Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
– А вот почему, болван! – Всерьез разозлившись, Ринва быстро подбежала к останкам носовой части лодки и, откинув пару гнилых досок, победоносно подняла над головой толстую берцовую кость, очищенную от плоти то ли хищником, то ли временем. – Вот, гляди, кость-то не человечья, а гномья!
– Почем те знать?! – пожал плечами Крамберг, не найдя достойного контраргумента. – Ты ж не эскулап, не ученый! Ну, маловато бедро, а мож, это коротышка какой был?! Мало, что ль, среди простого люда недомерков, да и среди господ они порой попадаются! Я вот в жизни таких карапузов видывал, они те по пояс будут, иль того ниже… Что ж, их тоже к гномам причислять?! Так давай и тощих, жилистых мужичков с большими ушами в эльфы запишем, а уродин всяких орками называть бум!
– Она права, кость гномья, – всё-таки не выдержал и вмешался Дарк, встав на защиту пытливой девицы. – О том говорят не только размер и пропорции. В костях гномов гораздо больше волокон, чем в человеческих, оттого они куда тяжелее и крепче. Если не веришь, проверь! Возьми меч и попробуй перерубить… Человека лишить ноги обычным мечом возможно, гнома же превратит в калеку только отменная сталь. Твоё оружие чуть получше дешевой армейской ковки, но и на треть в кость махаканца не углубится…
– Почем те знать? – по привычке ляпнул Крамберг и, тут же сообразив, какую глупость сморозил, виновато втянул голову в плечи.
– Одно из преимуществ живого мертвеца перед простыми смертными в том и состоит, что он многое повидал и много помнит, – ответил Аламез, отвернувшись и снова устремив взгляд в толщу воды. – Помнится, недели две назад ты всё любопытствовал, откуда взялся уродливый шрам на моем лбу. Отвечу сейчас, его оставила секира махаканского воина. Так что поверь, о гномах мне известно гораздо больше, чем занудным книжным червям. Я их вживую не раз повидал: с одними вино распивал, а с другими и биться доводилось…
– А тебя никто соваться не просил! Ишь, заступничек выискался! – огрызнулась Ринва через пару секунд гробового молчания, своей грубостью подтвердив опасения Аламеза. – Сами как-нить меж собой разберемся!
– Раствор твой светящийся смыть с палки легко? – огорошил разгорячившуюся спорщицу Дарк неожиданным и, казалось бы, совершенно не относящимся к делу вопросом.
– Да нет, – качнула головой Ринва, растерявшись и пытаясь сообразить, какое отношение это имеет к их спору.
– Так «да» или «нет»?
– Не смывается он, только с течением времени испа…
Пояснение Ринвы оборвалось на полуслове, поскольку говорить-то уже было и некому. Не тратя времени на сбрасывание портков да рубахи, Дарк перехватил светящуюся палку в левую руку, а правой быстро достал из-за пояса меч и уже в следующий миг с шумным всплеском погрузился в воду. Позабыв о разногласиях, которые теперь уже потеряли какое-либо значение, разведчики подскочили к краю берега и замерли возле самой кромки воды. Кричать было бесполезно, решивший искупаться моррон их все равно бы не услышал, а последовать его примеру ни Вильсету, ни Ринве не хотелось. Во-первых, они не понимали самого смысла спонтанного подводного заплыва, а во-вторых, с ужасом заметили, что ко всё уменьшающемуся и уменьшающемуся светло-зеленому пятнышку стали со всех сторон быстро приближаться какие-то тени. Очертания рыб было не различить, глаз человека оказался не способен отличить множественные оттенки темно-зеленого, сливающиеся в одну неоднородную массу, но оставшимся на берегу показалось, что подводные хищники были огромными.
– Что делать будем? – спросил Крамберг, тщетно стараясь хоть что-либо разглядеть в толще воды.
– Костер разведи, – ответила Ринва, отвернувшись и отойдя от берега. – Ему мы ничем не поможем, остается только ждать.
