самые ужасные его кошмары. Ничего не соображая, он встал на колени и пополз на зов Янона, и только тут увидел его пробитый череп, запекшуюся кровь, переломанные конечности. Хладнокровие вернулось к нему. Он понял, что Янон умирает, умирает в муках, и улыбнулся.
– Ты радуешься, что я жив? – еле шевеля пересохшими губами, прошептал Янон. – Я тоже рад тебя видеть, мой преданный друг.
Гидон не ответил. Так же молча он бросил на Янона последний взгляд, полный нескрываемого торжества, и танцующей походкой пошел прочь.
Так Гидон бросил умирать своего раненого друга, с которым был неразлучен с детства. Со временем имя Гидон стало синонимом подлости и предательства, превратившись в презрительное Гнидон, отражающее подлую сущность своего носителя. Никто не произносил его имя, не сплюнув. С этого момента и мы будем называть его так – Гнидон, ибо другого имени он не заслуживает.
Ф" ек поджидал его за холмом и, подталкивая дубинкой, отвел на рабочее место. Никто теперь не мог его заподозрить в совершенном предательстве.
Но не только Янона предал он сегодня. Гнидон предал всех.
Если раньше Гнидон не мог работать от волнения, от страха перед неизвестностью, то сейчас у него все валилось из рук от великой радости, от избытка чувств. Охранники не обращали никакого внимание на то, что за всю смену он так ничего и не сделал.
Гнидон еле дождался окончания смены и теперь, скованный цепью, с работающим гравитатором, шагал в колонне рабов по направлению к пещерному городу, не ощущая их тяжести. Он просто летел, досадуя на рабов, что те еле плетутся. Желание гнало его вперед. Жгучее желание обладать Ланой.
 
Янон очнулся. Несмотря на боль, сознание вернулось к нему. Кровь на многочисленных ранах запеклась и больше не сочилась. Он понимал, что часы его сочтены. С переломанными руками и ногами ему отсюда не выбраться. Его самый близкий друг отказал в помощи. Предал его. И тут все события дня сложились в одну четкую картину. Все, что казалось случайным и не связанным, выстроилось в последовательную цепочку событий. Он все понял. Отчаяние охватило его. Нет, не потому, что он понял, что скоро умрет. Собственная жизнь его уже не интересовала. Это было отчаяние от невозможности предупредить других о грозящей им беде. Предупредить. Эта мысль засела в его сознании. Предупредить. Превозмогая боль, он несколько раз перекатился, пока не уперся в камень. Предупредить. Стиснув до боли зубы, после бессчетных неудачных попыток наконец поднялся на колени. Предупредить. Разодрал зубами рану на перебитой кисти правой руки, пока не пошла кровь. Предупредить. Временами теряя сознание, писал кровью на скале. Предупредить: Гнидон предал всех.
Охранники вразвалку приближались к месту, где лежал Янон.
– Этот презренный раб уже, без сомнения, сдох, – произнес один из них.
– Лучше помоги мне, – ответил другой.
Они подхватили Янона под руки и с размаху стукнули головой о скалу. Кровавое пятно, как раз чуть ниже оставленной им надписи, медленно стекло вниз, как посмертная подпись Янона под его посланием.
Так умер Янон. Со временем его имя стало символом надежности и верности. Его стали произносить почтительно и обязательно с эпитетом: ясноокий Янон, белокурый Янон, преданный Янон…
…Отряд миновал уже половину пути, как вдруг раздался крик. По мере продвижения вперед все новые и новые рабы оглашали окрестности воплем отчаяния. Наконец и Гнидон увидел его причину. Прямо на дороге лежал изуродованный труп белокурого Янона. Гнидон рухнул, теряя сознание. Шедшие рядом рабы всю оставшуюся дорогу несли его на своих плечах.
– Бедный Гнидон! Он так переживает потерю друга…
– Они были как братья. Всегда неразлучны. Ему сейчас нелегко.
Совсем другие мысли роились в голове Гнидона. Труп. «Опять этот труп на моем пути! Проклятый Янон! И после своей смерти ты не оставляешь меня в покое!» При виде пещерного города он пришел в себя. Жажда обладания Ланой пересилила страх перед трупом Янона.
– Молодец Гнидон, сумел взять себя в руки.
В загон Гнидон вошел уже самостоятельно. Избегая встречи с Ланой, он сразу направился в душевые. Пусть другие расскажут, а он придет ее утешать.
В преддверии заседания Комитета Сопротивления Катон, Тана и Зенон говорили о проблемах, которые они не хотели выносить на всеобщее обсуждение. Не то чтобы они не доверяли кому-то конкретно, просто последние события заставили их насторожиться, и они образовали что-то типа малого Совета.
– Женщины проверили, – начала Тана. – Через пустыню со зверьками не пройти.
– Без связи нам будет трудно.
– Я не сказала, что их нельзя доставить, Зенон.
– Кружным путем? – догадался Катон.
– Да. Несколько женщин собрались проведать своих родных и вскоре отправятся в дорогу.
– Не доверишь же ты им зверьков…
– Конечно, нет, Катон, я сама доставлю картеро в горы, пройдя с ними лишь часть пути.
– Почему ты?
– Милый Катон, мне очень не хочется разлучаться с тобой, но этот путь может одолеть только женщина, и ты это знаешь не хуже меня. Я же могу не только доставить груз, но и представлять нас на всеобщем Совете, если наш посланник не одолеет пустыню.
– Тана, ты, как всегда права, и лучшей кандидатуры для этого путешествия не сыскать. Может, нам вообще никого не посылать через пески?