Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
– Только это. – Миранда выставила вперед руку и продемонстрировала Дарку, как ее аккуратные ноготки удлинились и превратились в острые когти.
– Сойдет за неимением лучшего. – Захватывающее дух у большинства людей зрелище не произвело на Дарка должного впечатления. – Давай переверни его и отковырни забрало!
– А это еще зачем? – искренне удивилась Миранда.
– Есть у меня дурацкая привычка, никак не могу от нее отделаться, люблю смотреть в глаза убитому врагу, – нагло соврал моррон, сам не знавший зачем, но внезапно почувствовавший, что это необходимо сделать.
Миранда пожала плечами, нагнулась над мертвым телом, вставила острый коготь между стеклом и краем шлема и рывком чуть-чуть приподняла забрало. Что-то внутри зашипело и засвистело, из едва заметной глазу щелочки начала появляться пена, уже мертвое тело солдата забилось в конвульсиях сокращающихся мышц.
– Что это?! – выкрикнула Миранда, испугавшись и инстинктивно отскочив в сторону.
Дарк, наоборот, мгновенно подбежал к телу и сорвал забрало, но было поздно. Шипящая кислотная пена темно-зеленого цвета уже сожгла лицо и принялась поедать кости.
– Это, – повторил Аламез, отойдя от пустых лат, в которых тихо булькала и плескалась уже безвредная, нейтрализованная кислота, – это означает, что «призракам прошлого» есть что скрывать, например свои лица.
Опасная прогулка по подземному городу приближалась к концу, Аламезу оставалось пройти еще несколько метров, зайти внутрь лаборатории и получить ответы на долго мучившие мозг вопросы, настолько банальные и простые, что, задавая их, Дарк каждый раз чуть не сгорал со стыда: «Что происходит?» и «Кто за этим стоит?». Однако чем ближе авантюристы подходили к цели, тем сильнее было сопротивление противоборствующих им сил, тем упрямее становилась ветреница Фортуна и тем капризнее Его Величество Случай, не желавшие отдавать заслуженный, выстраданный приз.
Четверо «рыцарей» появились в проходе и открыли огонь. Видимо, их товарищ успел перед смертью позвать на помощь, хотя, возможно, они сами догадались, что у столь долгого отсутствия соратника могло быть только одно разумное объяснение. Миранда среагировала первой, она мгновенно прыгнула за грузовик, оставив промчавшуюся мимо пулю без добычи. Дарк сделал пару выстрелов, а затем последовал ее примеру. У оружия «рыцарей» была чудовищная отдача, с непривычки ствол подбросило вверх, и обе пули улетели к куполу сферы. «Во барахло навороченное!» – злился моррон, пытаясь разобраться в добром десятке рычажков и кнопок, находившихся в нижней части ствола.
Несмотря на то что ни один из снарядов даже близко не пролетел рядом с целью, сам факт наличия у моррона трофейного оружия заставил воинов призадуматься и поумерить прыть. Они не стали рисковать и уменьшать дистанцию в перестрелке. Двое заняли стрелковые позиции за баррикадой и взяли под прицел грузовик, а остальные побежали направо, надеясь обойти врагов с тыла и взять под перекрестный огонь.
Миранда пыталась оказать моррону посильную помощь, но Дарк уже и без ее консультаций понял, на какой рычаг нажимать, чтобы выстрелить. Однако сила отдачи его не устраивала, как, впрочем, и два других фактора, мешавших эффективному ведению боя на ближней дистанции: низкая скорострельность и невозможность стрелять очередями. Аламез интуитивно чувствовал, что при помощи кнопочек и рычажков можно было настроить оружие на нужный режим. Методом проб и ошибок моррону все-таки удалось получить приемлемый результат. Кроме того, его эксперименты с оружием сдерживали врагов, не желавших рисковать своими жизнями. «Рыцари» предпочитали выжидать и провоцировать моррона на растрату боекомплекта: то один высунет голову из-за баррикады, то другой выбежит из-за мусорной кучи и спрячется внутри разрушенного дома. Дарк стрелял, не мог попасть и ужасно злился по этому поводу.
Прошло десять минут утомительного боя, более походившего на любимую забаву шеварийцев – выкуривание из берлоги горного медведя. Индикатор обоймы предательски мигал темно-красным цветом, в магазине оставалось несколько последних патронов. Если бы была возможность сдаться, Дарк непременно воспользовался бы ею и без раздумий выбросил белый флаг. Однако правилами подземной войны капитуляция не была предусмотрена, ее целью являлось нетипичное для большинства наземных конфликтов уничтожение свидетелей.
