Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
Моррон чувствовал себя весьма неуверенно без оружия. Забрать кинжал из сарайчика было опасно, вокруг разгромленного прошлой ночью убежища крутились вампиры. Не то чтобы они специально поджидали его возвращения, но кто-то ведь должен был ликвидировать последствия учиненного им разгрома. К тому же кинжал был хорош лишь для внезапного нападения из-за угла или для борьбы в тесных, запутанных лабиринтах комнат и подвалов. Сколько бы ни напрягал воображение Дарк, а так и не смог представить, что он делал бы с коротким лезвием в руках, окруженный врагами с автоматами. Герои надуманных приключенческих фильмов и низкопробных боевиков как-то умудрялись находить выход из затруднительных положений, Дарк не хотел даже пробовать, ему было необходимо огнестрельное оружие, желательно автоматическое и с полным боекомплектом.
Торговля оружием в Полесье была почему-то запрещена, хотя без ствола в кармане ходили лишь наивные да ленивые. Правительство как будто нарочно создавало режим наибольшего благоприятствования для подонков, промышляющих разбоем и грабежом. О нападении на полицейский участок не стоило и мечтать. Моррон не чтил закон и никогда не питал особой любви к его представителям, но он умел трезво оценивать соотношение сил и не хотел походить на ту дурную собачку с известной картины, которая пыталась укусить слона за призывно болтающийся хвостик. Даже во время ночной смены в участке было слишком много полицейских, они мгновенно превратили бы его в решето. При удачном стечении обстоятельств он, возможно, смог бы спастись, но определенно не добрался бы до оружейного склада. Риск был слишком велик, а шансы на успех чрезвычайно малы. К тому же зачем идти напролом, когда есть удобный обходной путь. Дарк знал, как в любом городе раздобыть оружие, притом быстро, почти без риска для жизни и не привлекая внимания властей.
Несмотря на поздний час, на Рессорной площади было по-прежнему многолюдно. На яркие огни круглосуточно работающего супермаркета, как бабочки, слетались подвыпившие горожане всех достатков и сословий: клерки крупных и средних компаний, решившие продолжить корпоративный праздник, прежде чем разбрестись по домам, где их с нетерпением ожидали ворчливые жены, веселящиеся после сдачи очередной сессии студенты, отработавшие свою смену пролетарии и личности, привыкшие «соображать на троих». Иными словами, все те, кому было скучно сидеть по домам и кто самозабвенно занимался поисками приключений. На фоне галдящей шумной толпы изредка виднелись и абсолютно трезвые личности. Как правило, их лица были угрюмы и печальны, а глаза с черной завистью взирали на гулявших собратьев.
«Как мало нужно народу для счастья, было б что выпить да закусить под рукой!» – тяжело вздохнул Дарк, стараясь не думать о грустном и как можно быстрее пробраться к дверям магазина сквозь рвущийся в продуктово-винный отдел живой поток.
Хотя ряды изобилующих питьем и снедью прилавков занимали весь первый этаж, к выходу, видневшемуся на другом конце зала, было не пропихнуться. Ругань, толчки, нечленораздельный галдеж и магическое заклинание «В очередь!», то и дело слетавшее с губ умаявшихся продавцов, могли окончательно испортить настроение любому трезвому покупателю и привести к легкому психическому расстройству. Однако уже подогретым алкоголем клиентам все было нипочем.
Вначале моррон пытался плыть по течению, но вскоре понял свою ошибку. Бурлящий поток занес его в центр водоворота из нескольких очередей, откуда уже не было выхода. Товарищи по несчастью бойко толкались локтями и наперебой кричали, пытаясь разобраться, кто за кем стоит. Преодолев большую часть пути по-собачьи, на четвереньках, Дарк покинул площадку веселого народного игрища и поднялся по лестнице на второй этаж. Как и предполагал моррон, в отделах мужской и женской одежды, нижнего белья и кожаных аксессуаров ажиотажа не наблюдалось. Десяток случайно забредших в поздний час посетителей терялся на фоне заполненных товарами стеллажей и витрин. Пройдясь быстрым спортивным шагом мимо шуб, костюмов и засыпающих продавцов, Дарк оказался у точно такой же лестницы на противоположной стороне зала. Еще минута – и он в толпе отоваренных счастливцев вышел на улицу имени какого-то полесского князька с длинной, труднопроизносимой фамилией.
