Единственная для оборотня (СИ)
— А сам Женя что-то про документы и про меня говорил?
— Сказал тебя хватать и бежать. Поэтому мы сейчас и говорим. Нам нужно уезжать в ближайшие дни. Женя сказал, что эти оборотни нас не достанут, только если мы очень хорошо спрячемся. А, да. Женя сказал те документы уничтожить. Обязательно. От этого зависит его свобода, а возможно, и жизнь. И наша тоже. Вероника, ты же сделаешь всё как надо?
Я вздохнула. Ну вот. А я уж думала, что мама начала адекватно оценивать Женю. Наконец-то прозрела. Ан нет. Женечке всё позволено. А мы подстроимся. Мама повозмущалась и остыла. Ей же о сыне позаботиться надо. И так всю жизнь. Кстати:
— А папе ты всё рассказала?
Мама выпрямилась ещё больше, нацепив своё фирменное выражение «правильной и занудной жены», и объяснила:
— Ты же знаешь, что отец в последнее время жаловался на сердце. Его не стоило беспокоить. Я подала всё в нужном ключе. И мы отправимся в срочный отпуск. Тем более мы с твоим папой так давно нормально не отдыхали. Всё дела. А тут такая возможность. Мы и билеты купили. Не смотри так. Тебе придётся поехать с нами. И это не обсуждается.
И тут папа позвал нас в гостиную, мы переглянулись и пошли накрывать на стол. Мне предстояло улыбаться отцу и притворяться, что всё отлично.
Мы сидели, пили чай, мама так безмятежно улыбалась, словно и не было нашего разговора. Именно ей панический страх сказал мне многое. Мама всегда пыталась сохранить спокойствие. Но тут. Теневой клан. И судя по рассказам, не простой.
Тот, кто выполняет грязные делишки для одного из сильнейших кланов? Но с чего мама это взяла? Женя совсем сдурел и сказал такое по телефону? Значит, он и правда в безвыходной ситуации. Маму если только этим испугать. Остальное её вряд ли проймёт.
Пока мама показывала отцу красочные проспекты с одним из курортов в Испании, я незаметно поднялась к себе и переложила документы в сумочку. Решила отвезти их в посёлок и завтра показать Даниилу или Никите.
Мы душевно попрощались, мама обещала позвонить завтра и обговорить важные моменты. Ясно, будет уговаривать лететь с ними. Стоило поспешить и рассказать кому-то из братьев то, что я узнала сегодня. Они лучше знают, что у них там творится. И смогут разобраться с теми документами.
Я решила взять мобиль в аренду и сама доехать до посёлка. А ближайшая точка была в квартале от дома. Так для меня будет спокойней. Удивительно, но только я села, как раздался звонок. Я на автомате взяла трубку, и прислонив в уху, начала вставлять ключи в замок зажигания, поэтому вздрогнула, когда услышала злой голос бывшего:
— Вероника. Ты где сейчас? Мне надоело уговаривать тебя по-хорошему. Ты сама виновата, привезла бы документы и была бы свободна. — Он сделал паузу, словно разговаривал с кем-то. Потом вздохнул в трубку и уточнил: — Мне тут передали, что твоя мама сегодня смотрела билеты с Испанию, так?
Глава 29
У меня аж сердце ёкнуло, так я испугалась, услышав эти слова. Но с облегчением подумала, что о покупке билетов они ещё не знают. Решила не ждать, поменять билеты, отправив родителей быстрее из страны. Пока можно и в Испанию, а потом и подальше, если понадобиться.
Только сейчас я поняла, что шутки закончились. До меня наконец дошло, что это не просто клан оборотней, это бандиты, которые зарабатывают незаконными делами. И сделать с нами они могут всё что угодно. А защиты у нас нет.
И кто бывшему там наговаривает? Явно кто-то из того клана, что промышляет тёмными делишками. Я сидела в машине, забыв и о замке, и о поездке в посёлок, и слушала его.
