"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Правда у пня бывали и моменты просветления. Тогда он мог дать вполне дельный совет.
Гунлауг подошел к пню поближе и стал внимательно рассматривать его изъеденную жуками-древоточцами кору, а также кривой, торчавший из нее, как кость, обломок ветки. Как же этот пень здесь оказался? Обычно он стоял на площади в одном из городов и ждал кого-нибудь, кто спросит у него совета. Иногда он таинственным образом переносился в другой город, но и на новом месте тоже оказывался непременно на площади. Страсть у него была к площадям. Что же тогда он делает на поляне, в глухом лесу?…
Безумный пень тоже не терял времени и внимательно рассматривал Гунлауга сучками. Уголки рта, похожего на большую трещину, были опущены вниз. Наконец он шевельнул веткой и выжидательно хмыкнул.
— Привет, — осторожно сказал Гунлауг.
— Привет, — ответил пень и скосил один из сучков на птицу-лоцмана, которая как раз пронеслась над головой Гунлауга и тотчас же взмыла ввысь. Что-то ей в этом месте не нравилось.
— Ты что, корни сюда пускать пришел? — деловито осведомился безумный пень.
Обломок ветки осторожно шевельнулся, вдруг схватил инспектора за край куртки, деловито отщипнул от нее клочок и начал зарывать его в землю.
— Ты черного мага видел? — спросил Гунлауг.
— А что это за зверь и с чем его едят?
— Его съешь, — вздохнул Гунлауг. — Ну, о нем еще упоминается в голубиной книге лесного народа.
— Не читал, — сообщил пень и присыпал сухой травой холмик, под которым покоился клочок куртки Гунлауга.
Может он все таки в сумасшедшей фазе?
Пень лениво процедил:
— Спрашивайте, молодой человек, спрашивайте.
— Хорошо, — Гунлауг откашлялся. — Сколько лучей у звезды?
— Пять.
— Правильно, — сказал Гунлауг и потихоньку стал отходить в сторону: лучи у звезды мог сосчитать только ненормальный.
— Эй, куда же вы? — встревожился пень. — Я ведь еще не предсказал…
— Ну, конечно, конечно. Я жду вашего предсказания.
Гунлауг сделал несколько шагов назад.
И тут, на том самом месте, где пень зарыл клочок его куртки, зашевелилась земля, из нее выскочил маленький, в ладонь ростом человечек, чертовски похожий на Гунлауга, и, раскрыв рот, уставился на пень. Инспектор повернулся и зашагал прочь, злясь на себя за то, что потерял так много времени.
Тревожный крик птицы-лоцмана вывел его из задумчивости. Гунлауг обернулся.
Пень раскачивался и подпрыгивал. Вот он стал прозрачным, но, прежде чем исчезнуть окончательно, выплюнул огненный шар.
Рухнуть на траву Гунлауг все же успел. Огненный шар стремительно пронесся над его головой и, разбившись о ствол невысокой рябины, рассыпался ворохом огненных брызг.
Откатившись в сторону, Гунлауг встал и огляделся. Птица-лоцман устроилась на его плече и стала деловито подзаряжаться энергией.
Гунлауг вернулся к тому месту, где стоял безумный пень, и осмотрел оставшийся от него круг примятой травы. Да ведь это была обманка! Самая обыкновенная, но как мастерски сделанная! Ай да черный маг!
Ну и ну!
Инспектор пожал плечами…
До города оставалось совсем немного, когда он увидел проклятье.
Оно было растянуто между деревьями словно паутина. Совершенно невидимое днем, сейчас, вечером, в лучах заходящего солнца, проклятье слегка поблескивало и было похоже на тонкую прозрачную пленку.
Осторожно опустившись на корточки, Гунлауг неторопливо стал рассматривать ловушку черного мага.
— Да уж, — сказал он птице-лоцману. — А если бы мы в него попали? радостная перспектива!… Ладно…
Вспомнив один из снов, он вытащил из него длинный меч в ножнах.
Так спокойнее.
Прицепив меч к поясу, Гунлауг осторожно обошел проклятье стороной, потом подобрал с земли здоровенный сук и швырнул его в прозрачную паутину. Яркая вспышка. Сук и проклятье исчезли.
Вот так, еще попадется кто…
На безоблачном небе сияла луна, и в ее неверном свете город казался скоплением старинных могильников.
Зябко передернув плечами, Гунлауг попытался прикинуть у кого можно переночевать, вернее — пересидеть. Заснуть он не имеет права: кто знает какую штуку может выкинуть черный маг. Ну ничего, суток трое, четверо без сна он мог обойтись вполне. Конечно, очень соблазнительно использовать остановку только для того, чтобы побывать в нескольких снах, за которые он сильно беспокоился. Но не стоит, право слово, не стоит. Уж слишком велик риск.
