Владимир Высоцкий
Часть 62 из 78 Информация о книге
Нить Ариадны
Миф этот в детстве каждый прочел —черт побери! —Парень один к счастью прошелсквозь лабиринт.Кто-то хотел парня убить, —видно, со зла, —Но царская дочь путеводную нитьпарню дала…С древним сюжетомЗнаком не один ты.В городе этом —Сплошь лабиринты:Трудно дышать,Не отыскатьвоздух и свет…И у меня дело неладно:Я потерял нить Ариадны!Словно в час пик,Всюду тупик —выхода нет!Древний герой ниточку тукрепко держал:И слепоту, и немоту —все испытал;И духоту, и чернотужадно глотал.И долго руками одну пустотупарень хватал.Сколько их бьется.Людей одиноких,В душных колодцахУлиц глубоких!Я тороплюсь,В горло вцеплюсь —вырву ответ!Слышится смех: зря вы спешите,Поздно! У всех порваны нити!Хаос, возня…И у меня —выхода нет!Злобный король в этой странеповелевал,Бык Минотавр ждал в тишине —и убивал.Лишь одному это дано —смерть миновать:Только одно, только одно —нить не порвать!Кончилось лето,Зима на подходе,Люди одетыНе по погоде, —Видно, подолгуИщут без толкуслабый просвет.Холодно — пусть! Всё заберите…Я задохнусь здесь, в лабиринте:Наверняка:Из тупика выхода нет!Древним затея их удалась —ну и дела!Нитка любви не порвалась,не подвела.Свет впереди! Именно тамхрупкий ледок:Легок герой, — а Минотавр —с голода сдох!Здесь, в лабиринте.Мечутся люди:Рядом — смотрите! —Жертвы и судьи, —Здесь в темноте,Эти и течествуют ночь.Крики и вопли — всё без вниманья!..Я не желаю в эту компанью!Кто меня ждет,Знаю — придет,выведет прочь.Только пришла бы,Только нашла бы —И поняла бы:Нитка ослабла…Да, так и есть:Ты уже здесь —будет и свет!Руки сцепились до миллиметра,Всё — мы уходим к свету и ветру, —Прямо сквозь тьму.Где — одномувыхода нет!..* * *
Водой наполненные горстиКо рту спешили поднести —Впрок пили воду черногорцыИ жили впрок — до тридцати.А умирать почетно былоСредь пуль и матовых клинковИ уносить с собой в могилуДвух-трех врагов, двух-трех врагов.Пока курок в ружье не стерся.Стрелял и с седел и с колен, —И в плен не брали черногорца —Он просто не сдавался в плен.А им прожить хотелось до ста.До жизни жадным, — век с лихвой, —В краю, где гор и неба вдосталь,И моря тоже — с головой:Шесть сотен тысяч равных порцийВоды живой в одной горсти…Но проживали черногорцыСвой долгий век — до тридцати.И жены их водой помянут;И прячут их детей в горахДо той поры, пока не станутДержать оружие в руках.Беззвучно надевали траур,И заливали очаги,И молча лили слезы в траву.Чтоб не услышали враги.Чернели женщины от горя.Как плодородная земля, —За ними вслед чернели горы.Себя огнем испепеля.То было истинное мщенье —Бессмысленно себя не жгут:Людей и гор самосожженье —Как несогласие и бунт.И пять веков — как божьи кары.Как мести сына за отца —Пылали горные пожарыИ черногорские сердца.Цари менялись, царедворцы.Но смерть в бою — всегда в чести, —Не уважали черногорцыПроживших больше тридцати.* * *
Я был завсегдатаем всех пивных —Меня не приглашали на банкеты:Я там горчицу вмазывал в паркеты,Гасил окурки в рыбных заливныхИ слезы лил в пожарские котлеты.Я не был тверд, но не был мягкотел, —Семья пожить хотела без урода:В ней все — кто от сохи, кто из народа, —И покатился <я> и полетелПо жизни от привода до привода.А в общем что — иду — нормальный ход.Ногам легко, свободен путь и руки, —Типичный люмпен, если по науке,А по уму — обычный обормот,Нигде никем не взятый на поруки.Недавно опочили старики —Большевики с двенадцатого года, —Уж так подтасовалася колода:Они — во гроб, я — вышел в вожаки, —Как выходец из нашего народа!У нас отцы — кто дуб, кто вяз, кто кедр, —Охотно мы вставляем их в анкетки.И много нас — и хватки мы, и метки, —Мы бдим, едим, других растим из недр.Предельно сокращая пятилетки.Я мажу джем на черную икру,Маячат мне и близости и дали, —На жиже — не на гуще мне гадали, —Я из народа вышел поутру —И не вернусь, хоть мне и предлагали.