Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
– Не беспокойся, дорогая, – Дарк ласково улыбнулся и успокаивающе погладил девушку по руке, – конечно, знаю. Продолжаем играть наш спектакль, а о документах не думай, у таких состоятельных и влиятельных персон, как мы с тобой, их и не подумают спросить. Держи себя раскованней и чаще выражай недовольство: шипи, язви, но не кричи, ты же светская дама!
– Не учи меня быть стервой! – прервала наскучивший урок Диана, резко выдернула руку и отошла в сторону.
Вопреки ожиданиям, встречать состоятельных визитеров вышел не мелкий клерк, а сама сиятельная госпожа Софара, женщина средних лет, чья прическа еле доставала Дарку до подбородка, а широкие бедра с трудом протискивались через турникет. При всех достоинствах пышной фигуры и стремлении выдержать сугубо деловой стиль общения с клиентами ярко-красное платье заместителя директора имело внушительных размеров декольте, выставляющее на всеобщее обозрение… «О боже!» – у не ожидавшего увидеть такое великолепие Дарка перехватило дух, однако острый одиннадцатисантиметровый каблук, впившийся в носок его ботинка, помог моррону прийти в себя.
– Добрый день. – Широкая улыбка на лице банкирши отвлекла Аламеза от того, что начиналось сразу за вторым подбородком. – Ваше лицо кажется мне знакомым, мы определенно виделись, но вот только не могу припомнить где, господин…
– Возможно, на приеме у столичного мэра, – непринужденно парировал Дарк хитрую попытку узнать его имя.
– О нет, – жеманно отмахнулась пухленькой ручкой старгородская красавица, – я и у нашего-то изредка бываю, но все-таки позвольте узнать ваше имя!
На помощь Аламезу вновь пришли блокнот и ручка. С опаской оглядываясь по сторонам, Дарк написал на чистом листке бумаги два слова и протянул его госпоже Софаре.
– Как, вы родной племянник самого!.. – воскликнула сраженная наповал банкирша.
– Тише, прошу вас, тише… – Не осмеливаясь прилюдно зажать рот, галантный кавалер сильно сжал мягкое запястье. – Если дядюшка Огюстин узнает, что я с вами общался….
– Конечно-конечно, – залепетала раскрасневшаяся банкирша, – мы солидная организация с мировым именем, мы ни за что не допустим огласки. Прошу вас за мной, господин… Ах, извините, никаких имен!
Как и предсказывал Аламез, их беспрепятственно пропустили внутрь здания. Ожидая прибытия лифта, Дарк как будто невзначай окинул беглым взглядом доску объявлений, электронное информационное табло и схему здания. ВРУ находилась на пятом этаже, а кабинет его директора, как и апартаменты всего высшего руководства банка, на седьмом. «Очень удобно, – подумал Дарк, входя в бесшумно подъехавший лифт, – если что-то пойдет не так, мы просто ошиблись дверью. Не думаю, что госпожа Софара решится беседовать с нами в своем кабинете, где стол завален бумагами, нет камина и бара с коллекцией дорогих вин».
Лифт остановился на седьмом этаже. Дежуривший возле двери охранник молча пропустил парочку авантюристов в сопровождении самой госпожи Софары. Попытка задать неуместный вопрос и продемонстрировать трудовое рвение могла бы стоить ему места.
– Дорогая, боюсь, разговор будет долгим, и у тебя не останется возможности отлучиться. – Дарк деликатно намекнул Диане, что не грех было бы заглянуть в дамскую комнату.
– Ты совершенно прав, милый! Госпожа Софара, вы не…
– Конечно, покажу, пойдемте! – Толстенькая банкирша несказанно обрадовалась возможности остаться с женой Марвина Дора с глазу на глаз и во время непринужденной беседы за «припудриванием носиков» выудить из глупой аристократки важные сведения. – А вы, Марвин, не стесняйтесь, не стесняйтесь, проходите в кабинет, вторая дверь налево!
Дарк не преминул воспользоваться приглашением, но только зашел не во вторую, а в четвертую по счету дверь!
Глава 17
Старгородский гамбит
Мягкий ковер приглушил поступь тяжелых зимних ботинок. Дарк не хотел незаметно подкрадываться к маленькому тщедушному человечку, сгорбившемуся за письменным столом, но Осмас Карван говорил по телефону и даже не посмотрел в сторону открывшейся со скрипом двери.
