Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)

Данный вопрос, конечно, спорный и весьма многогранный, однако те мужчины, кто хоть раз в жизни попадал в подобное неловкое положение и бесился от бессилия, не воспримут иных аргументов. К примеру, генерал ванг Нордверг, командующий экспедиционным корпусом, присланным в герканскую колонию для ликвидации последствий якобы произошедшего мятежа, был готов провалиться под землю и одновременно сгореть со стыда. Его, кадрового заслуженного офицера, прошедшего долгий и отнюдь не легкий путь от сержанта-пехотинца до корпусного генерала, осмеливалась поучать и стыдить какая-то капризная девчонка, по нелепейшему стечению обстоятельств наделенная немыслимыми полномочиями. Она разговаривала с ним на повышенных тонах, постоянно язвила, обвиняла в некомпетентности и старческом маразме, одним словом, измывалась, как хотела, разве что не била веером по изуродованным шрамами щекам.
– Вы не генерал, а деревенский пастух, обычный старый мужлан, настолько впавший в маразм, что не способен справиться со своими баранами! Да, господин генерал, вы командуете не солдатами, а стадом тупых, вечно пьяных баранов! За последние три дня в городе произошло двадцать шесть драк, двадцать шесть массовых, пьяных побоищ, и в каждом из них отличились ваши вояки! Что солдаты, что офицеры, все хороши! Моя бы воля, всех бы отправила по штрафным ротам! А лучше ваш корпус целиком сделать штрафным! Поздравляю, господин генерал, вы командуете первым и единственным штрафным корпусом доблестной герканской армии! – Тут маркизе Онветте Руак не хватило дыхания. Она не так уж часто упражнялась в устройстве скандалов, поэтому была вынуждена сделать паузу, чтобы ее полный возмущения голос не сорвался на пискливый, комичный визг.
Подобное представление не доставляло ванг Нордвергу удовольствия. Окажись на месте крикливой, взбалмошной маркизы, почему-то возомнившей себя великим стратегом, кто-либо другой, хоть сам генерал-губернатор, командующий корпусом, быстро бы отучил его распускать язык: даже не вызвал бы на дуэль, а поступил бы гораздо проще, собственными руками стянул бы с кабинетной задницы парчовые портки и отхлестал бы плашкой собственного меча. Однако с дамой так генерал поступить не мог, поэтому и стоял, как болван, навытяжку и выслушивал всякий вздор.
– Позвольте заметить, госпожа маркиза, что в сложившейся ситуации, бесспорно удручающей, есть некоторая часть вины и генерал-губернатора, чьи строжайшие указания мне приходится сейчас исполнять, – воспользовавшись возникшим в кабинете молчанием, осмелился возразить генерал.
– А-а-а! – протянула красавица, явно уже отдохнувшая и готовая перейти ко второй и далеко не заключительной части своей истерики. – То есть это его сиятельство виноват в том, что ваши офицеры – пропойцы и дебоширы, а солдаты – просто грязные, недисциплинированные скоты?! Может быть, вы мне прикажете заняться их муштрой?!
«Тебя бы саму пару раз прогнать сквозь строй!» – подумал генерал, но вслух произнес совершенно иное, притом даже попытавшись изобразить на лице некое подобие галантной улыбки:
– Госпожа маркиза, позвольте разъяснить вам один очень важный момент. Но прежде хочу сказать следующее: я не знаю, чем руководствовался его сиятельство, назначая вас, восхитительную, божественно прекрасную барышню, советником по военным вопросам, но, полагаю, у него были на то веские основания, которые я не вправе и не смею подвергать сомнениям, – произнес генерал с почтением в голосе и галантной улыбкой на лице.
«Шла бы ты лучше в куколки играть или кавалера на роль женишка присматривать. Балы да приемы – вот твои баталии!» – примерно таков был истинный смысл сказанного, который, как и полагал генерал, не ускользнул от маркизы.
– Видите ли, госпожа маркиза, армия – это единый, хорошо отлаженный боевой инструмент, который нужно знать, как использовать и как правильно содержать в чистоте и порядке…
– К чему вы клоните, генерал? – довольно грубо перебила собеседника Онветта Руак, которой на миг показалось, что генералу что-то известно об ее с Кевием планах. Уж больно витиевато и двусмысленно изъяснялся старый службист, как будто боялся сказать лишнее, а только хотел на это лишнее вскользь намекнуть.
