Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)
– Мне нужны пленные, двое… – лениво и самоуверенно произнес Мерун вместо обычного напутствия.
Враги сошлись, точнее, вампиры налетели на непреодолимую стену, ударились и, как мячик, отскочили обратно оставив половину своих собратьев тонуть в доходившей до колен грязи. На большее кровососов не хватило, привыкшее полагаться на свои природные качества полчище было организовано чуть лучше, чем толпа взбунтовавшихся крестьян, осмелившихся бросить вызов дружине своего господина. Второй атаки не последовало, отпрянув назад, вампиры побросали оружие и пустились наутек, надеясь успеть попрятаться по соседним зданиям: заброшенным мастерским и складам.
Заключительная фаза схватки, преследование и добивание разбежавшегося врага, не интересовала Наставника, его воины знали, что делать, и могли справиться с неимоверно легкой задачей уже без него. Отбросив в сторону щит и меч, Мерун поспешил прямиком в пламя разбушевавшегося пожарища, чем не вызвал ни малейшего удивления на лицах своих бойцов. Рыцари знали, что заслуги их Наставника перед Небесами столь велики, что освященный Патриархом огонь не сможет причинить ему вреда.
Минут через пять среди заброшенных зданий снова воцарились тишина и спокойствие. Рыцари перебили вампиров, естественно, не забыв полонить парочку все еще щерившихся, но уже со страху, девиц, а из сарая, буквально за секунду до падения прогоревших стен, вышел Мерун, бережно неся на руках завернутое в плащ тело Ликараса.
– Не приближаться! – властно остановил Жанор кинувшихся ему на помощь братьев. – Богомерзкие кровососы хотели осквернить плоть славного Ликараса и обратить его в вампира. На моего друга наложено ужасное проклятие. Каждый, кто дотронется до него или хотя бы посмотрит, рискует бессмертием своей души. Приведите мне коня, живо! Поиски Вебалса завершены, мы покидаем Дукабес, только я упорными молениями в Храме Судьбы смогу снять ужасное проклятие!
Глава 13
УЖАСЫ ВУТЕРКЕЛЬСКОГО ЛЕСА
С трогательного момента прощания с негостеприимным и ужасно грязным Дукабесом прошло уже более часа, а союзники так и не сумели разработать план дальнейших действий. Забота неизвестного доброжелателя хоть и облегчила жизнь, но и внесла много неясностей.
Всадники не спеша ехали по пустынной дороге и, любуясь природными красотами, занимались привычным делом, то есть спорили, порой выражая недовольство позицией собеседника в весьма резкой форме.
– Ну, чего мы тащимся, как вши беременные?! – доведенный до истерики невозмутимостью колдуна и его завидной уверенностью в своей правоте, Палион перешел на Iкрик. – Время, время идет, дружище, нам так за герцогом никогда не поспеть!
– Никогда не видел беременной нашкурную живность, дай посмотреть, – издевался Озет, блаженно прищурившись и раскачиваясь в седле в такт движениям лошадиных бедер.
– Я сейчас тебе по башке твоей божественной надаю! – Язвительное замечание окончательно вывело Лачека из себя. – Хочешь ерундой заниматься, к словам придираться, валяй, пожалуйста, сколько угодно, но только меня в этот бред собачий не втягивай, я уже по горло твоей постной рожей сыт… битый час ей любуюсь!
Последующие четверть часа были проведены путниками в раздражающей слух тишине, если не считать недовольного ворчания разведчика, прошептавшего себе под нос весь богатый запас казарменных ругательств, адресованный, как не трудно догадаться, едущему рядом представителю древнейшего рода Озетов. Вебалс не мешал боевому товарищу «спускать пар», прекрасно зная, что общение с ним не сахар и не каждая стоическая личность выдержит его компанию долее дня, а разведчик, надо отдать ему должное, продержался уже больше недели. Когда пыл негодования в сердце Лачека окончательно и бесповоротно угас, Вебалс подвел своего коня ближе к кобыле напарника и стал невозмутимо вещать, как будто не слышал в свой адрес весьма нелестных эпитетов.