– Да пожрут же его! Спасать надо! – не мог смириться с незавидным бездействием Вильсет. – Может…
– Сунешься в воду, можешь обратно не выплывать! – пригрозила девушка, высыпая на камни содержимое своего мешка. – Рыба не пожрет, так я прикончу! Давай-ка закроем на сегодня парад глупости. Думаю, одной идиотской смерти будет вполне достаточно…
Не успела разведчица приступить к разборке вещей, как гладь подземного озера пришла в движение. Вначале темные массы воды забурлили, изрыгая из своих недр воздушные пузыри, а затем на поверхности показалась уродливая, пучеглазая голова подводного чудища. Большая хищная рыбина еще трепыхалась и угрожающе клацала зубастой пастью, но была уже не опасна. На всплывшем в следующий миг её туловище виднелся широкий, глубокий и ровный разрез, идущий от передних плавников до заостренного кончика хвоста, покрытого не чешуей, а костяными наростами.
– Отменно выпотрошил, любая кухарка позавидует, – с завистью и одновременно с гордостью прошептал Крамберг, – такой разрез под водой сделать…
– Что проку в верной руке, коль башка дурная? – пожала плечами Ринва, явно не разделявшая оптимизм напарника. – Одну рыбину разделал, так другие сожрут, да и без воздуха ему долго не продержаться… Куда полез, зачем? – девушка выразила свое недоумение гримасой, означавшей полнейшее непонимание.
Опровергая предположение разведчицы, вода вновь забурлила, и на поверхность озера всплыла вторая мертвая рыба, но уже не с распоротым брюхом, а обглоданная до кости и лишившаяся хвоста. Стая голодных хищников почувствовала запах крови и свежего мяса, и им было без разницы, кого рвать на куски: вторгшегося к ним чужака или собственного подранка-собрата. Это дало моррону шанс добраться до берега, но он, к недоумению спутников, почему-то не спешил им воспользоваться. Возможно, к тому моменту он уже был мертв, ведь крошечная светлая точка на темно-зеленом фоне не только не увеличивалась, но вообще не двигалась.
Еще несколько минут разведчики томились в ожидании трагической развязки, и вот когда уже оба посчитали, что Дарк или съеден, или утонул, а выпавшая из его руки палка-факел продолжала светить, опустившись на дно, произошло то, что можно было счесть настоящим чудом. Шумный всплеск слился воедино с последовавшим почти одновременно громогласным вдохом, более походившим на рёв походной трубы. Тело моррона выскочило из воды по пояс, а затем, столь же звучно шлепнувшись обратно, интенсивно заработало конечностями, благодаря чему стало быстро приближаться к берегу. Буквально через пару секунд над поверхностью показались два больших плавника, плывшие следом. Подводные хищники преследовали сбегавшую добычу, но довольно быстро отказались от погони. Тварями двигала не жажда мести, не иной разумный мотив, а примитивное чувство голода; желание поглотить и переварить всё, что шевелится или вкусно пахнет. Рыбина со вспоротым брюхом практически не двигалась, а лишь медленно дрейфовала, покачиваясь на воде, но, по всей видимости, аромат, источаемый её свисавшими из разреза потрохами, показался тварям куда привлекательней запаха уплывавшей от них добычи. Резко изменив направление движения, пара плавников устремились к туше мертвого собрата, а затем почти одновременно ушли под воду. Через секунду погрузилась в озеро и еще шевелящая плавниками, выпотрошенная туша.
Это зрелище настолько привлекло внимание разведчиков, что они и не заметили, как отчаянный пловец достиг берега. Они увидели моррона, лишь когда он на четвереньках выполз из воды и, лишившись сил, грузно повалился всем телом на камни. При нем не было ничего: ни светящейся палки, ни меча, ни даже ножа, но зато на его вздымавшемся при каждом хриплом вздохе теле не было видно ни одного кровоточащего пореза, да и одежда была цела, только насквозь промокла.
– Хоть бы сапожища снял, так в них и плавал, – проворчала Ринва, ревностно относившаяся к чужим победам и не любившая признавать чужой успех. – Поди, помоги покорителю водных просторов и их глубин, а я уж, так и быть, костер за тебя разведу.
– Смотри, ноготки не подпали! – огрызнулся Вильсет, уже почти поравнявшийся с тяжело дышавшим и выплевывающим на камни воду морроном. – Ишь, раскомандовалась, генерал в юбке!
* * *