"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Две беды постигли эту планету. Опасная близость к территории, заселенной не-гуманоидами, и большие запасы полезных ископаемых. Около двухсот лет тому назад это привело к катастрофе. Планета была захвачена не-гуманоидами, население превращено в рабов, а планета – в карьер по добыче руды и фабрику по производству оружия.
Катон работал кайлом уже одиннадцать часов, откалывая в карьере куски железной руды. Другие рабы грузили ее в тачки и отвозили к огромным доменным печам, в которых прямо под открытым небом плавили металл. Руда залегала неглубоко, и ее добыча велась варварским способом. Плодоносный верхний слой почвы просто срезался и, таким образом, уничтожался. Плавильные печи строили поблизости от карьера. Когда руда заканчивалась, все это бросали и начинали уродовать поверхность планеты в новом месте. Таким образом уже четвертая часть планеты превратилась в пустыню с тут и там торчащими трубами полуразрушенных печей.
На шее у Катона было железное кольцо – знак раба, на правой руке – браслет из неизвестного на планете материала. He-гуманоиды называли этот прибор гравитатором. Сейчас он был выключен, чтобы не мешал работать. Включали его, только когда рабов вели строем на работу или с работы, для предотвращения побегов, а также при возникновении беспорядков. Невеселыми были мысли Катона. Он ждал известий от укрывшихся. Так называли тех жителей планеты, которым удалось сбежать и укрыться в труднодоступных горных районах. Картеро должен был появиться два дня назад с важным сообщением. Его гибель могла отсрочить реализацию важных планов на неопределенный период. Картеро имели один существенный недостаток. Они всегда и безошибочно находили дорогу, но только домой. Для того чтобы с их помощью отправить кому-то сообщение, нужно было иметь под рукой картеро, чья родная нора находилась рядом с адресатом.
He-гуманоиды, захватив планету, обратили в рабов не все население, а ровно столько, сколько необходимо для работы. Они всегда могли пополнить их число за счет свободных, то есть той части населения, которая жила в равнинных районах планеты и являлась легкой добычей для не-гуманоидов. Захватчики разрушили всю инфраструктуру и промышленность планеты и теперь считали, что местное население не может оказать им сопротивления и не представляет опасности. По этой причине они совсем не беспокоили укрывшихся, считая, что ловить рабов на равнине намного проще, чем в горах.
Сигнал об окончании двенадцатичасового каторжного труда оторвал Катона от тревожных мыслей. Рабы начали строиться в шеренгу, собственноручно приковывая себя к общей цепи при помощи кольца на шее. Охранники – маленькие, всего полтора метра ростом, и необычайной красоты, словно фарфоровые куколки, – обходили шеренгу и включали гравитаторы. Скованные одной цепью, еле волоча ноги, рабы двигались в сторону пещерного города. Включенные гравитаторы затрудняли их и без того медленное движение. Рабов никто не подгонял. Завтра им надлежало вернуться в карьер. Чем позднее они доберутся до пещерного города, тем меньше у них останется времени на еду и отдых. Охранники не сопровождали колонну рабов, ведь даже освободившись от цепи, что было маловероятно, с включенными гравитаторами далеко не убежишь. Беглых рабов после поимки ждала страшная смерть.
Через час отряд рабов подошел к деревянному частоколу, которым был обнесен загон перед пещерным городом. Проходя через открытые ворота, рабы освобождались от цепей, и охранники выключали гравитаторы. Внутрь загона не-гуманоиды заходили редко, и там рабы оставались предоставленными самим себе. Захватчики жили в небольшом отдалении. Их жилища, построенные рабами, стояли на холме, с которого хорошо просматривалась вся территория пещерного города.
Катон, освободившись от цепи, отправился смывать толстый слой пыли, которым покрылся за день. У входа в душевые его дожидалась Тана – его подруга. Она шепнула на ухо, что эту ночь проведет с ним. В отличие от Катона, Тана была свободной, насколько это возможно на планете, захваченной врагом, и могла беспрепятственно покидать пещерный город. Она работала на полях, расположенных по соседству. He-гуманоидов интересовал только своевременный выход рабов на работу и выполнение дневной нормы. В остальное они не вмешивались, и о своем пропитании рабы должны были заботиться самостоятельно. С этой целью вокруг загона добровольно поселились свободные, которые возделывали поля, пасли стада животных, готовили еду для рабов, шили для них одежду. Свободные могли в любое время входить в загон и покидать его. He-гуманоиды не обращали на них внимания. Благодаря этому рабы питались достаточно хорошо, были обеспечены одеждой, обувью и могли следить за гигиеной.
