(Не)любимый муж (СИ)

Я всегда хорошо училась, выходила на повышенную стипендию, но её с трудом хватало на питание. А ещё мне нужно было оплачивать проживание в общаге, разные сборы в студсовет, изредка покупать одежду и обувь. Про развлечения лучше промолчу. Из-за катастрофической нехватки денег я и пошла работать официанткой.
— Ростик, приходи вечером ко мне. Я договорилась с комендой, тебя пропустят.
Я прячу тушь в косметичку и со злостью смотрю на Ирку. Сегодня снова припрётся её хахаль, а значит — прощай, нормальный сон. Невозможно отдохнуть, когда соседская кровать с грохотом стучит о стенку, а подвыпивший Ростик так долго пыхтит, что даже сквозь беруши в сознание проникают фальшивые стоны Ирки.
Комендантша согласилась. Отлично. За деньги можно купить всех.
Я вылетаю из душного общежития и даже с радостью мчусь на работу. Лучше уж в ресторане бегать от гостя к гостю, чем терпеть мерзких соседок.
Анфиса смотрит презрительно, свысока. Она ненавидит меня за ослушание, за свободу воли. У неё мышление покорной рабыни. Я не осуждаю, просто не понимаю. Ни её, ни работающих здесь официанток, ни маму.
Я тоже не идеальная. Пыталась смириться с нынешним укладом, терпела приставания мужиков, но свободолюбие и гордость оказались сильнее высокой зарплаты. Пусть на следующей работе я буду получать меньше, зато под юбку мне никто не залезет!
— Добрый день! Меня зовут Майя и сегодня я буду вашим официантом, — фальшиво улыбаюсь, подходя к очередному столику.
— Здравствуй, Майя, — вибрирующий, исполненный насмешки голос заставляет меня вскинуть голову.
Ярослав так же чертовски красив и обаятелен, как и две недели назад. Улыбается почему-то, и мне хочется улыбнуться ему в ответ. Только на этот раз искренне.
Я сдерживаю нелепый порыв.
— Вам стейк и дабл-бургер? Может, на этот раз попробуете еду, которую я для вас выбирала?
— Надо же, как тебя это задело, — смеётся он. — Я пришёл сюда не ради ужина. Во сколько заканчивается твоя смена?
— Через полчаса.
— Я подожду, когда ты освободишься.
— Но зачем?
— Разговор есть, — будничным тоном сообщает он. — А пока — будь добра, принеси мне эспрессо.
  
5
 
Я громко фыркаю, решив, что Ярослав подшучивает надо мной. Ну о чём нам разговаривать? Богатенький Буратино и официантка, еле сводящая концы с концами. Параллельные вселенные не пересекаются, а если чудо и случится — всё закончится драмой. Ситуация с Егором многому меня научила.
— Вам поговорить не с кем? — скептически спрашиваю я, выгнув для пущей убедительности левую бровь. Сегодня мой последний день на этой грёбаной работе, могу и покапризничать немного, и пофыркать на гостей ресторана.
— У меня есть к тебе весьма заманчивое предложение. И я хотел бы обсудить его в нормальной обстановке.
— Меня ваши предложения не интересуют, — едко усмехаюсь Ярославу, взмахиваю рукой: — Если вам скучно и одиноко, могу посоветовать хорошего психолога. Вдруг поможет.
— Да ладно? Ты ещё и в психологах разбираешься? Что ж, тогда давай — советуй, — Ярослав складывает руки на груди, в его тёмно-зелёных глазах пляшут весёлые искорки. Снова ржёт, зараза. Понял, что я блефую. Никогда не интересовалась психологами.
— Делать мне больше нечего, — корчу недовольную рожицу. — Гугл вам в помощь, Ярослав.
Всю дорогу до кухни я слышу его журчащий заразительный смех. Сама того не желая, начинаю улыбаться. Чудак вы, Ярослав. Лезете ко мне зачем-то, поговорить хотите. Совсем вам заняться нечем?
Я обслуживаю последние столики, подсчитываю жалкие чаевые и даже чувствую еле заметный укол сожаления, когда прощаюсь с коллективом. Я хорошо общалась с другими официантами, теперь же придётся привыкать к новым людям. Опять.
Уходить не спешу. В последний раз курю на летней террасе, наблюдаю за вечерней суетой. Люди бегут куда-то, собираются в небольшие компании по пять-шесть человек, шутят, ржут так громко, что я прекрасно слышу их с высоты третьего этажа. Улицы переполнены молодёжью. Конечно, ведь сегодня пятница. А мне пора возвращаться в общагу, где соседка с очередным хахалем сначала устроит пьянку, а потом займётся с ним нелепым сексом. Никогда не пойму, как можно трахаться при посторонних.
 
