Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)

– А тебе-то зачем знать? – Дарк решил, что пора прекращать глупый спектакль и занять твердую позицию в переговорах.
Фактически их исход был уже предрешен. Теперь стало окончательно ясно, что это западня. Никакого масла и в помине не было. Однако его заманили сюда не только для того, чтобы ограбить и убить. Единственная причина, почему на него до сих пор не накинулись, крылась в том, что зачем-то преподобному отцу понадобилось узнать цель закупки большой партии лампадного масла. Скорее всего, главарь разбойников хотел не только и не столько присвоить его деньги, сколько добраться до заказчика, чтобы самому, без участия Дарка, продавать крупные партии церковных товаров. Хотя нельзя было исключать и иных, куда более перспективных и многообещающих целей столь коварных расспросов.
В любом случае это совершенно не имело значения, ведь никакого заказчика и в помине не было, а Дарк вовсе не собирался покупать лампадное масло. Он хотел найти в Альмире нещепетильного священника, и он его нашел, даже более того, встреча с преподобным отцом Арузием превзошла все его ожидания. Алчный, ленивый словоблуд, готовый за медный грош и удавить, и удавиться. Наверное, когда-то он пытался подняться до церковных вершин, но оказался недостаточно хорошим интриганом и потерпел неудачу в борьбе с многочисленными конкурентами. Сам стал жертвой интриг среди духовенства или поставил не на ту «лошадку», неудачно примкнув к проигравшей в борьбе за власть и влияние группировке. В результате он оказался здесь, в нищете и грязи Старого города. Однако жажда наживы и власти над умами людей не покинула его расчетливый, прагматичный мозг и в этом невзрачном месте. Используя преимущества своего духовного сана, хитрец быстренько сколотил вокруг себя шайку из мечтавших жить хорошо, но не желавших трудиться подонков и процветал. Скорее всего, его банда по мелочам не разменивалась, совершала набеги редко, но метко и в основном на очень богатые аристократические или купеческие дома.
Одним словом, Дарк нашел именно того, кого искал. Бесспорно, Арузий мог оказаться ценным помощником, но вот беда – он никогда не пошел бы на сделку с морроном, какой бы выгодной она ему ни показалась, пока его положение было стабильно, а за плечами стояла реальная сила. Уже приобретший кое-что человек заботится в первую очередь о безопасности, дозволяет себе роскошь взвешивать шансы на успех и оценивать риски. И лишь тот, кто ничего не имеет или все уже потерял, соглашается на любое, пусть даже неразумно опасное предложение.
Аламез почти достиг цели, ему оставалась лишь малость – лишить самоуверенного толстяка в рясе силы, а если точнее, просто-напросто перебить его шайку и подпереть жировые складки его шеи охотничьим ножом.
Шансы на успех у моррона, конечно, были, но он никак не решался прекратить глупый спектакль и напасть. Идя на эту встречу, Дарк не ожидал, что прихлебателей-головорезов окажется так много. Он рассчитывал на схватку с полудюжиной противников, а за столом восседало целых полторы, да и у входа дежурило несколько человек. Самого главаря и притихшего где-то за его спиной Кабла моррон в расчет не брал, поскольку не допускал, что они примут участие в схватке. Одному было драться просто не по сану и не по комплекции, а другой казался настолько щуплым, что не мог причинить существенный вред, разве что повиснуть на ноге, крепко вцепившись в сапог воспаленными деснами беззубого рта и всеми четырьмя уродливыми конечностями.
– Кто тебя послал?! Говори! Зачем масло потребовалось, да еще в таких количествах?! – перешел на крик преподобный Арузий, рассерженный тем, что вот уже с полминуты не получал ответа.
– Те то знать без надобности! Покажи товар, обговорим условия, – тянул время Дарк, прокручивая в голове возможные варианты предстоящей атаки и пытаясь выбрать оптимальный маршрут боевых маневров среди столов и нагромождений тюков с провизией и ящиков с барахлом.
Времени на раздумье оставалось довольно много. Преподобный отец еще минуты три-четыре терзал бы его слух угрозами, пока бы не отчаялся добиться ответа и не приказал бы приспешникам прирезать упорствующего глупца. Однако реальная действительность почти всегда бестактно нарушает планы и вмешивается в них в самый неподходящий момент. Кто бы мог предположить, что в разговор, более походивший на допрос, вдруг вмешается тщедушный коротышка Кабл, до этого момента скромно отмалчивающийся.
 
– Слышь, Арузий, хватит кота за усы тянуть! Товар покажи, обговорим что да как по-быстрому и довольные разбежимся! – неосмотрительно нагло подал писклявый голосок низкорослый посредник, выйдя из-за ящика, бывшего на полголовы выше его роста.