Теперь можно было и не торопиться, если вампиры и проследовали за ним до входа в супермаркет, то определенно потеряли его из вида внутри. К тому же от разгульной толпы несло за версту различными сортами вин и настоек, запах крови моррона мгновенно растворился в амбре спиртных эфиров и плодово-ягодных добавок.
Другой таксист отвез конспиратора на площадь перед пустующим в зимнюю пору речным вокзалом. Маленькое, не пользующееся успехом казино и невзрачное кафе с игровыми автоматами немного оживляли покинутый людьми городской закуток. По крайней мере, трое таксистов посчитали возможным ловить клиентов именно здесь.
Прикурив последнюю сигарету из смятой пачки, Дарк стал медленно прохаживаться возле ярко-красных энергомобилей с желтыми эмблемами такси на борту. Топтание на маленьком пятачке было неправильно истолковано водителями, они приняли моррона за припозднившегося бедного студента, скорбящего над последними грошами.
На самом деле Дарк не страдал от стеснительности и разминал ноги не просто так. Он всматривался в колоритные типажи джентльменов извоза, чтобы определить, кто из троих наиболее подходил для его затеи. Седой костлявый старик, сидевший за рулем первой машины, явно придерживался суровых пуританских взглядов на жизнь и постоянно ворчал на беспечную молодежь. Такие люди вечно недовольны судьбой и начинают любой разговор с банальных, давно приевшихся всем слов: «А вот в наше время…» Толстощекий крепыш с отвисшим подбородком, в надвинутой на лоб до самых бровей меховой шапке пересел за баранку совсем недавно. До этого он был или уважаемым в деревенской глуши агрономом, или каким-нибудь инженером-технологом с разорившегося металлургического завода.
«Не то, совершенно не то… А вот третий подходит, – принял решение моррон, прекратив круговые маневры возле стоянки и уверенно направившись к дверце выбранного такси. – Хищный взгляд исподлобья; заостренный подбородок со шрамом; маленькие, бегающие, крысиные глазки – и костяшки пальцев, сбитые до мозолей. Мужичонка явно не раз побывал в тюрьме и, скорее всего, до сих пор крутится в криминальной среде. Как раз то, что нужно. Распутная девка-удача снова дует в мои паруса!»
– Занят, – недовольно пробурчал худощавый таксист с крысиными глазками, едва Дарк открыл дверцу машины.
– Повтори еще разок, а то я что-то глуховат стал, – усмехнулся моррон, отработанным эффектным жестом доставая из кармана сотенную купюру.
В прищуренных щелочках джентльмена извоза заблестели искорки азарта, тонкие губы изогнулись в приветливой улыбке. Таксист обрадовался, что ошибся в оценке платежеспособности клиента, и приглашающе кивнул головой на сиденье:
– Куда тебе, друг?
– Не знаю. – Дарк хитро улыбнулся и пристально посмотрел в глаза прожженного прощелыги. – Думаю, ты сам догадаешься, куда отвезти сошедшего на берег моряка.
– Парск или Конорье? – поинтересовался водитель, не выдержав взгляда и отвернувшись.
– Парск, послезавтра снова уходим…
– А сюда-то каким ветром?
– Попутным! – грубо оборвал дальнейшие расспросы Дарк и протянул любознательному таксисту еще две купюры. – Твое дело не вопросы задавать, а баранку крутить да путь знать!
Давно миновали те времена, когда Старгород назывался Вольным Городом и был единственным крупным поселением лесовиков. Вокруг деревянных стен древнего города шумели непроходимые леса, а караваны груженных пушниной и медом ладей уходили вниз по Медведке. Плаванье вольногородских купцов длилось недолго: всего три дня по реке до устья, а затем еще двое суток вдоль морского побережья до ближайшего герканского города или острова с торговым аванпостом заморских купцов.
Шли века, леса заметно поредели, город сменил название, а владения «медведей» расширились за счет земель приморских племен. В пятнадцатом веке возникла караванная база в Конорье, а в семнадцатом был основан Парск, маленький портовый городишко, быстро превратившийся в центр торгового мореплавания Полесского королевства. С тех пор набитые деньгами после долгого плавания моряки редко заглядывали в Старгород, они растрачивали нажитое в приморских городах.