"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Значит, не хотите приезжать к нам в гости, — с видимым облегчением отозвался Степанцев. — Очень жаль, Игорь Васильевич. Мои парни в джунглях разбираются не хуже егерей. Но если вы так решили… Выходите на связь в любой момент дня и ночи, мы будем наготове.
Корин насторожился.
— А что, разве в джунглях сейчас не спокойно? Вроде бы не сезон.
Степанцев вздохнул.
— Это точно — не сезон. Обычно зверушки расходятся ранней весной, в дни гона, и поздней осенью, когда подрастает молодая поросль и начинает шалить. А сейчас для джунглей — середина лета, глухая, сонная пора. Но кое-где неспокойно. Как говорится, в семье не без урода.
— А именно?
— Игорь Васильевич, вы же в отпуске… А Лехтинену я уже докладывал.
— Ладно, ладно, не упирайтесь, Олег. Что случилось?
Начальник Базы-6 коротко рассказал об исчезновении одной из нелегальных групп, направлявшейся в северную часть джунглей, к Сиреневым скалам. С базой вышел на связь один из горе-охотничков, заблудившийся и отставший от группы в районе Смрадных болот. Когда он чудом все-таки вышел к Сиреневым скалам, то никакого лагеря не обнаружил. Следов недавнего пребывания людей там вообще не было. Затем в его радиофоне, настроенном на специальную частоту, раздались дикие вопли, и вскоре все стихло. На его запросы никто из товарищей не отвечал в течение двух суток, и тогда охотник решил сдаться властям и вызвал помощь посредством переносной рации. Потом на него напал восьмиметровый горный вьюн, и бедняге пришлось взбираться на вершину почти отвесной скалы, где он находится до сих пор, трясясь от вполне понятного страха.
— И что же вы предприняли? — поинтересовался Корин.
— Полчаса назад выслал тарелку к Сиреневым скалам. Но ураган внезапно усилился, и ребятам пришлось сесть на вершине Плешивой сопки. Трое из них на всякий случай остались в машине — а вдруг ветер стихнет? А четверо пробираются к Сиреневым скалам пешком.
Корин удовлетворенно кивнул и взглянул на приборную доску.
— Странно, а здесь, на востоке плато, ветра почти нет — ну, каких-то три балла.
— Такое часто бывает в джунглях, Игорь Васильевич. Здесь общего климата нет, зато полным-полно самых различных микроклиматов. Ученые из Биолаборатории объясняют это каким-то таинственным влиянием растений на скорость ветра, атмосферное давление и даже температуру. Я поначалу поднимал их на смех, а теперь, пожив в джунглях год, уже во все готов поверить.
— Ладно, Олег, удачи. Свяжитесь со мной сегодня к вечеру и доложите о ходе спасательной операции. — Корин покосился на заинтересовавшегося Райнера. — И не забудьте поставить в курс дела полицию. Если группа горе-охотников все же уцелела, надо будет надрать задницу егерям-нелегалыцикам. Хватит либеральничать, пора сажать этих мерзавцев в тюрьму или вообще высылать с Венеры.
Корин выключил связь и взглянул на ухмыляющегося Райнера.
— Ты чего скалишься? — недовольно спросил он. — Разве я не прав?
— Прав, прав, — хохотнул Райнер. — Только это то же самое, что молоть в ступе воду. Мэрия никогда не начнет воевать с нелегальным бизнесом всерьез, иначе ей не выжить даже за бронированными стенами. Могу ручаться, что половину таких левых групп организуют официально зарегистрированные фирмы. Вся их бурная деятельность — только так, дымовая завеса. Настоящие деньги крутят егеря-нелегалы.
— А это мы еще посмотрим, — проворчал Корин. — Что скажешь о «Венерианском рае»?
— При даме предпочту промолчать.
Линда фыркнула.
— Что-то я не замечала, Эд, чтобы ты раньше щадил мои уши. С каких это пор самый крутой и грубый полицейский инспектор Венеры стал джентельменом?
Райнер примирительно ответил:
— С тех пор, девочка, как я взял двухнедельный отпуск и сел в эту машину.
— Не называй меня девочкой! Тоже мне папаша — всего на десять лет старше.
— О-о, а я и не знал, что тебе семнадцать! Надо сказать, что для этого возраста ты недурно сохранилась.
— Брек, — скомандовал Корин, которому вечная пикировка друзей успела надоесть. — Кончайте свои петушиные бои. Мы, кажется, отдыхать летим. Или вы каждый день ездите на сафари, где одна лицензия стоит двенадцать тысяч баксов?
