Игрушечный стрелок (СИ)

И два — в конце концов, я стрелок. Не рукопашник, не ножевик, не копейщик. Я стрелок. Пусть даже игрушечный.
В конце концов, а этом мире пока что, кроме меня, даже таких нет.
Когда мы вернулись в замок, Фабиола дошла со мной до мастерской, а потом исчезла, страстно поцеловав напоследок. Я проводил ее взглядом и принялся раздеваться с намерением лечь спать. Стянул через голову рубашку, скомкал ее и кинул на стол. С усталости промахнулся, комок ткани приземлился на самый край и стек на пол.
Что-то стукнуло.
Я нагнулся и поднял рубашку — под ней лежал кремниевый кубик, что Винья велела забрать для тренировок. Я поднял кубик, повертел его в руках и вздохнул — с прошлого раза он нисколько не изменился. Все тот же кубик, все так же слегка раздут, теперь вот еще маленько сколот на уголке. Никакого понимания материала так и нет, не чувствуется, не существует.
Я сел на кровать, вертя кубик в пальцах. Закрыл глаза и попытался сосредоточиться на ощущении материала в руках. Быть может, если отключить самый основной орган чувств — зрение — получится лучше?
Гладкие, чуть выгнутые грани, острые ребра, колючие кончики. Один не колючий — там теперь крошечный скол. Сам отколовшийся кусок и не найти уже — такой он мелкий, но пальцы чувствуют. Этот угол теперь не похож на все остальные, наверное, я бы чувствовал разницу даже если бы умудрился найти пропавший кусок и как-то вернуть его на свое место.
На свое место…
А ведь не только у кусочка есть свое четко определенное место… Ведь у материала в целом — тоже есть свое место! Место в периодической таблице химических элементов!
Я открыл глаза и побежал к столу. Поворошил кучу листов, нашел среди них один чистый. Схватил карандаш, которым меня снабдил Бирми, когда узнал, что мне нужно чем-то рисовать чертежи, и быстро накидал на бумаге кривую таблицу.
Так, с чего там начинается? Водород это один протон, один электрон, это я помню. Стало быть, это номер один… Хм-хм, а дальше-то я ни хрена же не помню. Кислород — это… Восьмой кажется элемент.
Я вписал водород и кислород в таблицу и задумался, постукивая карандашом по губе — кислород казался сидящим не на своем месте. Он оказывался в правой части таблицы, где, вроде бы, располагались инертные газы вроде неона. Блин, не помню! Помню, что таблица немного кривая была, где-то там чуть ли не целые строчки отсутствуют, а вот где именно…
Зато кое-что я точно помню. Углерод это шестой по порядку элемент, я это на всю жизнь запомнил, когда узнал, что вся жизнь на планете — углеродная и долго не мог в это поверить, читая все новые и новые статьи по этому поводу. Я даже точно запомнил строение атома углерода, благо он совершенно симметричен со всех сторон — по шесть протонов, нейтронов и электронов.
Я бросил взгляд на кубик кремния на столешнице и напряг память, но так и не смог выудить никакой информации ни по кремнию, ни по алюминию. Интересно, здесь кто-нибудь додумался до периодической таблицы? Моих знаний явно недостаточно!
А ведь если окажется, что я прав, и "познанием" материала окажется понимание его атомной структуры, — а исходя из того, что магия Формы предполагает выполнение законов сохранения материи и энергии, это очень даже возможно! — то это к чертям перевернет всю структуру магии, упростив ее донельзя! Если обучающийся маг будет точно знать, что именно ему нужно "познать" в веществе и искать именно это — то и познание ему дастся намного легче!
Я нарисовал на листе большую букву С, подписал к ней с трех разных сторон по шестерке, а потом посмотрел на карандаш и шваркнул его об пол!
Подобрал, закусил зубами торчащий из деревяшки грифель и потянул, вытаскивая обломок. У меня в руке оказался крошечный кусок настоящего чистого углерода. Скорее всего, не чистого, а замешанного со всякой фигней, вроде бы карандаши делают из графитовой пыли, используя вторичное связующее вещество, но суть одна — углерод там есть. И я знаю, что мне нужно искать — атомы, содержащие в себе шесть протонов, шесть нейтронов и шесть электронов.
 
