Выковать счастье (СИ)

   – Без тебя разберутся, - процедил сквозь зубы король,и порыв Бертольфа был подавлен конвоирами.
   Что творится снаружи, Леанте не удалось как следует разглядеть: солдаты-вальденхеймцы, готовясь oтразить нападение, стеной встали перед земляным валом, где еще не остыли тела убитых в предыдущем сражении. С дальнего конца живой «подқовы» доносились отрывистые команды верховного тейона.
   – Крэгглы выслали переговорщика! – крикнул сверху дозорный.
   Из донжона одна за другой выбегали всполошенные женщины: сестры Бертольфа, Тейса, Хайре во главе с прислужницами.
   – Что происходит? Берт! – Веледа бросилась было к брату, но ее перехватил йольв Халль и что-то зашептал ей на ухо. Хильда, на лице которoй читалось скорее детское любопытство, чем тревога, благоразумно oсталась рядом с сестрой.
   Леанте сделала шаг к мужу, стремясь прикрыть его собой.
   – Уходи, Леа! – крикңул Бертольф уже ей,и в его голосе звучало неприкрытое страдание. - Сейчас же! Забери Веледу и Хильду! Укройтесь в подземельях!
   Но она лишь покачала головой, не сводя взгляда с проема между надвратными башнями. Часть солдат расступилась, и у главных ворот показался пеший безоружный крэггл. Если он и был напуган,то виду не подавал. Напротив, вся его поза – гордый разворот плеч, надменная посадка головы, презрительный взгляд и блуждающая на губах полуулыбка – говорила о том, что его вражеской армией не напугать. Не додумался он и поклониться.
   – Кто здесь король вальдов? - выговорил он без почтения, отвратительно коверкая слова на чужом языке. – Буду говорить с ним. Послание от моего короля.
   – Говори, пес, - сухо бросил Гойл, явно задетый тем, что в нем не признали грозного правителя. Или предпочли сделать вид, что не признали. - Да покороче. Уши закладывает от твоего карканья.
   – Мой король Вер-Зу-Наррах, – переговорщик, презрев оскорбления, уважительно поднял вверх указательный палец, - ждет тебя, король вальдов, на открытой земле за стеной. Можно с оружием. - Крэглл насмешливо скосил глаза на изукрашенный самоцветами королевский меч. - Приведи его, - он ткнул пальцем в Темриана, - и убийцу принцев Фар-Зо-Нарраха и Дар-Зо-Нарраха. Будет обмен. Мой король заберет двоих и вернет твоего сына.
   У Леанте кровь застыла в жилах. В немом отчаянии она перевела взгляд на короля Гойла.
   – И это все? - его величество с непроницаемым лицом приподнял бровь.
   – Не все. Ты отдашь замок Фар-Зо-Нарраха и заберешь отсюда всех вальдов.
   – А если не захочу?
   – Тогда будет война. И вы все умрете.
   – А не много ли хочет твой король? - фыркнул Гойл, ничем не выдавая волнения за крон-принца. Леанте невольно отдала дань уважения его выдержке. - Это земля Вальденхейма.
   Крэггл пожал плечами и выпрямился, не считая нужным отвечать. Во дворе воцарилась такая тишина, что слышен был только храп лошадей в конюшнях, стоны раненых в арсенале да звон оружия с внешней стороны ворот.
   – Что ж, - после недолгих раздумий произнес король. – Обмен мне кажется неравным. Но нам и в самом деле есть что обсудить. Передай Вер-Зу-Нарраху, что я гостеприимно встречу его здесь, в своих владениях. Пусть возьмет с собой моего сына Вилхерда. Можно с охраной, – усмехнулся он, передразнивая манеру крэггла. - Я внимательно выслушаю его условия. И объявлю свои. Уразумел?
   Крэггл коротко кивнул и, опять не потрудившись поклониться, зашагал обратно.
   У Леанте онемели кончики пальцев на руках и ногах. Выхода не было. Если даже король крэгглов явится сюда с принцем Вилхердом, Гойл, разумеется, согласится на его условия, чтобы спасти сына.
   И даже слова «неравный обмен» не внушали надежду. У Леанте не было никаких сомнений: король предложит обменять крон-принца на Бертольфа, а своего брата оставит себе, чтобы забрать в столицу и прилюдно казнить на дворцовой площади.
   А Вер-Зу-Наррах совершит над Бертольфом кровную месть.
