Посланник князя тьмы [Повести. Русские хроники в одном лице]

— Мы, много интересного? — Сергей задумался.
«Почему мне сразу не пришла в голову эта мысль? Ведь первое, что я должен был сделать — это побывать на месте происшествия. Вполне возможно, там еще остались какие-либо следы, которые могут многое рассказать об аварии.
Надо завтра же побывать там». — Он вытащил из кармана ручку и записную книжку.
— Что, журналисты все такие, со странностями? То задумаетесь на час, то хватаетесь за ручку и начинаете что-то строчить? — спросила Альбина. — Дайте хоть почитать.
— Ой, извините. Здесь вы все равно ничего не прочтете. У меня очень плохой почерк, — улыбнулся Николаев, пряча записную книжку в карман — Честное слово, в сегодняшний вечер я больше ни о чем не буду думать, кроме как о вас. И, чтоб подтвердить свои слова, я предлагаю тост…
«Какой странный звук», — Арнольд приподнялся и вдруг неожиданно для себя обнаружил, что лежит поперек железнодорожного полотна. Откуда-то из темноты навстречу ему стремительно приближались два ярких источника света.
«Поезд!» — как молния мелькнуло у него в голове, и он рывком, превозмогая боль во всем теле, перевернулся на живот и закрыл голову руками. Едва он это сделал, как над ним загрохотали колеса электрички.
Вдали уже давно исчезли красные огоньки последнего вагона, а он все еще лежал между рельсов, уткнувшись лицом в пахнущую мазутом шпалу, не в силах от только что пережитого страха даже приподнять голову, и пытался припомнить, как он сюда попал. Но все его попытки были тщетны: последнее, что осталось в памяти, это вылетевшая из темноты машина и удар. Арнольд поднялся и хромая, скрипя зубами от каждого резкого движения, с трудом добрался до ближайшей остановки. Пассажиров в автобусе было мало, да и сидели они на передних сиденьях, поэтому никто не обратил внимания на его куртку с оторванным рукавом и порванные на колене и бедре брюки.
На крыльце, перед входной дверью, Арнольд обшарил все карманы, но не обнаружил ни ключей, ни бумажника, и ему пришлось влезать к себе домой через кухонное окно. Хорошо, что оно оказалось приоткрытым. Перевалившись через подоконник, он, не включая свет, добрался до ванной комнаты, достал из аптечки упаковку с баралгином и засунув в рот сразу три таблетки, запил их водой прямо из-под крана. Голова раскалывалась на куски от боли, и слегка тошнило. Скорее всего, сотрясение мозга. Арнольд сел прямо на пол и прислонил голову к прохладной, облицованной кафелем стене.
В гостиной зазвонил телефон.
«Пошли все к черту. Меня нет», — Арнольд закрыл глаза и еще сильнее прижался лбом к холодным кафельным плиткам.
Неизвестно сколько он так просидел — полчаса или час. Из оцепенения его вывел на этот раз звонок в прихожей. Кто-то непрестанно нажимал на кнопку дверного звонка. Арнольд поднялся, но едва он сделал несколько шагов, как услышал звук поворачиваемого в замке ключа. Входная дверь приоткрылась, и в зеркале, висевшем к коридоре, четко обозначились на фоне лунного света силуэты двух мужчин.
Арнольд щелкнул выключателем и осторожно проскользнул назад в ванную, прикрыв за собой дверь.
— Ничего домик, — раздался глухой мужской голос.
Дверь в ванную приоткрылась, луч фонарика скользнул по белым кафельным плиткам и полке с разноцветными бутылочками из-под шампуня.
— Богато живут. Похоже, он еще не появлялся.
— Что там? — донесся, вероятно, из гостиной, голос второго непрошеного гостя.
— Ванна, глубокая. Вот почему так, когда я вижу ванну мне ужасно хочется в нее насрать? Вероятно, это сказывается недостаток ласки и витаминов в детстве.
— Хватит трепаться. Иди сюда, посмотри, что я нашел.
Дверь захлопнулась. Арнольд, стоявший за ней, с облегчением вздохнул. Надо было что-то предпринимать, но вместе с тем и дураку было понятно, что в таком состоянии, без оружия, едва держась на ногах от головной боли, ему с двумя бандитами не справиться. Пока он, кусая губы, стоял, прислонившись к стене, в ванной и обдумывал свое незавидное положение, незваные гости преспокойно хозяйничали в доме. Это были не самые лучшие минуты в жизни Арнольда.