Я закрыл глаза и представил себе модель искомого атома. Как в учебнике химии умозрительно "раскрасил" протоны в красный, нейтроны — в белый, а электроны — в синий. Заставил электроны вращаться вокруг ядра и некоторое время понаблюдал за их полетом. Нет, секунду, у углерода два слоя электронов… Кажется, два на внутреннем, и четыре на внешнем.
Я мысленно сместил шарики электронов и получившаяся картина более соответствовала тому, что лежало в моей памяти.
Черт, а я ведь не помню никаких элементов, близких к углероду — ни перед ним по позиции в таблице, ни после! Выходит, я не смогу трансмутировать его ни во что другое! Максимум — возможно! — я смогу изменить его форму… Если я был прав и мой метод "познания" работает.
И если я вообще пойму, что я его "познал".
Так, теперь дело за ощущениями. Кусочек грифеля в руке практически невесомый, он не чувствуется, только если с силой покатать его в пальцах. У него скругленный кончик с одной стороны и остро обломанный от падения — с другой. Он мажет пальцы, они начинают скользить друг по другу. Если надавить ногтем, он не поддается — вминается в пальцы сильнее, пытается укатиться.
Шесть электронов, шесть протонов, шесть нейтронов…
В этом кусочке неисчислимое количество атомов углерода. Каждый из них содержит в себе шесть протонов, шесть нейтронов и шесть электронов. Микроскопические кирпичики конструктора лего, совершенно одинаковые, но маленькие настолько, что могут выстраиваться в совершенно любые конструкции и формы.
Шесть протонов, шесть нейтронов, шесть электронов.
Наблюдая с закрытыми глазами за бегом электронов, я почувствовал, как отключаюсь. Сознание помутилось и куда-то уплыло от меня, оставив наедине с моделью атома и ощущениями в пальцах. Я сидел на кровати, скрестив ноги и закрыв глаза, и катал в почерневших пальцах несчастный кусочек стержня.
Шесть электронов, шесть протонов, шесть нейтронов…
Углерод — один из самых уникальных материалов. Он может стать всережущим алмазом, а может — полезным активированным углем. Он является основой любой жизни, и он же может стать причиной смерти, если будет бесконтрольно оседать в виде сажи на трубе дымохода. У него множество обликов и форм. И он вполне способен принять еще одну — ту, что задам ему я. Всего-то нужно — немного раздвинуть в стороны свои атомы, состоящие из шесть протонов, шести нейтронов и шести электронов, разойтись под давлением ногтя, чтобы появился крошечный прогал в идеально ровном с боков стержне.
Все, чего я хочу — это маленький, крошечный заусенец, который я сделаю своими руками.
Нет, не руками. Я его сделаю магией. А руки лишь покажут, где он образуется.
Шесть протонов, шесть нейтронов, шесть электронов.
Я открыл глаза. Посмотрел на кусочек графита в своей руке. Поднес его ближе к глазам, повертел немного и даже царапнул пальцем.
Ноготь зацепился за углубление в углероде.
Да быть того не может. Наверняка я как-то криво сломал, и оно там уже было… В конце концов, может, этот грифель произвели кривым и эта царапка там всегда была!
Я снова сжал грифель в пальцах, закрыл глаза и достал из памяти модель углеродного атома. Сознание снова помутилось и поплыло в сторону, зато теперь катаемый в пальцах грифель я будто бы видел этими самыми пальцами! Я точно понимал в каждый момент времени, как именно располагается этот кусочек графита, каким концов куда он повернут и даже где располагается засечка, сподвигнувшая меня на второй эксперимент! Я будто видел свой объект испытаний, но видел не глазами, а осязанием!
 
Шесть протонов, шесть нейтронов, шесть электронов!..
Я принялся ставить ногтем на грифеле засечки, наблюдая как они появляются на "виртуальном" углероде, существующем только у меня перед глазами. Ставя каждую новую, я подворачивал ноготь, будто бы подколупывая, отгибая получившийся кусочек наружу, словно нарезая на грифеле стружку. Закончив, я повернул грифель и, не открывая глаз, продолжил работу.