Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
Сразу за поворотом караванный путь резко обрывался и начиналась глубокая пропасть. О протяженности пролома в монолите скальной породы было трудно судить, он простирался, пока хватало взгляда, ну, а что же касалось ширины образовавшейся в результате череды мощнейших землетрясений и горных обвалов впадины, то она была сравнительно небольшой, всего каких-то пятьдесят-шестьдесят шагов. Как ни странно, но именно это ущелье, точнее, искусственно созданная поверхность над ним, и было строительной площадкой, на которой одновременно грохотали топорами да перетаскивали доски около сотни обнаженных по пояс низкорослых крепышей.
Дарк с удивлением взирал на нереальную, в высшей степени абсурдную картину возведения над пропастью настоящего, полноценно прочного моста, через который на противоположную сторону мог быстро и без всяких затруднений перебраться не только отряд в несколько сотен мечей, но и пара-другая эскадронов тяжелой кавалерии. Основой для строительства стал узенький навесной мосток, возведенный высланной вперед группой за часок, не более. По нему отступавшие защитники границ цепочкой один за другим и перешли на противоположную сторону ущелья, где их и постигло коллективное помешательство, выразившееся в неуместном стремлении к зодчеству. Вместо того чтобы, как планировалось изначально, уничтожить за собой переправу и продолжить отступление к последнему махаканскому городу, Сыны Великого Горна активно взялись помогать врагу, возводя крепкий и прочный мост. Одни гномы перетягивали через пропасть стальные тросы и дополнительные канаты, совокупность которых позволила бы удержать на весу более широкую и, соответственно, тяжелую конструкцию; другие расширяли ширину переправы, плотно прибивая друг к дружке толстые деревянные доски; третьи подтаскивали строительные материалы. Ну а самые отважные мастера висели на канатах над бездной и закрепляли мост на длинных стальных подпорках. Результаты, по всей видимости, уже близившейся к концу работы были налицо. Переправа расширилась раза в четыре и надежно держалась над пропастью на десятке толстых канатов, полудюжине стальных тросов и четырех вбитых в скалу подпорах.
В голове пораженного не только масштабом и скоростью строительства, но и абсурдностью увиденного Аламеза возникло сразу два вопроса: «Зачем понадобилось действовать на руку врагу?» и «Откуда махаканцы раздобыли столько инструментов и строительных материалов?». Ответы на вопросы мог дать только один гном (другие просто не удосужились бы вдаваться в объяснения перед чужаком), и им, как несложно догадаться, был Румбиро Альто, крошечная фигурка которого виднелась на противоположной стороне ущелья. Видимо, командир уже раздал рабочим группам все указания и теперь просто стоял, скрестив на груди руки, и наблюдал за завершением работ.
Естественно, как только Дарк отошел от шока, то сразу поспешил к старому другу, уже заметившему его и приветливо замахавшему рукой. Перейти через поспешно доделываемый мост оказалось не так-то и просто. Занятые работой гномы, которым моррон то и дело попадался под ноги, сердито ворчали, щедро осыпая мешавшего их трудам чужака обидными словами и, не скупясь на угрозы расправы, то «балкой по хребтине», то «по дурной башке молотком». Парочка из запыхавшихся, обильно покрытых потом крепышей даже попытались перейти от слов к действиям, замахиваясь на Дарка то молотком, то топором, то не менее страшным оружием – крепко сжатым кулаком. Расправа не свершилась исключительно благодаря громогласности Румбиро, внимательно следившего за тернистым продвижением союзника по мосту и сердитыми выкриками пресекавшего любые попытки проявления агрессии. Чем именно он грозил солдатам, Аламез, конечно же, не понимал, поскольку Альто ругался по-махакански, но не было ни разу, чтобы его слова не подействовали. Только что готовые проломить мешавшемуся моррону череп гномы сердито ворчали и возвращались к работе, едва заслышав зычный бас глубокоуважаемого и высоко ценимого ими командира.
