Мы слишком разные (ЛП)

— Звучит здорово.
Он подмигнул мне.
— Но мне нужны эскизы сегодня. Справишься?
Уверенно кивнув, лишь бы избавиться от него, я сказала:
— Абсолютно. Там, на самом деле, осталась только пара финальных штрихов.
Он выпрямился, сложил из пальцев воображаемый пистолет и направил на меня.
— Ты бриллиант, Молли.
Я выдохнула при звуке своего настоящего имени. Это так освежало после всех этих дорогуш, куколок и всех остальных тошнотворно приторных кличек, используемых только для женщин.
Вообще-то, я не была одной из тех феминисток, которые при виде мужчины срывали с себя лифчик, чтобы сжечь его вместе с чучелом этого самого мужчины. В этом отношении я была более расслабленной, в XXI веке равноправие означает равные права для девушек. И да, чёрт побери, платить мы тоже должны поровну. Хотя я понимала, что есть женщины, которые выбирали вообще не устраиваться на работу, чтобы заниматься семьёй. И я рада за них. Мы живём в обществе, где женщины, что бы они ни выбирали, превозносятся и почитаются. И это прекрасно.
Однако давайте на секунду задумаемся и представим, что могло бы произойти, если бы в следующий раз, когда Генри попросил меня что-то сделать, я бы подмигнула ему и заявила: "Будет сделано, чувак. (Или "братишка". Или нежно так — "дурила")".
Я взглянула на дверь Такера-старшего и представила, что он вызывает охрану, чтобы та вывела меня из здания за оскорбление его любимого сыночка.
Мой компьютер издал звук, и на экране высветилось ещё одно письмо от Эзры.
Кому: mollythemaverick@gmail.com
От: ezra.baptiste@yahoo.com
Дата: 23 фев. 2017, 16:49:44
Тема: Ты уморительна...
Если ты надумываешь притащить в "Лилу" птицу, то упаси тебя Бог, Маверик...
Я обнаружила, что опять улыбаюсь экрану компьютера. Я представила, как брови Эзры нахмурились от страха, губы сжались. Я буквально видела, как его длинные, элегантные пальцы печатают мне гневный ответ.
Может Эзра Батист и не нравился мне как человек, но мне нравилось дразнить его.
Отбросив идею отправить ему очередное письмо, я вернулась к эскизам, которые обещала Генри. Я отправила их только тогда, когда собрала все свои вещи. Я повесила сумку на плечо, отправила файл, выключила компьютер, и выскочила из офиса, даже не попрощавшись с Эмили.
Я не хотела рисковать и столкнуться с Генри опять. Мой рабочий день официально закончился.
Мне понадобилось больше времени, чем я рассчитывала, для того, чтобы забежать в квартиру и взять подставки, но в итоге я добралась до «Лилу» и смогла унести их все. Я составила из них башню, взяла на руки и подпёрла подбородком.
Хостес поспешила открыть мне дверь, и я протиснулась между ней и дверным проёмом, едва удерживая подставки.
— Могу я вам помочь? — спросила она. Хостес была одета во всё чёрное и выглядела довольно юно.
— Мне просто нужно оставить их здесь, — сказала я ей. — Это для завтрашней вечеринки.
Она уставилась на меня.
— Вас кто–то ожидает?
— Да, — сказала я, оглядев стойку.
Лучше бы Эзра выдал мне более подробные инструкции.
— Кто? — спросила она меня напрямую.
— Эзра, Уайетт, большая часть ваших работников.
Она вскинула брови в удивлении.
— Я найду мистера Батиста, — предложила она.
— Нет, это лишнее...
 Но она уже ушла. Я с запозданием поняла, что мне следовало бы спросить менеджера зала. Теперь мне придётся иметь дело с Эзрой.
Упаси тебя Бог, Маверик...
Я вздрогнула, и это не было связанно с холодной погодой.
Через несколько секунд ко мне подошёл менеджер зала и поинтересовался, что за доставку я привезла. Я объяснила, что хостес пошла за Эзрой. Он встал рядом со мной, чтобы выяснить, правду ли я сказала. Потому что в своих широких штанах и свитере с прорезями на плечах я, по всей видимости, выглядела как опасный преступник.
 