– Нет, сегодня не получится, у меня дела. Завтра тоже. Нет, не другая… важные переговоры в Урве, потом ряд встреч… может, после выходных, – дребезжал тонкий противный голос надувшего для пущей важности щеки пигмея. – Потерпи немного. Да-да, я тоже скучаю…
Узкая грудь Осмаса вздымалась, будто кузнечные мехи, делая хозяина похожим на нахохлившегося, промокшего воробья. Непропорционально длинные и тонкие кисти рук, произрастающие из рукавов великоватого на два-три размера пиджака, изгибались ломаной буквой Г в попытке удержать выскальзывающую телефонную трубку. Пара асимметричных залысин, козлиная бородка, испачканная чернилами плешь и густо промазанные гелем редкие волосы завершали портрет самовлюбленного сокрушителя женских сердец.
«А ведь он и вправду считает себя неотразимым! – ужаснулся Дарк воистину безграничным возможностям человеческой психики, способной прикрыть любые физические недостатки плотной вуалью самообмана. – Интересно, сколько времени он регулярно тратит на кривляние перед зеркалом: час, два? Нет, пожалуй, целый день, делать-то ему все равно больше нечего!»
Вывод о тунеядстве и успешной симуляции напряженного производственного процесса маленьким человечком на ответственном посту был сделан не на пустом месте. Во-первых, действительно работающий начальник не сидит, он бегает, в его кабинете бывает много народу, а на столе царит творческий бардак, усугубленный обилием текущих бумаг, на которые просто необходимо наложить начальственную закорючку. Во владениях же директора ВРУ было девственно чисто, как в плане бумаг, так и толпящихся в ожидании решения подчиненных. Во-вторых, и опыт подсказывал Дарку, что этот признак самый верный, к середине рабочего дня ни один настоящий трудоголик не выглядит таким опрятным и ухоженным. Ворот белоснежной рубашки Осмаса был абсолютно чист, значит, попотеть ему не пришлось ни от беготни, ни от нервов, что с начальством случается гораздо чаще.
«Хорошо устроился: сидит на теплом местечке и якобы технически обеспечивает производственные процессы; никуда не спешит, никому из коллег-директоров не мешает. Вряд ли глава банка и его заместители имеют хоть какое-то представление о современной технике и о проблемах разработки специализированного программного обеспечения. Даю голову на отсечение, что с работой, которую делает вся эта ВРУ, легко могли бы справиться двое прыщавых подростков в перерывах между отстрелом зубасто-когтистых чудовищ. Ну что ж, каждый таракан ползает в этой жизни по-своему. Эта пиявка хорошо присосалась – молодец!»
Ответственные телефонные переговоры с одной из вторых половин были успешно завершены на ноте взаимного недоверия. Однако сюсюканье в трубку на время успокоило ревнивую женщину, пытавшуюся выяснить правду и поставить в отношениях все точки над «i». Директор повесил трубку, брезгливо поморщившись, допил апельсиновый сок из стоявшего на столе стакана и только после этого удостоил проникшего в кабинет постороннего гневным взглядом.
– Кто вы, почему без записи и по какому вопросу? – выстрелил господин Карван в Дарка дежурной, заученной наизусть тирадой.
– А разве ты не узнаешь? – Моррон изобразил на лице удивление, которое отчасти было искренним.
По словам Конта, Осмас ждал посвящения в кровавую братию и управлял счетами полесской общины. Из подслушанного разговора Карста с Белиндой Дарк узнал, что охота за ним началась именно благодаря свидетельству прислужника – высокопоставленного банкира, якобы видевшего его в клубе в ту проклятую ночь, когда Конт решил свести счеты с кровососами. Вероятность, что тот и другой говорили об одном и том же лице, зашкаливала за сто процентов.
«Неужели Карст специально сфабриковал обвинение и заставил Карвана дать ложные показания, при этом даже не удосужился показать лжецу фото оклеветанной жертвы?» – неувязка заставила Дарка призадуматься, но затем логичное объяснение нашлось само собой. Полесские вампиры были весьма ленивы и гораздо прямолинейней, чем их континентальные сородичи. Живя в государстве, где испокон веков беспрекословно верили доносам, Карст решил не утруждать себя скрупулезной подгонкой фактов навета. Он не предполагал, что кто-нибудь из Ложи Лордов-Вампиров займется расследованием, и не думал, что Дарку удастся добраться до старгородской глубинки.