Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)

В комнате воцарилась не просто тишина, а тягостное молчание. Аламез не знал, что сказать, и ему было неловко. Он вдруг почувствовал себя посланцем судьи, пришедшим в камеру огласить двум заключенным смертный приговор. В бесстрашных и бесстрастных с виду глазах вампиров на самом деле скрывалась мольба. Они хотели услышать положительный ответ, подтверждение своей догадки, основанной отнюдь не на слухах или пустых домыслах, а на знании фактов об Одиннадцатом Легионе и, как это ни странно, о его собственной жизни. Дарк мог потянуть время, мог уйти от прямого ответа, оставив двум затравленным, загнанным в угол вампирам и их, скорее всего, немногочисленным соратникам надежду, но, будучи честен во всем, он не нашел в себе силы врать. Он решил сказать двум обреченным правду, хотя она и могла стоить ему самому жизни.
– Кое в чем ты права, – начал издалека моррон, не решаясь сразу озвучить убийственную новость. – Я действительно Дарк Аламез и действительно лишь недавно воскрес. Позволь спросить, как вы узнали об этом?
Вампиры переглянулись, после чего слово взял Тальберт:
– Видишь ли, хоть между нами, вампирами, и вами, морронами, давняя вражда по весьма понятным причинам, но порой мы объединяем усилия против общих врагов. У каждого моррона, насколько я знаю, есть право на личное мнение и право действовать по собственному усмотрению, пусть даже его точку зрения и образ действий не разделяют остальные легионеры. У нас же есть кланы, и слово Лорда – закон для всех его членов. В прошлом бывало так, что некоторые морроны, руководствуясь исключительно своими причинами и соображениями, помогали нам отстаивать интересы нашего клана. До недавнего времени, к примеру, мы очень мило общались с Мартином Гентаром и с некоторыми другими морронами. Они поведали нам историю о падении Великой Кодвусийской Стены, с их слов мы узнали и о тебе.
Вампир изъяснялся чересчур осторожно и слишком витиевато. Дарк не мог отделаться от ощущения, что хоть ему и говорят правду, но в то же время что-то важное скрывают. По крайней мере, Дарка очень насторожило, что Тальберт избегает называть имена остальных морронов, а ссылается лишь на Гентара. Наверное, на то имелись причины, о которых, по мнению альмирских кровососов, Дарк пока не должен знать.
– А это «недавнее время» когда было? Сколько месяцев или лет с тех пор прошло? – поинтересовался Дарк.
– Примерно лет десять назад наши отношения с Мартином стали, как это получше сказать, не враждебными, но весьма прохладными, – уточнила Форквут. – Он был очень расстроен, что мы оказали поддержку некоей группе лиц, которых он стремился уничтожить. После того досадного случая Гентар не посещал Альмиру, и на его помощь мы уже не можем рассчитывать. Но ранее он частенько рассказывал о тебе в милой беседе за бутылкой вина и поминал тебя лишь добрыми словами…
– А как вы узнали, что моррон воскрес и что это именно я? А Зов, как вы смогли почувствовать Зов? – пытался выудить из разговора побольше полезной для себя информации моррон.
Пока он узнал лишь немногое, а именно: что когда Мартин пил, он не всегда держал язык за зубами и что на встречу с другом-некромантом в филанийской столице можно не рассчитывать.
– Ты ушел от ответа на мой вопрос! – сделала замечание Каталина, недовольно прищурившись, – но я готова удовлетворить твое любопытство в знак нашего доброго к тебе отношения, а также в надежде на последующую ответную откровенность.
– Не беспокойся, я не покривлю душой и не стану утаивать правду! – заверил Дарк, едва удержавшись, чтобы легкомысленно не добавить: «…хотя она тебя очень расстроит!»
– Воздух вокруг нас – не пустота, а непостижимая разуму всех без исключения живых субстанция. По ней и передается приказ, именуемый морронами Зовом, через нее и проходит импульс, сигнал Коллективного Разума о воскрешении одного из вас или о создании нового легионера. Но воздух один, а живых существ множество. К примеру, наши Лорды тоже порой передают телепатический сигнал своим подданным, называемый Кличем. Воздух, как море, по которому плавает множество кораблей, но в разных широтах и под разными флагами. Однако бывает, что корабли случайно проходят близко один от другого, их маршруты по воле судьбы пересекаются, и тогда…
 
– Хочешь сказать, что когда ты посылала свой Клич, кто-то из твоих слуг случайно почувствовал и сигнал к воскрешению, и Зов Коллективного Разума? – Моррон взялся облегчить нелегкую задачу объяснения немного запутавшейся Каталине.
