Марья Каланчина – попаданка (СИ)
А вот она, голубушка, сидит перед ним. И тряпки перед собой держит. Ого, а в тряпках-то призрак. Все родовые особенности налицо!
Пауза затягивалась, командир заставил себя сказать:
– Кто… куратор?
– Должен быть Ивэн, конечно. А свободен только я. Получается, моя очередь, – признался Джон и поморщился.
– Да. И как тебя звать, чудо?
– Марья Каланчина. Но нас двое.
– Вижу. Джон, девушку разместить согласно ее предпочтениям, сегодня отдыхает, завтра утром ожидаю ее с призраком в 9.00. Вопросы?
– Вопросов нет, командир.
– Свободны.
Девушка тоже промолчала, Джон с подопечной вышли, Ивэн, чуть помедлив, ушел за ними. Командир отправил запись командующему и повернулся к знаменитой четверке привидений:
– Что скажете?
– Грядут перемены.
Глава 5
Разумеется, завели меня в зал, отделанный серым камнем.
Джон велел подождать, вышел и вернулся с огромным дядькой, примерно его возраста. Только Джон в серой одежде, явно форме: штаны заправлены в сапоги на шнуровке, и китель на шнуровке – полная маскировка на фоне стен, надо присматриваться. А дядька одет в свободные одежды: зеленые штаны как шаровары, футболка белая, куртка-разлетайка темно-зеленая распахнута. Обут в мягкие тапочки. Дядька ярче и сам улыбчивый, гораздо приятнее Джона.
– Марья, я Александр, маг-бытовик. Сделаем все, как тебе привычнее, а раскрасишь сама. Договорились?
– Давайте поэтапно. Что делаем и зачем?
– Создаем место для проживания. С учетом особенности твоей культуры и твоих предпочтений.
– Да утра я вполне обойдусь спальным местом и, простите, туалетом. А дальше будет видно.
– Ты же девушка!
– Ну…да. И что?
– Хорошо. Как скажешь. Что делаем?
– На чем у вас спят?
– Кто на полу, кто себя подвешивает, кто как. Мы спим в мешках обычно.
– Понятно, что ничего опять не понятно. Тогда делаем так. Горизонтальная плоскость на подпорках, у нас называется кровать или тахта. У вас есть кровати в принципе?
– Есть. Они во всех мирах есть.
– Отлично. Мне нужна кровать. И одеяло. Это главное.
– Подушку – можно?
– Можно все для кровати, что у вас принято.
Дядечка ушел примерно через час.
Зашла в душ, проверила бабулю и улеглась.
Штаб 1 круга
Командир стоял навытяжку рядом с командующим. Оба молчали.
Командующий смотрел на мониторы с записью.
– А покажи, что сделали в ее жилище?
Камера услужливо включилась.
Огромное помещение пустой казармы так необжитым и осталось. В самом углу, подальше от входной двери, на деревянной кровати, лежала фигурка, совершенно закутанная в одеяло, даже лица не было видно, только кончик косы уныло свисал с подушки.
У кровати стояла тумбочка с каким-то светильником, за тумбочкой виднелась ширма.
– Что за ширмой?
– Душ, туалет.
– И все?
– Все.
– Значит, не определилась. Обучаете?
– А как же. По полной программе, активация с десяти утра. Удачно она спать улеглась. Маг попросил добавить ей лично основы бытовой магии. Она вопросы задавала.
– Какие?
– Например, как избежать повышенной влажности в доме.
– Странный вопрос.
– Да.
– А братец твой как удивил!
– Не то слово! Биохимики взяли у него все анализы. Генетики спорят.
– Пусть спорят, тут явно боги вмешались, – командующий помолчал и добавил, – грядут перемены.
Россия, город Энск
Вампир Иванов понял, что он совершенно несчастлив на празднике в честь своего семидесятилетия. Абсолютно и беспросветно несчастлив.
Ему впервые сменили документы, казалось, живи да радуйся. Выглядел, по человеческим меркам, на шестнадцать лет лет, по новеньким документам исполнилось восемнадцать, Филипп Филиппович Иванов, и юный вампир честно собирался отслужить годик на какой-нибудь заставе.