Несмотря на глубину пропасти и отсутствие у моста поручней, Дарку не было страшно идти по нему. Когда нога чувствует под подошвой сапога твердую почву, а глаза видят, что работу делают трудолюбивые, основательно подходящие к любому делу, за которое берутся, махаканцы, сердце не знает страха. Но всё же, спрыгнув с деревянных подмостков и вновь оказавшись на караванном пути, моррон почувствовал себя гораздо уверенней. Так чувствует себя житель равнин, благополучно прошедший по извилистой горной тропе и вернувшийся в родные степи, леса или долины. Только ступив на камни, Дарк тут же направился к Румбиро и ещё на подходе попытался первым завести разговор, осыпав седеющую голову Альто сначала упреками, а затем и вопросами, но мудрый гном не дал себя обругать, опередив союзника и товарища.
– Не знаю, куда ты во время боя пропал, но знаю, на то были причины! – заявил гном, без злости и иных враждебных эмоций взирая на приблизившегося к нему вплотную друга, грязного и взопревшего не менее его бойцов. – Также не спрошу, что ты узнал, побывав «в гостях» у врагов. У нас своя война, и нам твои заботы без надобности. Рад тебя снова видеть. Знал, что вернешься, поэтому навстречу отряд и послал. Верил, что еще свидимся, не мог же ты уйти, не попрощавшись!
Последняя фраза прозвучала не как вопрос, а как непоколебимое утверждение. После нее суровое лицо гнома озарила широкая улыбка. Гном позволил себе проявить чувства и, как в старые добрые времена, заключил Дарка в крепкие объятия.
– Ну а теперь спрашивай, что хотел. Чую, ругаться бушь! – отстраняясь, произнес Альто со смешком.
– Нет, не буду! – покачал головой Аламез, у которого пропала охота возмущаться, но непонимание осталось. – Спрошу лишь, что за дурь несусветную творишь?! Для врага мост строишь?! Неужто битва слишком легкой показалась, и ты шеварюгам фору дать вздумал?!
– Знаешь, среди вас, людей, существ в массе своей дурных, поверхностных и недальновидных, порой попадаются мудрецы, – с назидательным смешком ответил Альто. – Так вот, один из них как-то сказал: «К чему орать, когда говоришь не с глухим?»
– А что изрёк второй? – учтя в общем-то дельное замечание, спросил моррон уже вполголоса. – Неужто в его словах найдется оправдание для этой несусветной глупости?
– Найдется, ещё как найдется, – дважды кивнул Альто. – А изрёк он, точно ужо и не припомню как, но смысл таков, что коль вражина твой отступает, последнее по крохам подсобери, натужься из всей мочи, а мост ему построить изволь!
– Вот именно, что отступает, а не наступает! – проворчал Дарк, но лишь взглянув на лукаво ухмыляющегося друга, понял, что махаканцы по-своему истолковали известную людскую поговорку и придали ей иной, пока еще не ясный ему смысл. – Иль ты, старый бес, пакость какую задумал?!
– Во-первых, вовсе не старый, а во-вторых, не пакость, а хитрость военную, – самодовольно уточнил гном, довольный тем, что ему удалось обескуражить самостоятельно не догадавшегося о его замысле товарища. – Ну, как, сам угадаешь, что к чему, али подсказка понадобится?
– Мост под врагом обрушить хочешь, – теперь понял замысел махаканцев моррон. – А не боишься, что…
– В точку попал, дружище, – кивнул Румбиро и тут же похлопал друга по плечу, – но только давай времечко побережем! Я расскажу, а ты слушай! Щас работу ребятки закончат, и мы дальше по пути караванному пройдем, шагах в ста вон за тем поворотом намертво встанем. Я туда ужо две группы послал, скалу дробить да завал делать. Дорога здесь на Аргахар одна, вражина мимо нас не пропрет! С той стороны отряд наш неприметен будет, так что противник на мост смело попрет! Переправа добротно выглядит, подумает командир вражий, что ранее построен мост был, а мы обрушить не доперли!
– А если ловушку почует? – засомневался Дарк.
– С чего энто? – хмыкнул Альто. – Ты на доски и балки глянь, старые они, гнильцой да ржавой покрыты, посколь хоть под брезентом, но довольно долго посредь дороги пролежали…