Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ)

– Слушай и запоминай! – произнес герцог, жадно запихивая в рот целую горсть винограда. – Лети к Кергарну и передай. Я прошу его о встрече, заеду во второй половине дня по дороге в столицу. Вебалс попался в расставленную хозяином ловушку, и в данный момент Орден переворачивает в его поисках вверх дном весь Дукабес. Бежать ему некуда, и, думаю, к концу дня его рыжая голова украсит городские ворота. Несколькими агентами пришлось уже пожертвовать: епископ мертв, под горячую руку рыцарей попадется еще с десяток существ, выполняющих в Нижнем Дукабесе мелкие поручения. Оно и к лучшему, святоши на какое-то время успокоятся и не будут нам мешать. Остальное лично при встрече. Кроме того, мне хотелось бы получить инструкции перед посещением столицы. Все, лети!
Самвил небрежно махнул рукой, приказав девушке удалиться. Для плотских забав, интерес к которым после сочного винограда заметно возрос, у герцога имелись другие кандидатуры, менее искушенные, но зато новенькие, только вчера доставленные с рабского рынка южного соседа, королевства Гариот.
– Да что ж это, матерь божья?! – испуганно завизжал молодой стражник, когда парочка украшенных сыпью и коростой монстров приблизилась к воротам на двадцать шагов.
Его сослуживцы выразили удивление менее эмоционально, но более агрессивно: повскакали с мест и схватились за оружие. Смотря на нацеленные точно в его грудь острия пик и зловещий блеск стальных клинков, Палион еще раз убедился в правильности своего предположения. Служители порядка не отведут их в загон и не потащат в тюрьму, а просто пристрелят и осторожно, не дотрагиваясь до заразной плоти руками, сбросят их тела в городской ров. Разведчик приготовился к последнему бою и к неминуемой смерти, а вот его товарищ совсем не собирался умирать.
– Господа стражники, он там, он там! – вдруг прокричал Озет и затыкал рукой в направлении храма. – Он хочет осквернить священный алтарь, проклятый колдун в городе! – брызгая кровавой слюной, неистовствовал Озет и старался схватить за рукав начальника стражи.
– Да поняли мы, поняли, давай проходи! – Брезгливо морщившийся офицер старался избежать соприкосновений с заразным горожанином и, пятясь назад, отдал приказ столь же напуганным подчиненным открыть ворота.
– А ну, давай отсюда! Пшел от меня, урод! Давай шустрее, гниль бродячая! – кричали наперебой стражники, сторонясь от больных и подталкивая их древками пик к вороттам. Лишь один старик с нашивками капрала на плече отнесся к бедолагам с сочувствием и посоветовал испить воды из святого источника близ Кариуза.
Как только ворота закрылись, а тяжелые створки съехались довольно быстро, Вебалс упал на землю и, катаясь с боку на бок, разразился громким, надрывным хохотом. Палион не разделял оптимизма товарища, конечно, благодаря его затее, они благополучно выбрались в нижний город, но их тела гнили и становились омерзительнее и омерзительнее с каждой минутой. Одна только вонь, исходившая от покрывшегося какой-то слизью лица, вызывала у разведчика приступ рвоты.
– Чего радуешься, балда? Лечиться-то как, знаешь? – Палион схватил Вебалса за ворот куртки и рывком поставил на ноги. – Я не шучу, я в отличие от тебя не божество и…
– Не волнуйся, – произнес внезапно успокоившийся колдун и примирительно хлопнул товарища по плечу. – Чувствуешь себя нормально?
Палион кивнул. Действительно, несмотря на то, что выглядел он как прокаженный в последней стадии заболевания, самочувствие было в норме, даже уши перестал и гореть и температура ушла.
– Видишь, как полезно копаться в чужих головах, – рассмеялся колдун и, увидев какое-то движение вдали улицы, быстро спрыгнул в небольшой овраг под стеной, естественно, не забыв потащить за собою товарища.
Мягко приземлившись в заросли густой травы, компаньоны на время притаились. Если их догадка верна и Орден проводил в Нижнем Дукабесе рейд, то показываться на улицах в таком виде было крайне нежелательно.
