Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
Полет, в общем, прошел успешно, хотя пятидесятиминутная тряска стала достойным дополнением к пятичасовому ожиданию вылета. Странно, девушка вела себя в самолете пассивно и большую часть времени мирно проспала на своем месте в хвостовой части. Потом она бесследно исчезла, ее мешковатый пиджак, еще более холодный и продуваемый, чем его куртка, не промелькнул в толпе выходивших из дверей.
Моррон устал от тайн и загадок, у него все равно не хватало информации, чтобы просчитать возможные варианты действий неизвестного противника. Коллективный разум не подарил ему также и дар предвидения, который позволил бы величественно закатить к небу глаза и мгновенно узнать, какие сюрпризы преподнесет ему судьба в течение нескольких ближайших дней. Когда командир окруженного отряда не знает ни местности, ни замыслов превосходящего по численности противника, он не тратит времени на бессмысленные попытки выяснения положения дел. Он отдает солдатам приказ укреплять занятые позиции и готовиться к отражению неизбежного штурма. Так и Аламез не гадал, куда запропастилась таинственная девица, а просто констатировал факт, что в радиусе пятнадцати метров ее не наблюдалось, и перешел к решению более насущных проблем.
Через пять минут руки уже согрелись, а по спине и ногам прекратила прокатываться волнами дрожь. Вторая попытка выхода наружу была бы такой же неудачной, как и первая. До стоянки такси приблизительно тридцать пять – сорок шагов, а прямо к выходу местные «извозчики» почему-то не подъезжали. Дарк обвел глазами небольшой зал провинциальной аэробазы и тут же нашел, что искал, – маленькое кафе, отличающееся от дешевой привокзальной пивной лишь наличием видавшего виды стола для бильярда и парочки еще работающих игральных автоматов в дальнем углу. Несмотря на ранний час – полвосьмого утра, почти все столики в заведении были заняты. Играла заунывно-скрипучая музыка, неопрятного вида мужчины в тулупах и кожаных куртках на меху пили чай, вяло перекидывались в карты и о чем-то гудели, то ли сплетничая, то ли делясь опытом по ремонту машин в походных условиях.
«Излюбленный уголок таксистов, отъездивших пока свое, притон энергомобильных страстей и небывалых дорожных историй… Как раз то, что мне нужно!» – подумал моррон, открывая стеклянную дверь и переступая через высокий порог.
Появление в забегаловке вызывающе одетого иностранца послужило причиной гробового молчания и недоверчиво настороженных взглядов хищно прищуренных глаз. Последовавшие потом выкрики: «Во, чудо привалило!» и «Не туда залетел, стервятник импортный!» – только подчеркнули общий враждебный настрой отдыхавших после тяжелой трудовой ночи водил.
Отличная от окружающих одежда, небогатырское телосложение и молодость часто затрудняли моррону плодотворный процесс задушевного общения. Дарку уже много раз приходилось наталкиваться на подобный прием и доказывать свои права, ломая скамьи о хребты заносчивых грубиянов. Однако на этот раз побоище не состоялось, у моррона было много дел, а сладостный час развлечений еще не наступил.
– Чего те надо, чувырло заморское?! – проголосил здоровенный бугай из-за крайнего стола. – У нас сегодня только для орлов, попугаи в другой клетке!
Дружный хохот прокатился по залу, даже официантки смеялись над ним, не пытаясь скрыть отвращения к разукрашенной клепками да аксельбантами куртке и голубым глазам, по-детски наивно смотревшим на мир из-под длинного козырька кепки.
– Сто континенталок… до центра! – прервал моррон всеобщее веселье и бросил на ближайший столик три помятые бумажки.
Гомон моментально утих. Вид наличных привлек внимание весельчаков, а звуки нарочито подчеркнутого южногерканского акцента заворожили слух.
– Иди на стоянку, сейчас их смена! – не отрывая взгляда от стола, произнес угрюмый мужчина, по-видимому наиболее авторитетный и уважаемый среди джентльменов извоза.
– Сто пятьдесят! – Моррон бросил на стол еще одну бумажку.
– Панорыч, паренька, похоже, приперло! Морозняк сегодня вишь какой, а он… – неуверенно произнес бородач в тулупе.