Может, вылить им ведро холодной воды на голову? Пусть освежатся прямо в разгаре любовных утех.
Тихонько хихикаю, представляя обалдевшие лица Ирки и её благоверного.
Но улыбка постепенно сползает с лица. Нельзя так делать, меня потом сожрут три разозлённые мегеры. С одной бы я справилась, но не со всеми сразу. Мне еле хватило денег на новый телефон, ведь старый случайным образом разбился, пока я бегала в душ. И ремонт ноутбука влетел в копеечку.
Выбрасываю окурок в мусорку. Воспоминание двухнедельной давности мелькает перед глазами: наглый Ярослав, называющий меня на «ты», и странное желание открыться перед незнакомым человеком. Интересно, он до сих пор сидит в ресторане? Хотя вряд ли. Я же не захотела узнать о его таинственном предложении. Может, зря?
Но лучше так, чем выслушивать от него непристойности. Что богатенький Буратино может предложить такой девушке, как я? Работу? Ага, в личные помощницы сразу возьмёт, официантки же самые подходящие для этого кандидатуры! Я больше не наивная девчонка и прекрасно осознаю, что имел в виду Ярослав.
Поморщившись от неприятных мыслей, я покидаю летнюю террасу. Бросаю взгляд на столик, за которым сидел Ярослав. Пусто. Снова он ушёл.
Как предсказуемо!
В горле набухает предательский ком. Я сглатываю своё мимолётное разочарование. Сама ведь отказалась, чего теперь грустить?
Натягиваю на голову капюшон, чтобы не замёрзнуть. Шапки я не ношу, после них волосы торчат во все стороны, электризуются и пушатся. Лучше уж окоченеть, чем бить людей током. Застёгиваю куртку, достаю из кармана телефон и погружаюсь в мир твиттера. Из всех соцсетей я пользуюсь только им. Люблю короткие, ёмкие тексты без всяких пафосных фоток, как в инсте, или дурацких видео, как в Тик Токе.
Выхожу из торгового центра, продолжая листать ленту. В трендах — обсуждение нового детектива Джоан Роулинг и выборы американского президента. Эх, ничего интересного.
— Тебя под ноги смотреть не учили?
Обжигающая вспышка радости становится для меня настоящим откровением. Почему я глупо улыбаюсь, услышав чарующий голос Ярослава? Неужели мне настолько одиноко, что я готова общаться с первым попавшимся мужиком?
— Я занята важным делом, — бурчу себе под нос.
— Просмотром твиттера?
— Дайте угадаю: вы из тех, кто ненавидит соцсети и кичится тем, что не зарегистрирован ни на одном сайте?
Смотрю на Ярослава, надеясь увидеть на его лице обиду или раздражение. Хоть что-нибудь, кроме привычной ухмылки. Бесит! Что я такого смешного говорю?
На мгновение его брови взлетают вверх, а вокруг глаз появляются мимические морщинки. Ярославу очень идёт улыбка. Он сразу кажется добрым и каким-то своим, что ли, понятным. Я откровенно пялюсь на него, получая эстетическое удовольствие от разглядывания красивого мужчины.
— Не угадала. Я пользуюсь соцсетями, — спокойно отвечает он. — Будем и дальше пререкаться на улице или пойдём в ресторан?
Ну хоть не домой к себе позвал — уже хорошо.
Я опять смотрю на Ярослава. Он больше не улыбается, лишь задумчиво разглядывает меня в ответ. Его зелёные глаза при тусклом освещении фонарей кажутся совсем тёмными. Высокие, ярко выраженные скулы, упрямый подбородок и чувственные губы, к которым хочется прикоснуться кончиками пальцев.
Трясу головой, избавляясь от временного помутнения рассудка.
 
— Окей. Пойдёмте уже, — бросаю раздражённо, скрывая за недовольным голосом свои истинные эмоции.
Растерянность, смятение и сладостный восторг, который непременно превратится в горечь. Ярослав заприметил симпатичную мордашку в посредственном ресторане и подумал — а почему бы не развлечься? К тому же я говорила о тяжёлом финансовом положении, вот он и сложил два плюс два. Сначала на ужин сводит, а потом предложит с ним переспать. Интересно, его интересует одноразовый перепих или он ищет постоянную любовницу? Второй вариант кажется не таким унизительным.