 
– Солдаты привыкли жить на поле брани, а мирное время проводить в казармах крепостей или в военных лагерях. Это их привычная среда обитания. Вы же по каким-то неизвестным мне причинам держите мой корпус в столице, в городе, переполненном войсками; в городе, полном блудливых девок, вина и кабаков! Немудрено, что дисциплина немного расшаталась, – закончил свою мысль командующий, сделав особый упор на слове «немного».
«Ничего тебе не известно, ах, старый ты козел!» – с облегчением подумала Онветта, поигрывая, как монах четками, небрежно намотанным на руку ожерельем.
– В колонии неспокойно. По дорогам и лесам разгуливают шайки бандитов, дикари вновь повылазили из своих болотных нор, а мы сидим здесь без дела! – продолжил генерал, истолковав молчание советницы как раздумье. – Я неоднократно обращался к генерал-губернатору и отмечал, что для охраны Денборга более чем достаточно сил местного гарнизона. Выпустите моих ребят за ворота, мы и порядок наведем, да и горожанам дадим вздохнуть спокойно. Мой корпус может разместиться вот здесь, – ванг Нордверг указал хлыстом на небольшую равнину на карте колонии. – Лучшего места для лагеря не найти! Всего две неполных мили от города. В случае возникновения беспорядков, о которых вы все здесь говорите, вверенные мне войска уже через полчаса марша окажутся возле крепостной стены и придут на помощь денборгскому гарнизону. Какой смысл морить нас здесь, в переполненных казармах и разбросанных по всему городу квартирах?
– Господин генерал, а вам известно, что такое приказ? Неужто мне следует объяснять вам, человеку, более тридцати лет жизни отдавшему армейской службе, что приказы не обсуждаются, а исполняются! – начала поучать прекрасная маркиза, беспощадно испепеляя генерала одним из самых гневных своих взоров. – Ваша забота не рассуждать, не вникать в сложную и напряженную обстановку в колонии, а просто делать то, что вам говорят! Здесь я командую, генерал, и я мыслю! По-моему, вы получили довольно подробные указания о моих полномочиях и от его сиятельства, генерал-губернатора, и от его светлости, герцога Малькорна, маршала герканской армии. Вы оспариваете мои решения?! Вы хотите поднять бунт?!
В словах красавицы не было здравого смысла, как, впрочем, и в том, как маркиза осуществляла военное руководство. Генерал Нордверг уже добрую тысячу раз проклял недальновидного маршала и небрежно относящегося к своим обязанностям генерал-губернатора, которые по каким-то исключительно внутриполитическим соображениям навязали ему эту спесивую, напористую девицу. Военачальник в юбке – это очень смешно, если ты, конечно, не под ее руководством, а иначе – хочется плакать!
– Никак нет, – кратко ответил генерал, боясь, что сейчас у барышни начнется очередная истерика.
– Скажите, это вы послали солдат на шахту близ речушки, как уж там ее, ах, да… Милока? – не оправдала ожиданий генерала вспыльчивая, но быстро отходчивая красавица.
– Никак нет. За последние сутки ни я, ни мои полковники не отдавали приказов, связанных с выходом подразделений вверенного мне корпуса за границу их территориального расположения. – Нарочито официальная манера общения часто выручала генерала на ковре у начальства, но только не в этом случае.
– А если не вы, то кто тогда послал солдат на шахту?
– Не могу знать!
– Так узнайте, – маркиза Руак была очень бледна и спокойна, что однозначно предвещало беду. – Узнайте и доложите мне, кому из ваших офицеров вздумалось самовольничать! Мер пока принимать не надо, я сама их приму! Все, генерал, у меня много дел, можете идти! – Онветта небрежно махнула рукой в сторону двери. – Ах да, чуть не забыла! Отрядите две-три роты, пусть очистят округу от разбойничьих банд. Даю вам сроку три дня, по исполнении доложите моему секретарю!
«Черт подери! Вот наделили безмозглую куклу властью, а мне теперь мучайся! Все соки из меня выпьет, все жилы вытянет, самодурша! Семь пятниц у кокетки на неделе! И чего это я, старый болван, в отставку месяц назад не подал? Ведь чувствовал, что такое начнется… Когда родовитые идиоты, принцы да герцоги, генералам указывают, это еще полбеды, а когда девицы с поучениями лезут… Эх, в отставку пора!» – подумал генерал ванг Нордверг, с учтивым поклоном покидая апартаменты военного советника.