Настойчивый Муз или Рецепт аврального дописания (СИ)

Вдруг вспомнились первые дни моего пребывания здесь после похищения. И то, как поначалу дичилась Влада не понимая, чего именно ему от нее надо и напридумывав себе всяких ужасов про маньяка продамана свихнувшегося извращенца-фетишиста. Что называется: сама придумала — сама поверила и чуть не впала в настоящую панику.
Впрочем, Влад тоже хорош! Мало того, что спер меня, как чужой чемодан на вокзале, так еще и совершенно запутал своим поведением: то запугивал, то деньги сулил, а по-человечески все объяснить сразу не додумался.
Вполне логично, что мне понадобилось некоторое время, чтобы взять себя в руки и разобраться в ситуации беспристрастно. По некотором размышлении, я пришла к выводу, что все не так плохо, как могло бы показаться на первый взгляд. Мне выделили отдельную и весьма комфортабельную спальню, совмещенную с ванной комнатой, кормят, физического вреда не причиняют.
По сути, требование у моего похитителя было только одно: чтобы я, ни на что не отвлекаясь, писала книгу и ежедневно выкладывала на свою страничку очередное продолжение. Якобы для больной сестры, которая является фанатом моего творчества. Но, как оно там было на самом деле — кто его знает?
Из приятностей, кроме удобной широкой кровати, кресла, рабочего стола со всем необходимым и большого видового окна, в комнате так же присутствовали: кофейный столик со всем необходимым, включая заварной чайник, и рация.
Обыкновенная такая парная рация, которая действует в пределах ограниченного расстояния и используется некоторыми людьми в качестве телефонов. Особенно, если живут они в больших домах и докричаться до человека проблематично, а звонить по мобильнику — глупо, когда есть бесплатная альтернатива.
Так вот нужна она была для того, чтобы в случае необходимости я смогла связаться с Владом. Больше-то я этого сделать никак не могла. Но спасибо, что хоть о таком варианте позаботился. А иногда и он по ней же предупреждал меня о недолгих отлучках за пределы поместья.
Кстати, начет мобильника. Первым делом, когда я пришла в себя, я попыталась позвонить — хоть кому-нибудь! Даже если бы Влад и забрал симку, все равно можно было бы дозвониться в службу спасения. Но он поступил умнее: просто вытащил из телефона аккумулятор. А зарядку я с собой не брала. Приехали.
О побеге я тоже думала, но и здесь не увидела каких-либо вариантов: комната была заперта на ключ, и сама находилась на третьем этаже. Позвать кого-либо на помощь не представлялось возможным, потому как я вообще не видела из своего окна ни одной живой души. И внутри дома было тихо, по крайней мере, мне ничего услышать не удалось: вероятно потому, что само поместье было большим и меня явно поселили где-то на отшибе.
Но больше всего меня беспокоило то, что я совершенно не представляла, где нахожусь. С высоты своего этажа я видела, что за стеной поместья во все стороны раскинулся густой «дикий» лес. А ну, как в тайгу куда-нибудь увезли? С этого сумасшедшего станется! Тем более, хорошо видно, что в деньгах он явно недостатка не испытывает.
Поэтому стоит ли пытаться сбежать, если альтернативой этому заточению станет бесконечное блуждание по совершенно незнакомой местности без карты, компаса и хотя бы минимального запаса продуктов? Так я только до ближайшего болота дойду. Или до медведя.
Нет, уж, спасибо! Что-то меня не очень вдохновляет подобная перспектива.
Так что, успокоившись, и все хорошенько взвесив, я решила воспользоваться столь неожиданно свалившимися на меня каникулами по полной! Правда, чтобы войти в привычный ритм написания мне потребовалось около недели с момента прибытия сюда.
Как только я начала снова писать, Влад смягчился и перестал постоянно стоять над душой, выжимая из меня то, что я на тот момент просто физически не могла ему дать. Однако худо-бедно дело пошло.
Процесс выкладки очередной проды тоже был весьма своеобразным: для этого Влад специально приносил в мою комнату свой ноутбук и перекачивал с подготовленной мной заранее флешки требуемый кусочек текста.
 