Кто-то в стороне ответил неразборчиво, и Саша добавил:
— Я смотрю, твои родители быстро сообразили, что к чему. Им Евгений звонил? Чего молчишь? Мне тут передают очень интересную информацию. Оказывается, вы уже купили билеты, и даже не два, а три. На вас всех. И на тебя, Вероника. Ты же говорила, что на практике в клане. А по срокам, мне говорят, это на всё лето. Ничего не хочешь мне сказать? Погоди…
И тут опять какое-то бормотание. Саша жёстко закончил, приказав:
— В общем, ваш вылет отменяется. Берёшь документы и едешь к клубу «Эйфория». Тебя встретят у чёрного входа и проводят. Я там буду. И нужные люди. Документы отдашь, заодно с тобой поговорят. Вы обо всём договоритесь. Мне тут передают, что ты в клане Северин сейчас живёшь. Выполнишь одно несложное задание и, можно сказать, в расчёте.
— Саша, ты что, с ума сошёл? Никуда я не поеду! Да уже стемнело. В такое время дела не делаются. Если нужно, сам приезжай и всё забирай. А я не нанималась.
Боялась, но блефовала. Отправлю родителей хоть завтра, а сама все дела с домом решу. В клане я буду под защитой, они туда не полезут.
И тут в трубке я услышала совсем другой голос. Вкрадчивый, тяжёлый. Чужой. И страшный.
— Возможно, ты подумала, что мы здесь шутки с тобой шутим. Нет, девочка. Давай по-хорошему. Ты же не хочешь, чтобы твои родители отвечали за это небольшое недоразумение? Ты же умница. Твой Саша мне передал, что ты хорошая и правильная девочка. Ведь так? Ты же умная, и всё понимаешь. Привезёшь документы, мы поговорим. Небольшая услуга, ничего опасного, мелочь, и ты будешь свободна. Ты же в клане Северин стажируешься?
А я дышала-то через раз. Горло сковал спазм, до того мне стало страшно от этой спокойной, немного вкрадчивой интонации. Жутко страшно.
Откашлялась и ответила:
— Я, да. Стажируюсь. У Северинов. Ничего не законного я делать не буду, так и знайте! — Сейчас я решила сделать вид, что готова согласиться на условия, но пытаюсь торговаться, показать характер.
Пусть думает, что я клюнула, дала слабину. Тем более моих реальных эмоций этот жуткий незнакомец не почувствует. Если бы мы говорили так, а не по телефону, моё притворство быстро бы раскусили. А мне нужно было понять, сколько у нас осталось времени.
Честно, я так до конца не могла поверить в то, что происходит. Хотя зачем кому-либо надо мной шутить? Решила сходить на встречу, отдать документы, послушать, что же хотят эти неизвестные, заодно время потянуть. Мне же нужно будет выполнить какое-то задание. Заодно успею решить с родителями.
Так я убеждала себя, тихо заведя машину. Развернулась и поехала обратно, мимо родительского дома. Решила медленно проехаться, заодно присмотреться, есть ли рядом с домом кто-нибудь, или нет.
Развернувшись в сторону того самого клуба, по телефону послушала, как мне найти тот самый клуб, и поехала в ту сторону. Район, конечно, там был не самый лучший для людей.
Всё время, что добиралась до клуба, думала, а не иду ли я прямо в ловушку, из которой не смогу выбраться. Мы договорились, что я приеду через час, поэтому у меня было время, чтобы побродить там вокруг и узнать, что там за место.
Я припарковала мобиль в тёмном переулке, проехав прежде недалеко от парадного входа в клуб, и поняв, что это никакая не дыра, а крутое заведение. Увидела значок на входе, обозначающий, что вход туда только для оборотней, и погрустнела.
Любая человеческая девушка знает, что в подобные заведения лучше не ходить. Это в приличные рестораны можно было спокойно заходить по приглашению. А вот в такие специфические клубы заходить не стоило. От слова совсем. Никогда.
Сидела в припаркованной машине и не решалась даже выйти. В голове роились мысли. Я словно на две части разделилась. Первая, осторожная и умная Вероника истерически требовала бежать, будить родителей и сматываться в клан. А там рассказать всё, что произошло.
А вот вторая была та ещё авантюристка. Она хотела понять, куда нас втягивают, говоря, что от нас в любом случае пока не собираются избавляться, рассчитывая на некую услугу. Значит, нужно понять, куда нашу семью успели втянуть брат и бывший.
Решила тихонько издалека понаблюдать за чёрным ходом, и понять, кто выходит и заходит. И хотя бы приблизительно понять, кто там может быть.