 
Райнер широко улыбнулся, сверкнув несколькими золотыми зубами.
— Черт, я и забыл… Да это же уйма деньжищ! Я и не знал, что в Службе Спасения сыпется долларовый дождь.
Корин снисходительно улыбнулся и начал снижение.
— Какой там дождь… Просто пан Ежи Вланевский давно зазывал меня в свой «Рай». Как-никак, я пару раз вытаскивал его фирму из очень больших луж. Думаю, он с удовольствием предоставит нам скидку. Только учтите — в этом чертовом «Раю» надо держать ухо востро. Олег прав, на охотничьих базах что-то нечисто…
Флиттер приземлился рядом с десятком других тарелок и пассажирских флайеров. Охранник в фирменном сине-зеленом скафандре на всякий случай взял автомат наперевес и подошел к «Омеге». На его рябом, круглом лице было написано удивление — таких машин на Венере он еще не видел.
Корин первым спустился по трапу и коротко представился.
Охранник с вежливой улыбкой отдал ему честь.
— Рад видеть вас, мистер Корин, а также ваших друзей. Жаль, что вы не предупредили по. радио хозяина. Господин Вланевский, наверное, захотел бы лично встретить вас.
Корин подмигнул охраннику.
— Я предпочитаю устроить для пана Ежи сюрприз. Он у себя в кабинете?
— Нет, минут пять назад проследовал во второй корпус гостиницы. У нас, знаете ли, последние дни большой наплыв, так что всем службам приходится работать в две смены. Если не секрет, с какой целью вы посетили нашу базу?
Корин добродушно улыбнулся.
— С целью сафари — с какой же еще?
Охранник кивнул.
— Господа, зарегистрируйтесь в первом корпусе. А я пока схожу предупрежу о вашем прибытии хозяина. То-то он будет рад!
Тем временем Райнер и Линда также спустились на посадочную площадку. Им приходилось по два-три раза бывать в джунглях, но чисто по служебным делам, а не ради охоты. Сейчас они получили возможность взглянуть на джунгли иными глазами.
Это было уникальное место, единственное во Внеземелье, где была обнаружена жизнь — не в виде микроорганизмов, а в облике могучих растений, наиболее крупные из которых достигали высоты десяти-пятнадцати метров. Размером они напоминали земные деревья, но внешне больше походили на мхи, лишайники и земные грибы, навроде известных Корину по подмосковным лесам лопастников, строчков и опят. Почти все растения венерианских джунглей отличались мощными, мясистыми стволами и ветвистыми кронами с зонтикоподобными листьями, старательно аккумулирующими мглистый солнечный свет, едва процеживающийся через плотные, многокилометровой толщины облака. Небелковая, кремниевая основа клеток позволяла растениям недурно существовать на каменистой почве и переносить ядовитый туман, двухсотградусную жару и кислотные дожди.
И все же многое в венерианских джунглях, по мнению ученых, не очень-то подходило к суровым условиям, царящим на планете. Так, ничем нельзя было объяснить их необычно яркую, радужную окраску — ведь никаких животных, птиц или даже простейших насекомых на Венере нет и, судя по всему, никогда не было. Плохо переносили растения и высокую плотность воздуха. Во всяком случае, все попытки биологов посадить их где-нибудь вне плато до сих пор кончались неудачей. Все это и породило гипотезу о том, что венерианские джунгли являются плодом развития пресловутых «спор жизни», попавших в древности на плато при выпадении метеоритного вещества.
Но самым необычным, конечно же, был образ жизни деревьев и кустарников. Из-за малого наклона оси Венера практически лишена смены времен года, но джунгли твердо придерживались своего календаря, в котором присутствовали все обычные для Земли четыре времени года, но только каждый из них длился около сорока земных суток. Зимой и летом обитатели джунглей вели себя в основном как обычные растения, реагируя лишь на атмосферные явления и почти не замечая, скажем, людей и различные машины и механизмы. Весной же они словно пробуждались от спячки и начинали напоминать своей активностью земные хищные растения типа росянок или морских актиний. В этот период джунгли реагировали на все, что движется, хотя ни люди, ни машины им в пищу совершенно не годились. Увы, это было малым утешением для тех несчастных, кто попадал в объятия гигантским деревьям и кустарникам. Прежде чем растения понимали, что пойманный человек не представляет для них интереса, от бедняги оставался лишь кусок окровавленного мяса в изжеванном и перекрученном, словно мокрая тряпка, скафандре. Не лучшей была и судьба вездеходов, попавшихся агрессивным деревьям под горячую ветку.