– Не почувствовал, а ощутил, да еще так, что голова целый час гудела! – признался Арканс, которому явно было неприятно предаваться воспоминаниям о тех неприятных моментах из его недавнего прошлого.
– Естественно, мы не смогли понять смысла послания, – продолжила Каталина, – но эти импульсы были совершенно разными и по силе, и по болезненности восприятия, хоть и проходили, так сказать, «на одной волне». Поразмыслив, мы предположили, что один из них – сигнал к воскрешению, а другой – Зов, ведь сначала нужно воскресить бойца, а уж затем можно отдавать ему приказы! Как видишь, мы не ошиблись. Понять же, кто именно воскрес, было несложно. Морронов не так уж и много. Вблизи от Альмиры погиб лишь ты, а когда Тальб увидел тебя в первый раз, то догадка стала убежденностью. Мы наслышаны про твою метку, про твой шрам на лбу, и даже знаем, как ты ее получил.
«Вот ведь странность какая! – всерьез призадумался Дарк над услышанным. – Мартин разболтал вампирам обо мне, но, видимо, и словом не обмолвился об Анри Фламере, хоть мы и погибли с ним в одном месте и в один день, а что из этого следует? – Аламез изо всех сил подавил в себе желание улыбнуться. Сердце моррона радостно забилось в груди. – Значит, усач Анри уже воскрес, старина жив! Чтобы завоевать доверие кровососов, почему бы немного не потрепаться о мертвецах? Им-то уж ничто не навредит! А вот о фактах из жизни живых стоит молчать!»
– Надеюсь, мы удовлетворили твое любопытство? Кстати, довольно праздное, с учетом обстоятельств встречи и катастрофической нехватки времени для важных дел, – в легкой форме выразила недовольство Каталина, а затем вопросительно посмотрела на сидевшего перед ней моррона, давая понять, что пора бы ему уже и ответить на давненько заданный вопрос.
– Я свое слово держу, – кивнул моррон, не исключавший возможности, что как только он скажет горькую правду, на него тут же накинутся и растерзают когтями со злости. – Сожалею, но вы ошиблись! Да, признаюсь, я тоже слышал Зов, но не смог его понять. Воскресили-то меня, но миссию поручили иному моррону, который гораздо ближе, чем вы можете предположить. Единственная цель, с которой я прибыл в Альмиру, состоит в поисках собратьев по клану. О том же, что вы с другими вампирами не поделили, я ведать не ведаю и знать не хотел, по крайней мере до нашей встречи.
На этот раз вампиры даже не переглянулись, а одновременно пронзили Дарка гневными взорами. Однако уже через миг огонь ненависти, бушевавший в их глазах, погас, а следы овладевших ими эмоций были стерты с бесстрастных лиц. Чему-чему, а выдержке кровососов и умению держать себя в руках можно было позавидовать.
– Послушай, Тальб! – отвернувшись от Дарка и полностью игнорируя его присутствие в комнате, произнесла Каталина все тем же чудным голоском. – Я потратила довольно времени на этого вруна и лицемера. Разберись с ним сам и, будь любезен, открой окно!
Не успел моррон и слова сказать в свое оправдание, как рассерженная красавица исчезла с кровати, естественно, не забыв прихватить с собой меч, а оставшийся для продолжения беседы с ним Арканс уже закрывал окно.
«Определенно Каталина как-то умеет воздействовать на время: либо ускоряет его для себя и подручных, либо замедляет его для всех остальных. Шансов в бою с нею у меня не было бы! Жаль, рядом нет Мартина с его походным набором склянок, тогда можно было бы попробовать померяться силами, – размышлял Дарк, наблюдая, как вампир медленно запирает задвижки, и, не решаясь пересесть с неудобного тазика на освободившуюся кровать, поскольку это значительно сократило бы дистанцию. – Она не побоялась оставить дружка со мной. Выходит, Тальберт, хоть и не старший вампир, но все равно личность незаурядная и какими-то способностями обладает. Интересно, это не он ли меня сбросил с крыши? Если так, то нужно быть готовым к бою с невидимкой. Что же означало ее «разберись»? Накинется ли кровосос на меня или нет? Скорее всего, не посмеет, ведь парочка подумала, что я вру, только притворяюсь, что не слышу Зова, значит, допускают, что я сейчас неуязвим. Захочет ли Арканс это проверить? Не факт! У всех кровососов чрезвычайно развит инстинкт самосохранения».