Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
– Эй, приятель, я тож фокусник, я тож рожу менять умею, глянь-ка! – встрял в разговор коротышка Кабл, обиженный пренебрежительным к себе отношением.
Прикрыв с обеих сторон ладонями лицо, чтобы никто за соседними столами не увидел его гримасы, Кабл широко улыбнулся, не забыв при этом выпустить на свободу два ряда острых и тонких клыков, способных не только перекусить кость, но и перегрызть толстую, дубовую балку.
– Что глазища вылупил?! Да не один ты тут вумный такой и кусаться могешь! – склонившись над столом, зашептал Кабл, одаряя вампира «ласковым» взглядом своих маленьких, красноватых глазок. Хошь, в подворотню тихую выйдем и друг дружку потяпаем, прям как собачки?!
– Ты, главное, здесь не будь песиком! Ножку не задирай и столик не меть! – нашел что ответить вампир, а затем по-прежнему пренебрежительно и надменно обратился к Дарку: – Уйми своего… карла, а то разговор не получится. Стоило ли тогда тебе сюда приходить?
Аргумент показался моррону весомым. Не для того он шел ночью через полгорода в портовый кабак, чтобы стать свидетелем обмена любезностями карла с вампиром. Аламез подал знак спутнику помолчать, впрочем, Кабл и без того уже потерял интерес к перепалке, полностью переключив внимание на аппетитную, почти нетронутую куропатку, красиво лежащую перед ним на серебряном блюде и всем своим поджарым видом молившую: «Съешь меня!»
– Итак, я не буду спрашивать, зачем ты испортил тогда мою охоту, хоть ни к добыче интереса не имел, ни меня убивать не собирался, – начал разговор в непринужденной манере вампир, как ни странно, совсем не испытывавший страха перед тем, кто однажды его победил. – А вот зачем ты встречу назначил, меня крайне интересует. Ну, должен же я узнать, чем обязан за сохранение жизни?
– Сперва ответь, как тебе удалось так хорошо замаскироваться, а там и дальше поговорим, – потребовал моррон, на самом деле просто не знавший, как повести разговор, чтобы извлечь из него максимум пользы.
Тогда в лесу предстоящая встреча представлялась Аламезу совсем по-иному. Во-первых, он был почти уверен, что отпущенный им на свободу пленник придет в назначенный час не один, а приведет за собой целую дюжину клыкастых соплеменников, во-вторых, новое обличье собеседника сбило Дарка с толку, и он пока не мог собраться с мыслями и повести разговор в нужном для него ключе.
– А что тут объяснять-то? – пожал плечами красавец-шевариец. – Не все вампиры одинаковы, это даже вам, морронам, известно. Одни могут летать, другие становиться невидимыми или быстрыми, как ветер. Клановые особенности крови определяют стиль нашей охоты и тактику во время войн.
– Так, значит, ты можешь не только рассудки людям затуманивать, но и внешность менять, – подытожил Дарк, а затем задал важный вопрос: – Откуда узнал, что я моррон? В лесу ты о том даже не догадывался!
– Ну, то, что даже карлу известно, уже не тайна… – рассмеялся Фегустин, пытаясь отшутиться, но быстро замолк под двумя суровыми взглядами.
Задетый за живое неделикатной остротой малыш всего на миг оторвался от поглощения куропатки, а его пальчики с выползшими коготками как будто сами собой сжались и без труда поделили тушку на пять ровных частей. Затем Кабл мило улыбнулся и отправил в рот довольно толстую косточку, которая через мгновение вновь появилась на блюде, но уже в виде измельченной до состояния однородного порошка трухи. Демонстрация силы когтей и клыков возымела должный эффект. Более Лат шутить не пытался, а спутника Аламеза просто перестал замечать.
– Ты прав, тогда в лесу я ничего не знал ни о тебе, ни о вашем тайном Легионе, – честно признался шевариец. – Поверь, не такие уж вы, морроны, и выдающиеся персоны, чтобы слухами о вас земля полнилась. По крайней мере, в Шеварии о вашем существовании совсем никто не знает. А вот здесь, в Альмире, о вас довольно много говорят… в последнее время.
– И кто же те добрые люди, которые тебя просветили? – Аламез не смог удержаться и выделил немного презрительной интонацией слово «люди».
– А что рассказывать-то? Языками только без толку чесать. Хочешь, я тебя с ними сведу? Прямо сейчас познакомлю, – огорошил вампир сразу обоих компаньонов. Дарк удивленно вскинул брови, а бедолага Кабл закашлялся, подавившись костью.