– На стоянку! – более жестко проговорил старший и для подтверждения окончательности своего решения обвел лица присутствующих строгим взглядом.
– Триста! – принял Дарк вызов главаря водительской шайки и тут же подкрепил свои слова новой порцией измятых купюр.
– Да чтоб тебя с твоими правилами! – взорвался бородатый верзила с крайнего стола и в негодовании обрушил кулачище на пустующую рядом с ним скамью. – Мы же с ночи совсем пустые пришли, нет клиенту… нету! А жрать-то надо!
Главарь стиснул зубы и собирался устроить зарвавшемуся оппозиционеру показательный разгон, однако прокатившийся по корчме недовольный ропот заставил его пойти на уступку требованиям изголодавшихся без навару масс.
– Хорошо, но правила ты знаешь. Если что, с Щавием сам объясняться будешь!
– Не пужай, ученые! – буркнул в ответ здоровяк, поднялся в полный рост и, захлестнув на могучей груди тулуп, направился к выходу, не забыв, конечно же, по дороге сгрести в карман валявшиеся на столе деньги. – Пошли, геркашка околелый! Сколько вас, чудил, не учишь, что в руки деньги давать надо… в руки… все без толку!
– Подгонишь машину к выходу, даю тебе пять минут! – голосом, не терпящим пререканий, скомандовал Дарк, как только они с водителем покинули забегаловку.
– Не положено! – буркнул на ходу великан, даже не замедлив шаг.
– Еще сотня сверху, – стоял на своем Дарк, – или машину к выходу, или гони свой тулуп, зря я, что ли, деньги плачу?!
Последний аргумент оказался убедительным и весомым. Таксист остановился и зачесал в бороде. В конце концов, желание получить бумажки с портретами великих деятелей Континента перевесило страх перед запретами дорожной полиции.
– Уговорил, но только шустро, без проволочек! – нехотя произнес великан и выскочил на морозную стужу.
Беглец и не думал медлить. Находиться долго на одном и том же месте было чрезвычайно опасно, к тому же впереди было много дел. Заплатив водителю в пять-шесть раз больше, чем на самом деле стоила поездка, моррон заботился не только об удобствах изъеденного холодом тела. Его могли поджидать. До стоянки такси было сорок шагов, тридцать метров по открытой, немноголюдной в утренний час местности. Подстрелить бегущего человека мог любой новичок, впервые взявший в руки снайперскую винтовку. Слишком много вокруг было непонятного, чтобы халатно относиться к вопросам безопасности и подставляться под удар.
К выходу, тарахтя, подъехал энергомобиль, водитель открыл дверцу, и Дарк, сделав глубокий вдох, кинулся к спасительному сиденью. Замерзнуть он не успел, получить пулю в голову тоже. Очередной этап злоключений был успешно завершен.
* * *Сто веселых чертенят поселились в голове Дарка и, отмечая новоселье, устроили отменную вечеринку с танцами, игрой на барабанах и подвываниями. Так громко и грозно работал мотор такси, спутанного поначалу не разбирающимся в марках местных энергомобилей морроном с виверийским «Ланканселом 733», снятым с производства лет эдак тридцать назад.
Заполняя салон жутким гудением, мощный мотор тащил приплюснутую по бокам кучу металлолома, называемую полессцами энергомобилем, по наезженной колее. Они пятнадцать минут назад выехали из зоны аэробазы. Дорога шла через заснеженную рощу, встречных машин не было, а метрах в ста позади уже минут пять как маячила какая-то маленькая машинка, по-видимому тоже местного производства.
Стало скучно, однообразие дороги навевало грусть, а верзила-водитель, как назло, молчал, то ли не зная, о чем говорить с залетным «попугаем» из далеких стран, то ли напрашиваясь на дополнительную плату за болтовню в дороге.
– Странное имя «Пандорыч», – напрягая голосовые связки, произнес моррон, чтобы завязать хоть какое-то подобие разговора, – вроде бы не полесское…
Бородатый водитель на мгновение оторвался от созерцания дороги и окинул пассажира снисходительным взглядом. Секунд через двадцать он все же пришел к выводу, что должен удовлетворить праздное любопытство лихо переплатившего чудака.