   Леанте потеряет обоих. И ей нечего предложить взамен…
   Она еще ближе подошла к мужу, почти касаясь бедром его плеча. Оставалась крохотная, ничтожная вероятность, что ей удастся выпросить у одного из королей милость для пленника. Нo для этого ей прямо сейчас придется выбрать. Что делать? Остаться с Гойлом – и просить пощады для отца? Или вызваться идти за Бертольфом – и умолять крэггла, чтобы оставил в живых ее мужа?
 
   Ожидание длилось целую вечность,и все это время Леанте терзалась муками страшного выбора.
   – Возвращайся в столицу, - вдруг шепнул ей Бертольф, почти не разжимая губ. Леанте вздрогнула. Он как будто читал ее мысли. - Проси аудиенции у королевы. Быть может,тебя оставят при дворе фрейлиной и не станут насильно выдавать замуж. Если сможешь, позаботься о моих сестрах.
   Он уже все решил за нее… К горлу Леанте подступил липкий комок, а очертания двора стали расплываться перед глазами.
   – Идут! – крикнул со смотровой башни дозорный. – Крэггл с принцем. И женщина. Еще мальчик. И двое с мечами.
   – Превосходно, - сухо отозвался король, расхаживая из стороны в сторону, но Леанте заметила, что его сжатые в кулаки пальцы слегка расслабились.
   Необычная процессия появилась у главных ворот и неторопливо пересекла мост под напряженными взглядами выстроившихся в две шеренги гвардейцев. Король Вер-Зу-Наррах шествовал пешим. Леанте поначалу удивилась этому факту: верховым он выглядел бы куда величественней. Но потом догадалась, что в этoм правитель крэгглов проявил деликатность по отношению к пленнику: крон-принц смотрелся бы весьма нелепо, сидя верхом со связанными за спиной руками, не в состоянии самостоятельно править лошадью и спешиться.
   В отличие от Гойла Грозного, Вер-Зу-Наррах не побоялся идти первым. Он выглядел много старше правителя Вальденхейма – с лицом,испещренным морщинами и глубокими шрамами, совершенно седой, с замысловатым плетением боевых кос в длинных сальных волосах, с косматой бородищей, дохoдящей до середины груди – и все же, не в пример грузному Гойлу, в нем ощущалась первобытная мужская сила и воинская стать. Грубая военная одежда, кожаные доспехи с толстыми железными бляхами и тяжелый плащ, подбитый волчьей шкурой, дополняли и без того жуткое впечатление.
   За ним следовал связанный крон-принц Вилхерд, сопровождаемый конвоем из двух cвирепого вида крэгглов. Замыкали шествие – Леанте едва не ахнула – рыжеволосая Ньеда и ее сын-подросток, гордый и непримиримый, как молодой волк, Ранн-Зо-Наррах!
   Позади нее не сдержалась и ахнула Хильда.
   – Приветствую тебя, Γойл, король вальдов.
   Если крэггл-переговорщик вовсе не утруждал себя поклонами, то его величество Вер-Зу-Наррах удостоил соперника почтительным кивком. И говорил он на вражеском языке на удивление сносно. Леанте отчаянно пыталась поймать его взгляд и сквозь него заглянуть в душу старого крэггла. Как бы хотелось верить, что под суровым обликом все же бьется человеческое сердце, которому не чуждо сострадание!
   – Ну заходи, коль пришел, – небрежно кивнул в ответ Гойл. На сына он взглянул лишь мельком.
   – О, как любезно с твоей стороны подготовить мне седалище! – обрадовался крэггл, заметив пустующий походный трон, и не замедлил на нем развалиться. - И то верно, старею. Прошел какую-то сотню шагов,и уж запыхался.
   Леанте покосилась на него недоверчиво: она не заметила, чтобы у крэггла хоть сколько-нибудь сбилось дыхание. Гойл, возмущенно взирая на такую наглость, лишь скрипнул зубами. Заметавшиеся во дворе гвардейцы из королевской свиты тут же принесли стул и ему. Не слишком похожий на трон, но его величество не стал привередничать.
   – Не прикидывайся, - буркнул он. - Небось, не запыхался, притащив свою старую задницу через сотни лиг. С тебя не убудет после жалкой сотни шагов.
   Вер-Зу-Наррах расхохотался.
   – А ты эту сотню не захотел преодолеть. Немощен стал?
   Гойл криво усмехнулся.
   – Скорее предусмотрителен. У тебя был крон-принц. Вознамерься кто-то из ваших пустить в нас обоих по болту, Вальденхейм оказался бы обезглавлен.