 
Уже стоя под душем, Катон узнал, что картеро так и не появился. За ужином он передал другим членам Комитета сопротивления, что сегодня надо обсудить план дальнейших действий.
Члены Комитета собрались около полуночи, отсутствовал только Сенон. Пока ждали, строили догадки о судьбе картеро. Сенон появился с двадцатиминутным опозданием – на него это было не похоже. Катон внимательно следил за его приближением.
– Тунон, убей его! – закричал Катон, как только Сенон вышел на свет и поравнялся с Туноном, стоящим на страже. – Убей Сенона!
– Но это же наш товарищ… – растерянно ответил Тунон.
– Глаза! Посмотри на его глаза!
Теперь все заметили, что глаза у Сенона как будто мертвые, ничего не выражают и очень темного цвета. Точно такие глаза были у не-гуманоидов, у тех прекрасных фарфоровых куколок, их охранников.
Существо, вселившееся в Сенона, поняло, что разоблачено, и попыталось бежать. Тунон чисто машинально, так до сих пор и не осознав, что случилось, ударил его кайлом по голове. Сенон свалился замертво, и все столпились вокруг безжизненного тела. Вдруг из правого уха мертвеца выползло что-то осклизлое и темное. На непропорционально большой голове сверкнули злобные глаза. Головастик щелкнул неожиданно большой пастью, продемонстрировав острые клыки, и бросился наутек.
Все оцепенели. Катон выхватил кайло из рук Тунона и метнул его в уползающего головастика. Бросок был точен. После этого все, словно обезумев, принялись рубить лопатами еще извивающееся тело на мелкие куски и успокоились только тогда, когда от головастика осталось лишь зловонное темное пятно. Теперь рабы знали, что представляют собой куколки.
Впервые за много лет на Планете рабов был убит не-гуманоид. Теперь должно было последовать наказание. Наказывали всегда во время утреннего построения. Не-гуманоиды спрашивали, кто совершил тот или иной проступок. Если никто не сознавался, они хватали первого попавшегося и убивали его. После этого вопрос повторялся, и так до тех пор, пока виновный не признавался. Никакого расследования не проводилось. Рабы усвоили эту тактику и сознавались сразу. Правда, сознавался не всегда тот, кто провинился и должен был понести наказание. Этого требовала суровая логика выживания. Все члены Комитета сопротивления понимали, что не может быть и речи о том, чтобы их лидер, Катон, признался в убийстве не-гуманоида и был казнен.
Янон и Гидон, несмотря на поздний час, направились в лазарет, где находились тяжелобольные и немощные. Лазарет помещался рядом с входом в пещеру, чтобы его обитатели могли выходить на свежий воздух, а лежачих было легче кормить. Небольшое помещение было набито до отказа. He-гуманоиды разрешали иметь столько больных, сколько вмещала эта комнатушка. Остальные должны были работать. Те обитатели лазарета, которые не спали в этот час, увидев Янона и Гидона, сразу поняли причину их визита и стали будить Детона.
Детон впервые за много лет видел сон. Он был опять дома, среди свободных, его мать готовила обед, а две сестры работали в поле. Отца он почти не помнил, его увели в рабство, когда Детон был совсем маленьким. Следующая картинка. Он со своей девушкой Натой гуляет ночью, взявшись за руки. Они проходят мимо стога сена. Он пытается повалить ее в стог свежескошенной травы. Она вполсилы сопротивляется. Они уже в стогу. Целуются. Его руки завладели ее маленькой грудью. Она умоляет не трогать ее до свадьбы. Он уступает. Следующая картинка. Он работает в поле со своими сестрами. Они подшучивают над ним по поводу бессонной ночи. У него все валится из рук. Он мысленно смакует моменты вчерашнего свидания с Натой. Больше он своих сестер не видел. Следующая картинка. Его мать протягивает к нему руки и зовет к себе. В этот момент он проснулся.