– Я главе альмирских вампиров послание от господина моего привез, а заодно уж про встречу с тобой рассказал, – не обращая на реакцию собеседников внимания, как ни в чем не бывало продолжал вещать невозмутимый вампир. – Не скрою, господин Арканс и госпожа Форквут тобой очень заинтересовались, даже изъявили желание лично встретиться. Если хочешь, могу проводить. Они здесь совсем неподалеку в тихой и уютной обстановке поджидают тебя для откровенной беседы.
«А вот и ловушка! – первым делом подумал Дарк. – В кабаке убивать меня несподручно, слишком народу много, а в тихий закуток заманить, чтобы там…»
– Ты не думай, обмана никакого нет! – как будто прочитал мысли моррона догадливый Фегустин. – Если бы они смерти тебе желали или, скажем, пленить хотели, то повели бы себя по-иному на церковной площади, да и в гостях у разбойничка-святоши не появились бы. Ты можешь, конечно, отказаться, право твое, – грациозно пожал плечами Лат, – да только что отказ тебе даст? Я сам приезжий, о том, что по ночам в Альмире творится, лишь понаслышке знаю, да и, признаться, не хочу в чужую возню вникать. Мое дело маленькое, посыльное: весточку от господина передал, ответ получил, а следующей ночью уже уезжаю. Покинул бы Альмиру и раньше, если бы не встреча с тобой. Проку от меня все равно не будет, а они в деле твоем подсобить смогут. Ведь ты не просто так меня пощадил, ты встречи со старшими вампирами ищешь, – догадался Фегустин, – они тоже с тобой побеседовать желают. По-моему, все складывается как нельзя лучше, полнейшее совпадение интересов!
– Где встреча? – кратко спросил моррон, понимавший, что вампир говорит дело, но все же сомневавшийся в успехе беседы и ждущий подвоха.
Уж больно на словах все выходило просто да складно. Но Аламез не привык к тому, что жизнь преподносит ему свои дары на блюде, да еще делает при этом глубокий реверанс.
– Поднимешься по лестнице наверх, третья дверь справа. Тебя уже ждут, – ответил Фегустин, опять припав губами к бокалу с вином. – Да, и еще… карл здесь останется. Должен же меня кто-то занятной беседой развлечь.
– Нет, мы вместе пойдем, – категорично заявил моррон, поднимаясь из-за стола и дергая за куртку увлекшегося чревоугодием компаньона.
– Как знаешь, – пожал плечами по-прежнему невозмутимый и даже меланхоличный Лат, – но только тогда разговор не состоится. Придешь, а комната пуста. Тебя одного видеть хотят, и это последнее слово!
– Да уж ты как-нить сам разберись, – проворчал Кабл с набитым ртом, никак не желавший отрываться от поглощения вкусной снеди. – Болтовню одного кровососушки я еще как-то стерплю, а вот когда двое рассуждать о судьбах мира начнут, может и куропатка обратно полезть… К чему добро переводить?
– Ладно, жди меня здесь, – кивнул Аламез, усомнившийся, что сможет уговорить или силой оттащить маленького обжору от полного вкусными яствами стола, – ни при каких обстоятельствах, слышь, ни при каких… не уходи!
– Угу, – кивнул Кабл, даже не глянув в сторону Дарка, а затем, едва прожевав последние куски куропатки, обратился к Фегустину: – Ты-то че лыбишься? Завидки берут, когда у других аппетита хорошая? Доставай кошель, кровопийца, мне многого тута отведать хотца!
* * *Примерно с минуту Дарк стоял у двери, не решаясь ее открыть. На втором этаже было шумно, из-за всех дверей слышались женские стоны и скрип многострадальных кроватей, век которых был краток, но ярок, такова уж судьба любой вещи в портовом борделе. Обилие звуков вокруг да еще монотонный гул, доносившийся с первого этажа, не давали моррону определить, была комната за дверью пуста или его там уже поджидали?
Аламез, конечно же, не доверял вампирам, считая, что полагаться на их слово так же глупо, как верить в то, что на белом свете все-таки существуют вегетарианцы-коты, предпочитающие мышке морковку. Фегустин заверял, что с ним хотели лишь поговорить, но у Каталины и ее дружка уже были возможности перекинуться с Дарком парой слов; возможности, которыми они пренебрегли; возможности, которые не посчитали нужным использовать. Аламез колебался, долго раздумывая, доставать ли перед входом в комнату меч, и в конце концов решил пока оставить его под рясой, но зато вынул из-за голенища сапога нож и спрятал его в широком рукаве робы. Затем моррон взялся за резную ручку и осторожно толкнул ее от себя. Дверь поддалась и, лишь слегка скрипнув, открылась, а в лицо моррона ударил поток холодного воздуха, ворвавшийся в темную комнату сквозь распахнутое настежь окно и через открытую Дарком дверь устремившийся дальше, по узкому коридору к лестнице на первый этаж.