Гипнотизировавший моррона суровым взором священник резко повернул голову и бросил на маленького человечка полный презрения и гнева взгляд. Но затем, уже через секунду, огонь ненависти в его глазах померк; они стали по-прежнему холодными и бесстрастными.
– Прирезать обоих! – сухо прозвучал из уст преподобного отца приказ, положивший конец пустой болтовне и означавший немедленное начало боевых действий.
Аламез был готов услышать подобное и поэтому среагировал еще до того, как из сальных уст священника вылетело второе слово. Бандиты тоже следили за разговором и были настороже, но дослушали своего предводителя до конца. Разница в несколько звуков и краткую долю секунды, понадобившуюся, чтобы их произнести, значила многое и многое изменила.
Резко отпрыгнув вбок и назад, Дарк ударил ребром ладони по кадыку только готовящегося оглушить его ударом по голове разбойника. Тяжелое оружие выпало из мгновенно разжавшейся руки и с грохотом покатилось по каменному полу, а через долю секунды повалился на колени и его хозяин, жадно хватавший воздух широко открытым ртом. Добивать его или поднимать оружие времени не было. Враги, роняя посуду и сквернословя, уже повскакали из-за стола, а Дарк едва успел скрыться за ящиком, стенку которого тут же превратили в груду обломков два врезавшихся арбалетных болта. По счастливой случайности, внутри хранились шкуры, вещи из дубленой кожи и прочая, довольно толстая одежда, сведшие на нет убойную силу пары снарядов, а иначе… а иначе бы они прошили ящик насквозь и все равно впились бы в тело моррона, правда, причинив ему куда меньше вреда.
Теперь стрелки были неопасны, по крайней мере в течение пары минут, понадобившихся им для перезарядки арбалетов и натяжения тугих стальных тросиков. Дарк записал себе в плюс, что ловко ушел от выстрелов и обезопасил себя на ближайшее время от подлых болтов, которые, как стрелу или метательные ножи, никогда и ни за что не отбить рукой, будь ты даже быстр, как вампир. Минусов в его положении было целых два, притом оба существенные. Во-первых, почти все бандиты накинулись на него, а в погоню за шустрым коротышкой Каблом бросилась лишь жалкая парочка. Во-вторых, он не успел, как рассчитывал, подобрать оружие, и теперь ему приходилось использовать лишь подручные средства, а под руки ему попались массивный канделябр на пять свечей и гнутая серебряная вилка.
Маневры среди мешков, ящиков, тюков и прочего награбленного габаритного добра пока проходили успешно, по крайней мере враги хоть и окружали его, но медленно, да и к тому же не смогли наброситься на него сразу и задавить числом. Одни переоценили свои способности и застряли в попытках перелезть через мешки, другие толкались в узких проходах, тем самым мешая друг дружке.
Как оказалось, канделябром очень удобно парировать удар меча, а затем бить им из-под низа по подбородку. Моррон опробовал этот новый прием на здоровенном, лысом бугае, внезапно появившемся у него на пути из-за ящика справа. Получив сокрушительный удар в нижнюю челюсть, бандит отлетел шага на два назад, ударился затылком о каменную стену и больше не представлял угрозы. Подобрать выпавший из его руки меч Дарк, к сожалению, не успел, поскольку тут же последовала атака слева, причем на этот раз нападавших было сразу двое. Один слишком много времени потратил на замах, и поэтому его топорику так и не удалось раскроить напополам голову моррона. Удар на опережение все того же верного канделябра пришелся врагу по лицу и наверняка превратил бородатую рожу в кровавое месиво. Враг, завывая, упал, а Аламезу было некогда проверять результат своих ратных трудов, поскольку именно в этот миг его левого бока коснулась обжигающая сталь. Воспользовавшись моментом, второй нападавший сделал глубокий выпад, надеясь проткнуть беглеца насквозь. К счастью, он невнимательно слушал речь своего главаря, догадавшегося, что под монашеской робой скрывалась кольчуга. Клинок прошел вскользь, прорезав толстую материю робы, повредив три ряда звеньев и оставив на боку царапину, но так и не причинив существенного вреда. Из глубокого выпада неудачливый боец выйти не успел, поскольку ему в горло вонзилась вилка. Гораздо удобней было бы ткнуть врага в глаз, но Аламез поступил по-иному исключительно из принципиальных соображений. В прошлой, военной жизни он вдоволь насмотрелся на страдания калек и был искренне убежден, что куда милосердней сразу убить человека, нежели превратить его в инвалида, обрекая тем самым на тяжкие душевные муки от осознания собственной неполноценности.