"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Волк. Он не успел его разглядеть. Да это и было не нужно.
Потому, что осталось другое, осталось ощущение одиночества, свободы и охоты, вечной, непрекращающейся охоты. Вечной войны с окружающим миром, войны без надежды выиграть или хотя бы временно победить, войны в конце которой неизбежно поражение, в виде пули или капкана, а может быть, что редко, но все же бывает, желтых поломанных клыков, слезящихся глаз и облезлой шкуры.
Конечно, это началось именно тогда. И дальше, после, все уже было предопределено. Дорога не могла свернуть и плавно вынесла его, к первой самостоятельной ночевке в лесу, и пока еще детскому, но все же способному убить луку, ночному костру, далекому волчьему вою, в который надо вслушиваться, чтобы проникнуться первобытной яростью и страхом, из которого эта ярость появлялась, а стало быть, звериной жаждой выжить, из которой и рождается настоящий охотник.
Вот так это и началось. А потом была ночь длинных ножей и дверь, на которой расшатался засов. Этот засов вылетел с одного удара и в комнату хлынули дикие горные мальбы с ятаганами в руках. Хантер уцелел буквально чудом. Один.
А потом был приют, добрые сестры – самаритянки, и тоска по воле, по одиночеству, по волку. Именно тогда, в одну из бессонных ночей, в палате, в которой спало еще двадцать детей, он вдруг понял, что это надолго и единственный способ вернуть себе свободу – быть лучше всех. Он стал лучше всех, научился не обращать внимания на завистливые насмешки и сторонится тех, кто навязывал свою дружбу, потому что она была тоже несвобода, может быть, худшая чем прямое рабство, поскольку путы ее было скинуть труднее.
Он вырос, ушел из приюта, занимался какими-то совершенно глупыми делами, где-то работал, пытался выжить, пока в нем не проснулся его талант, его свойство видеть нити судьбы. Вот так он стал охотником, охотником на черных магов. Поскольку они ему не нравились, поскольку они отнимали свободу. А охотники ее возвращали.
Да, все это было именно так. Давно, очень давно... И все-таки, почему он стал именно охотником, а не черным магом? Может быть, потому, что став именно охотником, он как-то приблизился, сделал шаг к волку?
Хантер выкинул окурок и прищурившись, пристально посмотрел на няньку, которая, как раз, проходила мимо. Перед собой она толкала детскую колясочку, в которой спал розовощекий, здоровый бутуз. Ребенок... Девушка...
Конечно же, нянька перехватила его взгляд. Она замедлила шаг, в свою очередь бросила на него словно бы задумчивый, а на самом деле заинтересованный, оценивающий взгляд. Самая обычная девушка со стройными ногами и крепкой грудью. Ничего. В другое время он бы с удовольствием с такой познакомился. Аура нитей судьбы у нее была довольно подходящая. Почти ничего опасного. Может быть, только, слишком уж темперамента в постели. Но это для него в самый раз. Если бы не дело...
Он с равнодушным видом отвернулся. И девушка, замедлившая было шаг, покатила коляску дальше.
Вот так. И никак иначе. Прежде всего, надо закончить дело. Ох уж эта вампирша, ох уж эта сеть, оставшаяся после черного мага...
Минут через пятнадцать он вдруг понял, что происходит и улыбнулся.
Няньки проходили мимо него одна за другой, словно на параде, словно соревнуясь между собой. Ну конечно, понять их было нетрудно. Каждая хотела чтобы он клюнул именно на нее. И не потому что он им так уж сильно нравился, а чтобы утереть всем другим нос. Интересно, а зачем еще может сидеть в этом скверике незнакомый мужчина? Только чтобы познакомится с одной из них. А как же иначе?
Когда пятая по счету нянька, словно бы случайно уронила к его ногам погремушку в виде пузанчика-крестьянина и наклонившись за ней, продемонстрировала цвет своих подвязок, Хантер встал и четким, почти солдатским шагом покинул сквер.
Уходя, он пытался прикинуть как объяснят его уход нянечки. В том, что они основательно его обсудят, Хантер ничуть не сомневался.
Наверняка, они решат, что он импотент. Ну и пусть. Пусть веселятся, пока еще молоды и не ощутили прикосновений вечного, неизбежного холода.