Эзра появился через тридцать секунд, уголки его рта были снова опущены, а взгляд был направлен на меня точно лазерный луч.
— Молли, — поприветствовал он меня в своей обычной манере. — Давай я возьму это. Он бросил взгляд на менеджера зала и поднял подставки, прежде чем я успела возразить.
— Эм, спасибо.
Он кивнул головой в сторону офиса.
— Идём со мной.
Не дождавшись ответа, он развернулся и пошел в том направлении, откуда только что пришёл. Я нервно взглянула на высокомерного менеджера и растерянную хостес.
Ни один не стал утешать меня или предлагать помощь.
Эзра остановился у входа в обеденную зону и обнаружил, что сзади него меня не было.
— Молли, — сказал он резко.
Его короткий приказ заставил мои ноги начать двигаться, и я неохотно последовала за ним в офис, обходя по стене зал ресторана.
Внутри меня что-то подпрыгивало и гудело от нервов, пальцы рук покалывало, и я постаралась поскорее разобраться в своей реакции на этого человека, о котором не знала, что теперь и думать.
Я решила, что это из-за того, как он произнёс моё имя. И из-за того, как он отдавал мне свои поручения.
Мне никогда не нравилось моё имя. Даже в детстве я понимала, что оно звучит по-детски. Теперь, когда я была взрослой, оно совсем не добавляло мне зрелости. Оно было полной противоположностью тому, что считалось сексуальным и утончённым.
Молли.
Это звучало как имя для трёхлетки. Или имя для твоей лучшей подружки. Или для эксцентричной леди с кучей кошек, которая не покидает квартиру.
Не удивительно, что я часто попадала во френд-зону. Ни один из парней не смог бы представить себя женатым на простой и скучной Молли.
Только то, как произнёс моё имя Эзра, не казалось скучным, простым и дружеским. Он произнёс его как команду. Он прокатился по согласным и нежно тронул гласные. Когда Эзра произносил моё имя, я была чем угодно, только не сумасшедшей кошатницей. Я была смелой, красивой и всем, что олицетворяло женственность.
Я отреагировала на Эзру, потому что он произнёс моё имя так, как я всегда хотела его слышать.
— Закрой дверь, — приказал он и поставил подставки для специй на середину своего стола.
— Я не доставила никаких неудобств? — спросила я насмешливо.
Он стоял спиной к стене, но я чётко услышала, как он сказал:
— Ты же не принесла с собой тропических птиц.
— Они в машине. "Шикарно! Обожаю перья!"
Когда он не засмеялся на мою отсылку, я постаралась помочь ему:
— Аладдин. Диснеевский мультик.
Он повернулся и положил руки на бёдра.
— Ни разу его не смотрел.
— Ты серьёзно? Это главный мультик моего детства. Вера и я всё время спорили из-за того, кто будет Жасмин.
Он пожал плечами.
— У меня было не диснеевское детство.
Я тут же пожалела о каждом своём последнем слове. Я хотела выловить их из воздуха и засунуть обратно себе в рот. Но они порхали по его маленькому офису как кусачие мухи. Я знала, что у него было трагичное прошлое. Я знала, что его мама умерла, когда он был ребёнком, и он прожил оставшуюся часть своей детской жизни в приёмной семье. Он узнал своего отца только тогда, когда тот был уже при смерти. Но поскольку я знала это только от Веры, я не могла сейчас говорить об этом.
Поэтому я выдала только слабое и жалкое:
— Эм...
Он оглядел меня, отметив мой приталенный свитер и прорези, открывающие плечи и верхнюю часть рук. Уголки его губ слегка приподнялись в улыбке и застыли.
— Спасибо, что занесла их. Извини, что Мег забыла связаться с тобой напрямую. Она может быть рассеянной.
 
— Не проблема, — сказала я ему. — Думаешь, они будут мило смотреться?
Он приподнял верхнюю подставку за угол.
— Они функциональные.
Я не могла сказать, был ли это комплимент или оскорбление, поэтому я решила продолжить. Ой, я сказала продолжить? Я имела в виду, подразнить медведя.