 
Войдя в первую улицу инспектор снов остановился и прислушался.
Что-то произошло. Город стал другим, угрюмым и совершенно незнакомым.
Ну да, здесь же прошел черный маг.
И все же это был его город.
Инспектор вздохнул воздух поглубже и попытался отогнать, вдруг навалившиеся на него видения. С той минуты как он пересек границу города ему все казалось, что вот-вот на него рухнут черные стены ближайших домов, сомкнуться, погребут, укроют могильной землей?… А он будет долго и мучительно умирать, все пытаясь вдохнуть сдавленными легкими хоть глоток воздуха.
Птица-лоцман сидела на плече неподвижно, как изваяние.
Минут через пять, сворачивая в очередной переулок, Гунлауг понял, чего не хватало. Звуков. Вокруг было удивительно тихо, даже учитывая, что все жители города спали.
Странно.
На Гунлауга навалилась тоска. Ему захотелось отказаться от погони. Кстати, понятно, почему черный маг не прикончил его прямо в пещере. Потому что никакой погони на самом деле нет. Черный маг идет вперед, к неведомой цели, и не хочет отклоняться от своего пути даже на волос. Плевать ему на Гунлауга.
Да, но как же проклятье и обманка? А может, маг сделал их просто на всякий случай?… Хватит, сейчас главное — пройти через город без осложнений.
Он свернул за угол, и тотчас же впереди, там, где темнели кусты калины, послышался шорох. Этого было достаточно: нагнувшись, Гунлауг отскочил в сторону. Метательный нож глухо ударился в стену, возле которой он только что стоял. Хорошо понимая, что от второго ножа уклониться будет труднее, инспектор выхватил меч и бросился вперед.
Навстречу выскочили трое.
Острые тартурианские сабли тускло поблескивали в лунном свете.
Волосатые морды, необычайно широкие плечи и длинные, мохнатые лапы…
Мальбы?!
Но мальбы никогда не спускаются со своих гор.
Хрипло закричав, птица-лоцман сорвалась с плеча и пытаясь отвлечь нападающих, заметалась перед их мордами. Гунлауг отбросил меч и попробовал вспомнить приготовленный на такой случай сон.
Так, вот он.
Мастер переместил сон в правую руку и успокоился.
— Что вам надо? — спросил он у мальб.
Самый крупный из них обнажил острые клыки:
— Нам есть приказ… гр-гр-гр-гр-гр… ты должен почувствовать свою остановку и… гр-гр-гр-гр-гр… направить свой след в назад… Тогда мы тебя мирить с нами… вау-вау-вау-вау… И провожать в пещеру, где есть твой покой…
Он щелкнул клыками.
— А теперь послушайте, что вам скажу я, — произнес Гунлауг, задумчиво подкидывая на ладони шарик сна. — Я предлагаю сложить оружие и покинуть этот город. В противном случае… Тот, кто вас послал, сказал, что я инспектор снов?
Мальбы расхохотались. Один из них подобрал меч Гунлауга и переломил о колено.
— Нам все равно… гррррам… Вот так… мы сделаем тебя, чтобы подчинить… гррррам…
Они двинулись к Гунлаугу. И тогда он швырнул им под ноги свой сон.
Туманный клубок с хрустальным звоном разбился, и розовый, пахнущий ромашками пар накрыл мальб, словно сеть птицелова. Несколько секунд внутри него что-то трепыхалось, потом затихло. Сон стал исчезать. Гунлауг еще успел увидеть три прозрачные фигуры, пытавшиеся прорвать тонкую пленку, и покачал головой.
Нет, попались так уж попались.
Через минуту сон вместе с пленными мальбами исчез окончательно.
Теперь надо было уходить из города, и как можно скорее.
Птица-лоцман летела впереди. Гунлауг на ходу просматривал сны спящих в ближайших домах людей и содрогался. Его так и подмывало сейчас же взяться за дело и уничтожать, уничтожать, уничтожать эти мерзкие кошмары! Эти кладбища и вылезающих из могил покойников, слепо нашаривавших вокруг хоть что-нибудь, во что можно вонзить свои гнилые зубы; этих маньяков, подкрадывающихся к своим жертвам и с радостным смехом пронзающих их кухонными ножами, вилами, гарпунами и косами; эти темные переходы и затянутые паутиной углы; эти гробы… этих вампиров… этих…