 
С улицы донеслись два коротких автомобильных сигнала.
— Сматываемся, — раздался голос одного из бандитов, — давай быстрей.
Хлопнула входная дверь, и в доме наступила тишина.
Выйдя из своего укрытия, Арнольд первым делом закрыл входную дверь на защелку и прикрыл окно на кухне. Затем он обошел комнаты. Внешне никаких явных признаков вторжения не было видно, только некоторые дверцы шкафов были распахнуты и, вероятно, в спешке не до конца задвинуты ящики. Не хватало ста пятидесяти рублей, шкатулки с драгоценностями жены, лежавшей в верхнем ящике буфета, и двух бутылок коньяка.
Реставратор поднялся к себе в кабинет и достал из-под дивана арбалет со стрелами. Зарядив его, он спустился вниз, включил воду и залез в ванну. Надо было основательно обдумать события богатого происшествиями дня и привести свои мысли в порядок. Это было непросто с такой головной болью, но прохладный душ мог ему помочь.
Голова понемногу начала проходить, зато боль в локте, колене и правом бедре возобновилась как бы с новой силой. Здесь было несколько основательных кровоподтеков. Пришлось вылезти из ванны и смазать йодом свои многочисленные царапины и ссадины.
«Очень повезло, что я успел в последний момент заметить машину и сгруппироваться, иначе меня уже не было бы в живых… Не совсем понятно, что они здесь искали?.. Знают ли они, что я остался в живых?..»
И как бы в ответ на его вопрос в гостиной раздался телефонный звонок.
Холодная ладонь легла на лоб.
— Ну как, вам лучше?
Николаев открыл глаза. Перед ним на краешке кровати сидела Альбина… Она уже была не в своем шикарном платье, а в джинсах и простеньком свитере с фирменной этикеткой на груди.
— Ну как, вам лучше? — переспросила женщина.
— Не знаю. Ужасно болит голова, — Сергей поморщился.
— Немудрено. Столько вчера выпить.
Он приподнял одеяло и вдруг обнаружил, что лежит в постели совершенно голый.
— Где я?
— У себя в номере. Вот, выпейте, сразу полегчает. Николаев понюхал стакан с прозрачной жидкостью.
— Что это?
— Водка.
— Нет, нет. Только не это. Лучше минералки. — Он схватил стоящую на тумбочке открытую бутылку с водой и тут же, выпив всю ее из горлышка, откинулся на подушку. — Ух, полегчало. Как огонь внутри… Кто меня раздел?
— По-моему, вы сами, — усмехнулась Альбина. — Даже мне пытались помочь. Разорвали платье. Чуть не изнасиловали в коридоре…
— Да? — Николаев приподнялся на локте и с удивлением уставился на Альбину.
Странно это, странно это… Такого за ним еще не водилось. Всю память о вчерашнем вечере напрочь отбило, а ведь он никогда не мог пожаловаться, что не умеет пить. Не раз ему приходилось самому развозить приятелей по домам на такси после дружеских банкетов.
— Но деретесь вы классно. Так вломили этому толстому индюку, что он половину столов в зале поопрокидывал.
Сергей почувствовал, как у него потихонечку начинают подниматься волосы на голове. Да и было от чего, события вчерашнего вечера обрастали все большими подробностями. Ничего себе, варьете сходил посмотреть…
— Что я еще натворил?
— Вы кричали на весь зал, что вашего друга убили, но вы все равно найдете его убийц.
Ну, это уже был бред чистой воды. Чтоб он так прокололся!..
— Что еще?
— Вас мои знакомые ребята пытались успокоить, а вы на них набросились. Феде синяк поставили.
— Феде? Какому Феде? Швейцару? Здоровому такому?
— Да.
Это было, пожалуй, самым интересным и веселым во всей истории. Швейцару, по правде говоря, еще тогда, в дверях, хотелось съездить по роже. Здоровый жлоб. Николаев взглянул на свои кулаки. Кожа на костяшках пальцев была содрана в кровь.
— Хорошо, что рядом оказался директор гостиницы, он быстро всех успокоил и все уладил.
Журналист со стоном вновь опустился на подушку.