– А теперь объясни, кратко и по порядку, что с нами произошло и как долго все это продлится? – Палион выразительно обвел рукой вокруг своего изуродованного сыпью и язвами лица.
 
– Не волнуйся, через полчаса на твоей физиономии останется лишь легкое раздражение, впрочем, как и на моей. —
Оптимизм колдуна удивлял, но давал надежду. – Тебе нужны ответы, ну что ж, изволь. Когда я, как могло показаться со стороны, окаменел на площади, я на самом деле изучал мысли стражей, бессовестно лазил по самым сокровенным закуткам их сознания и в результате выяснил три очень важные вещи.
– Какие же? – Разведчик попытался выглянуть из оврага, но колдун его остановил, жестом дав понять, что не стоит особенно торопиться.
– Во-первых, рыцари действительно устроили облаву в Нижнем Дукабесе. И без наших голов в качестве трофеев они не уйдут.
– Не сомневаюсь. – Палион вспомнил былые дни, он не понаслышке знал, что такое азарт охоты и что чувствует загнанный в угол лазутчик, вокруг которого медленно, но неумолимо сжимается кольцо окружения.
– Вторая информация была более важной, собственно, именно благодаря ей мы и выбрались, – продолжил колдун, видя, что товарищ слишком углубился в воспоминания. – Оказывается, сапожника, возле лачуги которого росла заветная травка, по праву можно считать городской легендой. Всего за десять лет трудов он умудрился не только стать из подмастерьев мастером и обзавестись собственной мастерской, но и, сколотив капитал, перебраться в верхнюю часть города, иными словами, достичь вершины профессиональной карьеры.
Колдун специально употребил выражение более близкое, привычное для слушателя, желая максимально облегчить восприятие. Этого он, конечно, добился, но слово «карьера» почему-то вызвало у Палиона странный побочный эффект. Бывший майор брезгливо поморщился, как будто испачкал сапог в коровьей лепешке, и смачно сплюнул.
– Дело в том, что его сапоги более прочные и почти не пропускают воду. Секрет ремесленника прост: он добился этого эффекта при помощи специальных смесей, которыми пропитывает кожу. Смеси изготавливаются из экзотических трав, выращиваемых прямо возле хибары.
– Так, значит, это были не сорняки? – догадался Палион.
– Очень дорогостоящие, диковинные для данной местности растения. Их семена многократно крали, но еще никому не удалось получить всходы. Мастера пару раз обвиняли в колдовстве, но за него заступился епископ.
– Дай догадаюсь почему, – перебил Палион. – Он и святейшество, и всю его челядь бесплатно обувал.
– Более того, жертвовал храму две трети своей выручки, – лукаво улыбнулся Озет. – Однако вернемся к нашему вопросу. Травки сапожника, а я немного разбираюсь в зельях, не только обладают рядом интересных с точки зрения сапожного ремесла свойств, но и вызывают кратковременное раздражение человеческой кожи, в чем ты только что сам убедился. Эффект временный, быстро проходит и, заметь, без всяких дурных последствий.
Палион посмотрел на широко улыбающуюся физиономию Озета. Безобразная образина вновь превратилась в человеческое лицо, только местами немного красноватое и с кругами синевы под слезящимися глазами.
– Вскоре и это пройдет, – заверил колдун, опять мимоходом покопавшись в мыслях товарища.
– За изобретательность хвалю, но ты хоть понимаешь, как мы рисковали? – сердито проворчал разведчик, чей мозг еще не успел смириться с мыслью, что все благополучно обошлось и им удалось выбраться из ловушки живыми.
– Нет, не понимаю, – заявил колдун. – Риска не было совсем, ты не знаешь местных реалий, а судишь. Как это у вас говорят: «…со своей бутылью в чужой монастырь приперся!»
Теперь настала очередь разведчика покатиться с хохоту. При извлечении из его головы известной народной мудрости была допущена существенная ошибка, но до чего к месту было вставлено слово «бутыль»! Лачек еще мало имел дело со священнослужителями здесь, на Шатуре, но в его мире большинство монахов и духовников были законченными тайными алкоголиками.