– Люди всегда люди, Палион, они интригуют, они хитрят и ловят друг дружку в сети собственной глупости. Большое колдовское спасибо нашему доброжелателю за лошадей. – Вебалс картинно прижал правую руку к сердцу, но совершенно позабыл при этом стереть ехидную ухмылку с лица. – Но не кажется ли тебе странным, что кто-то заботится о нас и, кроме того, пребывает в курсе наших планов. Скажи, кто мог знать, что мы отправимся за герцогом?
Палион промолчал, хоть он уже и остыл, но был морально не готов ко второму туру утомительных дебатов, который с большой вероятностью закончится точно так же, как и первый, размолвкой и взаимными оскорблениями.
– Только сам герцог и Кергарн, и то при условии, что они действительно заодно, насчет чего лично у меня есть некоторые сомнения. На нас поставили ловушку, и в нее положили сыр. Неизвестно кто, неизвестно как узнает о наших планах, каким-то странным образом предвидит, что мы выберемся из города через тайный лаз, и оставляет карту с подробным описанием куда идти. Тебе не кажется необычайно глупым идти у этого «некто» на поводу?
– Кажется, – кивнул Палион, – но выхода другого у нас нет.
– Брось, дружище, выход есть всегда, – рассмеялся Озет и примирительно хлопнул товарища по плечу. – Умная мышь, жизнеспособная мышь, не лезет очертя голову в мышеловку, а сначала долго ходит кругами и принюхивается.
Давай поступим, как эта мышь: сначала разведка, а уж затем поедание сыра!
– Как будто я тебе другое предлагал, – обиделся Палион, что далеко не все его слова были услышаны компаньоном.
– Ты предлагал мне поступить умно, а я тебе мудро, чувствуешь разницу?
– Не темни, давай к делу, – угрюмо сдвинув брови, произнес разведчик, уже порядком уставший от пустых слов.
– Хорошо. – Вебалс достал из-за пазухи смятый листок послания и еще раз внимательно изучил нарисованную на нем от руки карту. – Маршрут передвижения герцога довольно предсказуем и прост: все время по дороге в столицу и так все пять дней. Однако, не доезжая примерно милю до поворота на Лунц, кортеж съезжает с большака и делает пятичасовую остановку на опушке вутеркельского леса. Спрашивается, зачем?
– А ты не догадываешься?
– В том-то и дело, что догадываюсь, и наш доброжелатель догадывался, что мы догадаемся.
– Слушай, не каламбурь, и так тошно, и жрать охота, – посетовал Палион, у которого от голода уже давно ныл желудок, а теперь еще и заболела голова.
– Он или они, сколько наших «друзей» – не знаю – надеются, что мы свернем к лесу. Возможно, там на нас устроена засада.
– Твои предложения, – не выдержал хождения вокруг да около Палион, – только кратко и без лирических отступлений о природе человеческой.
– Вторая остановка кортежа, как я и предполагал, будет в придорожном трактире «Свет Лиотона», что в двадцати милях отсюда.
– В восемнадцати, – поправил Палион, – две мы уже протащились.
– Не важно, – отмахнулся колдун. – Мы едем туда и расспрашиваем народец в округе, не проезжал ли кортеж. Карету герцога ни с чьей не перепутаешь, так что ошибки быть не может. Если «да», то тогда все ясно. Оставляя хитрецов ни с чем, мчимся в столицу.
– А если «нет»?
– Ну, вот тогда нам придется вернуться и расспросить герцога, какие грибочки растут в вутеркельском лесу. Кстати, местечко не из приятных. Именно там люди впервые увидели вутера, отсюда и название твари, правда, многие думают, что наоборот, что лес назван в честь чешуйчатой гадости.
– Успеем добраться? – засомневался Палион.
– Кортеж выехал из Дукабеса на час раньше, чем мы. Карета у герцога хорошая, но гнать лошадей он не будет, так как к тряске не приучен. В среднем его экипаж будет двигаться в два-три раза медленнее, чем мчится всадник-гонец, – начал расчеты вслух Озет, но, видя, что союзник не поспевает уловить его скомканные и перепутанные только ему известным образом логические нити, стал бесшумно шевелить губами. – Да, успеем. Если сейчас поторопимся, то через два с половиной часа возле трактира будем, а на лесную опушку примерно за час до отъезда успеем.