"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

И другой голос, чуть подальше:
— Что ты кричишь? Сейчас все как сбегутся...
— Да его много! Хватит на всех и еще останется.
— Правда? Где это, где?
— За мной. Покажу.
Ну вот, у кого-то на улице праздник. Сейчас все обитатели этого сна запасутся сыром. Его можно будет съесть, его можно будет отложить, и поскольку он произведен посетителем, излишки можно даже продать в соседние сны. За хорошую цену.
— Скажем так, — сообщил я. — Я не доверяю прямым дорогам. Имею для этого основания.
Страж порядка кивнул.
— Твое право. И плюс к этому ты мне не веришь. -Ас чего бы это я должен был тебе верить? И вообще, почему ты должен мне говорить правду?
— Ты нам подходишь. У нас есть для тебя задание.
— Что во мне такого уж необычного? — спросил я снова наполняя стаканчики.
— Есть, — уклончиво сообщил Клинт Иствуд, — некое свойство, отличающее тебя от многих и многих других обитателей снов.
— Надеюсь, не ум и душевная красота?
— Нет, — улыбнулся мой собеседник. — Не это.
— А что?
Вместо ответа он вытащил из кармана птичье перо и протянул его мне,
— Вот, посмотри. Думаю, ты сумеешь определить, кому оно принадлежит.
Он мог его мне не давать. Достаточно было одного взгляда, даже если оно находилось в чужих руках, даже при свете камня-светлячка. Тонкую, радужную ауру, возникающую вокруг каждого пера птицы-лоцмана после того, как оно расстанется со своей хозяйкой, подделать было невозможно. Но Клинт Иствуд все же дал его мне в руки, и я знал, для чего он это делает.
Один из торговых приемчиков. Покупатель должен ощутить товар, поверить в его реальное существование, на несколько секунд почувствовать иллюзию обладания им. Тут главное — не передержать, не дать клиенту насытиться этим ощущением.
— Нуда, — сказал я. — Это оно, перо птицы-лоцмана. Что дальше?
Оно было совсем невесомым. И очень мягким.
— Теперь ты веришь, что у нас есть для тебя птица-лоцман? — спросил страж порядка.
— Теперь я верю, что у тебя есть перо птицы-лоцмана, — отчеканил я. — Не более.
— Ого?
— А что ты ожидал? — спросил я, протягивая ему стаканчик. — Что я зажмурю глаза и пойду с тобой, словно барашек на веревочке, на заклание?
— Значит, не веришь даже теперь? — спросил он.
— Нет. И кажется, я просил тебя не делать попыток заманить меня в свой сон. Я в него не вернусь ни при каких условиях. Дошло?
Клинт Иствуд принял у меня стаканчик и сказал:
— Хорошо, более действительно не буду. Твое здоровье?
Мы выпили, и пошел самый обычный разговор двух кое-что знающих о жизни и слегка подпивших мужиков, испытывающих друг к другу некоторое уважение.
Достаточно быстро я наполнил стаканчики в третий раз.
— Следующая бутылка за мной, — сообщил страж порядка.
Меня уже понемногу вело, и я сказал:
— А за кем же еще? За тобой. И не вздумай увиливать...
  
4
 
Я приоткрыл глаза и, углядев камень-светлячок, облегченно вздохнул.
Все еще беседка. Причем так и должно быть. С чего это мне приблазнилось, будто я могу проснуться в другом месте? Поскольку мы напились в хлам с Клинтом Иствудом? А дальше... Нуда, конечно, ему могло прийти в голову просто взвалить меня на плечо и внаглую Утащить в свой сон. Прямое нарушение закона? Оно самое. Только впервые разве стражам порядка, для того чтобы достать кого-нибудь, нарушать порядок?
Правда, есть еще и сторожевой паучок. И уж он, вздумай кто-то что-то сделать со мной без моего согласия, должен был поднять такой тарарам...
Я перевернулся на живот и сунул ладонь под скамью, на которой лежал. Долго ждать не пришлось. Не прошло и нескольких секунд, как по моей ладони засеменили тоненькие, остренькие ножки. Осторожно вытащив руку из-под скамейки, я внимательно оглядел сидевшего на ней сторожевого паучка.
Все нормально. Никто его за то время, пока я спал, не потревожил. И значит, можно о своих страхах забыть. Можно вспомнить о более насущных делах. Например, о том, что у меня здорово болит голова. Я поморщился.
 