 
– “Сопляк, ” – сказал он себе. – “Сэр, а вам сколько лет? Как, всего лишь сорок? А я было подумал – шестьдесят, семьдесят.”
Над башней мэрии парил почему-то с рассветом не вернувшийся в гнездо птеродактиль. Хантер остановился им полюбоваться. Крылья у птеродактиля были редкой окраски – голубые в желтую крапинку.
Налюбовавшись вдосталь, Хантер двинулся дальше.
“Все, хватит, – решил он. – Нечего зря терять время. А займись-ка ты, дружок ситный, поисками логова этой вампирши. Кажется, ты забыл, что тебе еще предстоит ее уничтожить?”
В самом деле, он об этом почти и забыл.
Хантер стал вглядываться в то и дело попадавшиеся ему на пути нити судьбы. Единственный путь обнаружить логово вампирши, было, наткнувшись на ее нить, пойти по ней. Эта нить и приведет его к логову. С другой стороны, на нить вампирши нужно было еще наткнуться.
“Ничего, – успокаивал себя Хантер. – Кто ищет... Кроме того, у меня в запасе еще целый день.”
И это было верно.
Кстати, попадавшиеся ему на пути нити принадлежащие сети мага, были уже более тусклыми чем утром и почти не реагировали на проходивших сквозь них людей. Вместо того, чтобы перешагнуть через одну из них, бежевую – приносящую легкую удачу в карточных играх, охотник наклонился и опустив руку, едва ее не коснулся. Та лишь слабо шевельнулась. Видимо, на большее у нее не было сил.
Все правильно. Все шло так, как и должно было быть.
Хантер мысленно себя поздравил. Скорее всего сотканная магом сеть распадется и исчезнет без следа уже к вечеру.
Если он к этому времени уничтожит вампиршу, то будет совершенно свободен. А если сеть к вечеру не исчезнет? Что ж, тогда придется еще немного подождать.
Бывало, некоторые охотники, предпочитали улететь, не дождавшись, пока исчезнет сеть. И таким образом допускали ошибку. Сеть могла исчезнуть не полностью. А это было верным признаком того, что в городе есть еще один черный маг, может быть не такой сильный как первый, но все же есть.
Хантер зашел в небольшое, уютное кафе. За стойкой стояла толстая, сильно накрашенная девица. Губы у нее были пухлые и все время плотоядно улыбались. Во всем остальном кафе было довольно милое, чистенькое, прохладное, не очень большое. Как раз такое, в котором приятно посидеть, выпить кофе.
Он заказал чашечку кофе и неспеша, маленькими глотками ее выпил. Какой-то худой, унылый как осенний день тип, скармливал монетку за монеткой музыкальному аппарату и тот, смешно вытягивая губы, неодобрительно поглядывая на зануду-заказчика, все пел и пел старинную песенку про девочку которая заблудилась в заснеженном лесу и выбралась из этой передряги только благодаря доброй фее. И конечно же, в середине зала, обнявшись так, что между их телами не было ни малейшего зазора, танцевала парочка акселератов. На лицах их было написано просто безграничное обожание друг друга.
Кафе – как кафе.
Он заказал еще одну чашечку кофе.
В этот момент в кафе вошел тип, за которым тянулся целый шлейф нитей страха.
Хантер им сразу заинтересовался.
Тип был просто классический. Небритая физиономия, узкие, жадные, злобные губы. Типичный громила.
Интересно, а что это у него топорщится подмышкой? Уж не “люгер” ли? Как есть – он!
Ого!
Шмыгая носом и неприятно кривя губы, тип протопал к стойке, заказал стаканчик “адской смеси” и залпом его выпил. Толстая барменша бросила на него внимательный взгляд и явно обеспокоилась. Она даже попыталась сказать ему что их заведение для приличных посетителей, но громила на нее так зыркнул, что у барменши напрочь отошла охота ему что-то объяснять.
Заказав новый стаканчик, громила протопал в самый дальний угол, по пути задев ногой уютно свернувшуюся у дальнего столика воскового цвета нить, которая сулила в течение суток возможность подцепить венерическую болезнь. Нить хотя и вяло, но все же прореагировала и добавила в его и без того неприятный спектр судьбы едва заметный желтоватый оттенок.