Ни о каком общении с читателями и ответах на комментарии, естественно, не могло быть и речи! Более того, как только пошла выкладка прод, я под бдительным присмотром Влада добавила новое сообщение в аннотацию к книге. В нем сообщалось, что автор временно находится в зоне с ограниченным действием интернета, которого хватает только на выкладку проды, а читателям, увы, отвечать нет возможности.
Хотелось бы мне думать, что Влад заботился именно о них или о моей репутации, но скорее всего, просто лишний раз подстраховался, как с тем Трудовым договором. Курам на смех документ! Но подписать пришлось.
С тех пор так и жила, писала, ждала окончания книги. Пока вчера не случился первый затык. Но теперь он благополучно преодолен, значит надо двигаться дальше! Полдня в кровати не проваляешься. Пора и за работу браться.
Кстати, что-то я устала уже сидеть взаперти. Хочу на свежий воздух, тем более, что погода на улице стоит просто загляденье: ясная, теплая с тонкими нотками медленно приближающейся осени. Надо будет обязательно спросить Влада об этом.
Но поднять эту тему я решилась только спустя несколько дней. Заодно и повод хороший представился.
Влад.
Что-то слишком тихо как-то сегодня. Она уже давно не доставала меня и вообще никак не давала о себе знать. Даже подозрительно. Надо бы проверить, все ли в порядке?
Взял рацию и вызвал Лену, но ответа не дождался. Еще раз повторил попытку — тишина. Черт, это уже не смешно! Хотя, может, отлучилась куда по надобности? Но и через пять минут, после повторного вызова на той стороне мне никто не ответил.
Тогда плюнув на хорошие манеры, я бегом рванул на третий этаж, повернул ключ в замочной скважине и, без стука распахнув дверь в ее комнату, остолбенел на пороге. Окно было распахнуто настежь, легкие занавеси полоскались на ветру, как в каком-то дурном рыцарском романе, а через подоконник была перекинута веревочная лестница, связанная из постельного белья. Вот самая настоящая, с узелками для удобства, разве что не в порванном виде, а вполне себе из целого пододеяльника, простыни и чего-то там еще.
Дура! Такой длинны ведь точно не хватит для того, чтобы достать до земли. Да и вряд ли у девчонки достаточно сил как следует закрепить узлы, чтобы они не развязались под ее весом. А если ей еще хватило мозгов для того, чтобы добрать недостающую длину с помощью своей одежды или понадеяться на то, что можно удачно спрыгнуть и ничего себе не повредить…
Я опрометью бросился через всю комнату к окну, ожидая и страшась того, что могу увидеть внизу. Сердце заполошно стучало, а сквозь зубы неслись злые ругательства:
— Только самый последний придурок поверит в то, что подобный план побега может удастся! Самоубийца хренова!
Добежав до окна, я высунулся наружу и посмотрел вниз, но ничего постороннего под ним не нашел. Опасно перегнувшись через подоконник почти наполовину, внимательно оглядел всю площадь газона у подножья особняка, но каких-либо следов беглянки или ее неудачного приземления так же не обнаружил. Ничего не понимаю, она в прошлой жизни что, воздушной гимнасткой была? Эта нелепая веревка кончается на уровне чуть ниже второго этажа!
Я выпрямился и в недоумении посмотрел почему-то наверх — на небо. Улетела? От этой самосбродки уже всего можно ожидать. Бредовый поток моего сознания прервал несколько задумчивый, но крайне довольный голос за спиной:
— Действительно — придурок! Купился на такую банальную уловку, еще и сам подставился. Чудненько! Так мы его в окошко и выкинем.
 
У меня от злости аж в глазах потемнело. Медленно обернувшись, я узрел эту графоманку преспокойненько сидящую в позе лотоса на полу, возле стены, с неизменным блокнотиком на коленях, и увлеченно что-то в нем записывающую. Страшно захотелось обхватить руками ее тоненькую шейку и сжать крепко-крепко до хруста, но самоконтроль пока побеждал:
— ЧТО? — получилось даже не заорать, а почти спокойно спросить. Правда вышло что-то невнятное: то ли шипение, то ли рык, но нечего было меня опять доводить!