Но глава клана сделал ему подарок на дне рождения:
– Филипп, клан пошел тебе навстречу, завтра едем на точку, где ты отдашь свой долг Родине.
– А где… эта точка?
С главы станется отправить далеко в горы. Или в болото.
Но стильный и мужественный вампир, лет сорока на вид, сменивший документы пять раз, успокаивающе махнул рукой:
– Нет, совсем рядом, в пригороде. Поживешь там в общежитии, один выходной в неделю, отоспишься как следует. Свою машину, конечно, оставишь дома, но автобусы ходят регулярно. Я тебя сам отвезу, познакомлю, не волнуйся, два года быстро пролетят.
– Как это – два года? Почему?!
– Альтернативная армейская служба 21 месяц, почти два года, даже меньше. А как ты хотел? Стрелять и драться ты не желаешь, парашют тебе не мил, в море укачивает. Два года по уходу за больными. В хосписе. Завтра в 7.00 быть у меня. Иди отдыхать.
Сидоров и Петров подхватили Иванова под белы рученьки и повели на верхний этаж.
Фейерверки в свою честь именинник смотрел из окна, а потом лежал носом к стенке. Гости танцевали всю ночь. Праздник, безусловно, удался.
Глава 6
Разбудила меня бабуля!
– Марья, а где это мы?
– Бабулечка, на том свете!
– Надо же! Вот так и подумаешь, стоило ли так долго ждать. Сухо, чисто, тепло. Вставай, все расскажешь.
– Умоюсь только.
Все получилось, спасибо призракам!
– А завтрак тебе тут дают?
– Не знаю еще, но чувствую себя нормально, слушай!
Рассказывала негромко, почти шепотом, почему-то возникало ощущение чужого взгляда, подумала и повернулась к нему спиной.
Бабуля дотошно расспрашивала, может, что-то сопоставляла с тем, что знала от мамаши, все-таки ее дочь родная. Только отношения с ней не сложились. Совсем.
Деда я не видела, не успела. Он был отличным хирургом, бабуля – операционной медсестрой, работали они вместе. Дед гораздо старше, когда молоденькая сестричка появилась в районной больнице и попросилась в хирургию, все в отделении были против новенькой, кроме старшей медсестры. Она и поставила будущую мою бабулю к будущему деду в пару, как к наиболее выдержанному и опытному врачу.
Уж не знаю, насколько доктор был опытен в житейских вопросах, женат он не был, но выдержка ему изменила, и он зачастил в гости в комнатку среднего медперсонала.
Поженились они почти сразу и счастливо прожили вместе тридцать лет и три года, как в сказке.
Несчастной была только единственная дочь, потому что в районной больнице зарплата у родителей была смехотворной, а благодарность они ни продуктами, ни как-либо еще принципиально не принимали.
Бабуля рассказывала, что как-то раз один больной подарил ей коробку шоколадных конфет на день рождения, и она принесла конфеты домой. Дед молча взял жену за руку и повел назад в больницу. Больной уже уехал, конфеты в результате ели гардеробщицы. А дочь запомнила и не простила. С этой коробки отношения окончательно разладились. Дед ушел из жизни раньше жены, на зарплату медсестры жить было невесело, дочь все время бабулю попрекала, а потом родилась я, и моя мамаша съехала от нас при первой возможности. Бабуля даже не поняла, куда.
Поговорить мы толком не успели, в дверь стукнули и сразу вошли Джон и Ваня этот, принесли опять паек. Спасибо.
Удивительно невкусно, честно скажу, но даже думать о еде потом не хочется. Может, у них на это и расчет, я ж не знаю.
И все вместе пошли к командиру. Его я уже видела, а бабуля – нет, и она рассматривала местное начальство с большим интересом.
Смотреть там особо нечего, так мне показалось. Тощий, но мускулистый, серая форма на нем в обтяжку, плечи и руки видно отчетливо. Рост, правда, отличный, ну, раз выше меня, острижен коротко, блондин. Какие эмоции испытывает – непонятно. В балетной школе девочки приносили любимых кукол, у кого были, конечно. В основном – Барби и Кенов. Вот этот командир просто вылитый Кен, на вид холодный и бесчувственный, кукла и кукла. Ванька их проще, но живой.