Болит — даже не то слово. Каждое резкое движение отдавалось у меня в голове вспышкой боли. Словно бы кто-то, проковыряв в ней дырку, вздумал зажигать внутри спичку за спичкой.
А ведь мне сегодня надо убраться из этого сна. Пора возобновить поиски «голубиной книги». Она там, она ждет меня... И если я сейчас полечусь от похмелья... то вполне могу взяться за работу.
— Тяжело?
Я быстро сунул сторожевого паучка обратно под лавку и повернулся к сказавшему это.
Ну да, он самый, Клинт Иствуд. Страж порядка из уходящего сна и неплохой собутыльник. Что ему еще от меня нужно? Неужели будет опять уговаривать вернуться в его сон? Не пойдет. Не покупаюсь я на такие штуки, просто не покупаюсь.
— Тяжело тебе? — спросил страж порядка.
— Еще бы, — сказал я.
— Полечиться хочешь?
— Еще бы, — буркнул я.
— Сейчас сделаю. Готовься. Сейчас тебе полегчает.
— А ты?
— Я уже полечился. Не думаешь же ты, будто я из железа и подобное возлияние останется для меня без последствий?
— А как? — спросил я.
Сил на то, чтобы разговаривать более чем одним предложением, у меня сейчас не было.
— Как я лечился? Сейчас, сейчас... Вот это надо выпить.
Клинт Иствуд поставил на столик передо мной высокий бокал с жидкостью, в полутьме беседки казавшейся черной, словно деготь. Интересно, какого цвета она будет на свету?
У меня в голове вспыхнула еще одна спичка, и я
поморщился.
Вот именно, нечего тянуть время. Хочешь исцелиться? Ну так пей. А если это обман? Господи, да к чему такая подозрительность? Да будь у стража порядка желание мне навредить...
Я выпил.
И мне сразу стало значительно легче. Нет, даже не так... Мне стало гораздо легче, и злобный демон похмелья отступил, оставил меня в покое, дал возможность о нем забыть.
Вот так напиток!
— Что это? — спросил я.
— Состав является большим секретом и разглашению не подлежит, — сообщил мне Клинт Иствуд. — Конечно же...
— А почему? Что плохого, если кто-то еще узнает секрет этого весьма полезного напитка? Ну а если вы не желаете его разглашать, то кто мешает вам поставить его изготовление на промышленную основу? Он будет пользоваться спросом, и вы на нем прекрасно заработаете.
— Ты прямо как дядя Скрудж, — фыркнул страж порядка. — А мы...
— А вам деньги не нужны?
— Честно говоря — нужны, — вздохнул он. — Вот только ингредиенты этого напитка достаточно редки. Нет, на промышленную основу, как ты выражаешься, его производство поставить не удастся.
Я встревожился.
— Редки.. Значит, мне этот бокал напитка будет что-то стоить?
— Нет, нет, — поспешно замахал руками Клинт Иствуд. — Все за счет фирмы. Все-таки мы сидели вместе. Не так ли?
— Так, — сказал я. — И за это тебе большое, искреннее спасибо. А теперь... сам понимаешь... мне пора заниматься делами. Спасибо за компанию...
— Понимаю, — сказал страж порядка. — Все понимаю.
— Прекрасно, — промолвил я. — Значит...
— Тут такое дело...
Сказав это, Клинт Иствуд смущенно замолчал.
И вот это мне уже совсем не понравилось. Страж порядка и смущение? Очень странное сочетание и не к добру, совсем не к добру.
— В чем дело? — спросил я.
— Я хотел уточнить насчет твоего ухода и твоих дел. Боюсь, не получится это. Боюсь, я тебе этого не разрешу.
— Что ты имеешь в виду?
Вместо ответа мой собеседник взялся за полутьму беседки, так словно это была толстая, плотная материя, и резким рывком сделал в ней прореху. Еще один рывок — и полутьма разошлась в стороны, словно театральный занавес. Вот только сцены за ней не было.
Я вполголоса выругался.
Такое возможно только в мире снов, и более нигде. А я, несмотря на то, что живу здесь давно, все еще не сумел до конца привыкнуть к фокусам этого мира, да, наверное, никогда и не смогу.