Моррон прекратил реагировать на провокации, противники осмелели и стали подкрадываться ближе, сжимая кольцо окружения. Миранда сидела рядом, она не могла ни помочь, ни убежать, они должны были погибнуть вместе. Мышцы моррона напряглись, он приготовился всадить весь остаток обоймы в первого показавшегося в поле зрения врага. «А там попытаюсь добежать до трупа и позаимствовать оружие», – тешил себя надеждой Дарк, хотя бесстрастный холодный рассудок, движимый исключительно логикой и трезвым расчетом, нашептывал на ухо, что шансы на успех подобной затеи почти равны нулю.
И вот из пролома стены появились зловещие шлем и кираса. Моррон выстрелил, пули пробили броню, и грузное тело медленно сползло по стене вниз. Дарк отбросил пустую винтовку и побежал, боясь не успеть и получить пулю в спину. Однако смертельная опасность поджидала его не сзади, а впереди, притом гораздо ближе, чем он предполагал. Сидевшее, облокотившись на стену, и казавшееся совершенно мертвым тело вдруг зашевелилось и быстро поднялось на ноги. От мощного удара стального кулака у Дарка свело мышцы живота. Он согнулся пополам и, скорчившись, упал на острые камни. Крики Миранды и собственные мысли тонули во всепоглощающей боли. Свернувшись калачиком на земле, Аламез даже не заметил, как солдат с пробитой кирасой подошел вплотную, склонился над ним и занес руку для последнего удара, который должен был раскроить череп нахала, осмелившегося оказать сопротивление истинным хозяевам подземелья.
Миранда плотно прижалась спиною к холодному борту грузовика. Ее глазам предстала ужасная картина расправы над Дарком. Она не могла ни помочь боевому товарищу, ни спасти свою жизнь. К грузовику приближались остальные «рыцари». «Сначала они убьют его, а потом меня», – пронеслось в голове вампирицы, внезапно осознавшей, что ее жизнь через несколько секунд закончится.
В тот самый момент, когда кулак в стальной перчатке уже опускался на голову Дарка, прогремел выстрел, такой оглушающий, как будто обрушились подземные своды или дали залп головные орудия флагманского линкора. Неведомая и невидимая сила подбросила «рыцаря» в воздух и отбросила шагов на пять назад. Треснувшая пополам кираса задымилась, и из ее недр поднялась темно-зеленая пена. Над ухом Миранды затарахтели автоматные очереди, снова начался бой, только непонятно с кем. Высунув голову из-за укрытия, девушка с удивлением наблюдала, как взмыла в воздух еще одна темно-фиолетовая фигура, как пятились «рыцари», отстреливаясь на ходу от невидимого ею врага и стараясь как можно быстрее добраться до выгодной позиции у входа в сферу, где, однако, их ожидал еще один неприятный сюрприз. Когда до спасительного завала оставалось не более трех-четырех метров, невидимый стрелок прекратил огонь, а над баррикадой воспарила огромная белая птица. Только когда стервятник опустился на землю позади солдат, Миранда поняла, что это вовсе не крупнейший в мире представитель пернатых, а рослый мускулистый мужчина с мертвецки бледным цветом кожи и белыми, как саван, волосами.
Дальше события развивались быстро, так быстро, что Миранда не успела разглядеть происходившее. Обезглавленные тела одновременно упали на землю, а в руках незнакомца дымились два пистолета, стрелявшие неизвестно чем, но только не пулями.
Глава 26
Старый долг и набежавшие проценты
«Так вот, значит, какая она, смерть – серьезная, благонравная девица, так долго отказывавшая мне в свидании, – именно эта странная мысль пришла первым делом в голову Дарка, как только он открыл глаза и перед его помутневшим взором предстал продолговатый, скуластый овал лица в обрамлении длинных белых волос и с бусинками бесцветных холодных глаз. – Хоть бы причесалась, убогая! Такую страшилу и за руку брать противно. Нет, подруга, с тобой я в последний путь не пойду, пусть пришлют кого поприличней. В конце концов, у меня заслуги, я ветеран стольких войн, что и подумать страшно. Нет, определенно я достоин большего!»