Земля. Реалити-шоу, в котором за тебя уже все решили

И вдруг он переменился в лице как человек, который раньше времени пришел домой и испортил собственную вечеринку-сюрприз.
– Или твое желание уже исполнилось? Мы закончили игру? Этого не может быть. Это просто невозможно, – повторял он сам себе. – Когда мы начали играть в той хижине, этих колец даже не существовало, и твое желание не могло иметь ничего общего с тем, что мы сегодня увидели в музее…
– Нет, мое желание не исполнилось.
Мой брат не стал ни о чем расспрашивать, хотя и мог, потому что в конце концов все это мы делали из-за меня, из-за моего желания. В тот день в хижине я согласилась сыграть в обмен на то, что отец никому и никогда не расскажет о моем желании. И Алан знал, насколько важны обещания в нашей семье. Они всегда выполнялись.
___
– Как мы отыщем этот дом? – спросил меня мой брат. – Отец Веруки не пользовался ни мобильным, ни интернетом, ни банковской картой. Нет никаких зацепок, как будто его не существовало. Я облазил весь интернет, и нет почти никакой информации о том времени, когда отец Веруки жил здесь, в Исландии. Я полагаю, они уже позаботились, чтобы все стереть.
– На самом деле информация есть, – ответила я, и он тут же посмотрел на меня с удивлением. – Просто стоит поискать в нужных местах.
– Ох уж эти журналисты, – сказал он, улыбаясь. – Ну давай, удиви меня.
– Видишь ли, как только я узнала, что отец Веруки жил здесь, я написала некоторым своим коллегам. Оказывается, у одного из моих лучших контактов в Европе есть хороший друг в Рейкьявике, своего рода частный детектив или что-то подобное.
Так вот, я задала ему вопросы, и он сказал мне то же самое, что и ты сейчас: что в интернете мы ничего не найдем, но есть и другие варианты.
– Какие варианты? – нетерпеливо спросил он меня.
– Газеты. Он сказал мне, что в Исландии до сих пор печатают небольшие газеты, скорее даже брошюры, где рассказывают о новостях той или иной области или региона. Эти издания принято передавать в местные библиотеки.
– И ему удалось что-то найти? – взволнованно спросил он.
– Да, кое-что. Зачастую новости – это слухи, но журналист всегда знает, как отыскать среди них частицу правды. В небольшой газете «Акюрейри» была опубликована статья, посвященная местным ресторанам, и если ей верить, то владельцы одного из стейк-хаусов рассказали, что отец Веруки несколько раз приходил к ним на ужин. Мне передали название этого ресторана. Он находится в Блёндюоусе.
– Отлично, уже что-то, – обрадовался мой брат.
– У нас есть и еще кое-что, – продолжила я. – В местечке под названием Греттислоуг располагается несколько затерянных маленьких термальных бассейнов. По совпадению в репортаже об очаровательных уголках Исландии несколько человек делятся своими впечатлениями от этого места и утверждают, что видели там купающимся отца Веруки.
Мой брат тут же схватил мобильный телефон.
– Слушай, а ведь Греттислоуг и Блёндюоусе находятся не так уж далеко, всего в часе езды друг от друга.
– Вот именно. Но и это еще не все. Существует даже фотография, на которой запечатлен отец Веруки в одном из пабов. Правда, изображение выглядит весьма размытым, поскольку его взяли из черно-белого журнала. На снимке можно увидеть отца Веруки вместе с другими посетителями. Фото было опубликовано в местной брошюре, в которой сообщалось о годовщине этого заведения, устроившего по такому поводу вечеринку или что-то в этом роде.
– Групповое фото?
– Да, очень странно, что кто-то, кто хотел остаться незамеченным, вдруг решил сфотографироваться вот так. Может, он выпил достаточно и даже не понял, что его снимали. Но самое главное, что на фото видно место, где расположен данный паб.
– И где же это? – нетерпеливо спросил брат.
– В Сёйдауркроукюре, в небольшом местечке, расположенном менее чем в получасе езды от бассейнов, про которые я тебе уже говорила.
– И еще нам известно место аварии, – добавил мой брат. – Судя по информации из газет, это было где-то там же…
– Да, думаю, что зона наших поисков сужается. Возможно, в другой стране нам пришлось бы непросто, но в Исландии почти нет городов и людей… Кроме того, я привыкла искать иголки в стоге сена.
 
– Тем не менее, как отыскать нужный нам дом?
– Будем искать, как и раньше, когда не было интернета, мобильной связи и социальных сетей… Вернее, мы не будем ничего искать, а сделаем так, чтобы информация сама нашла нас, – сказала я, улыбаясь.
Мы продолжили болтать о тысяче вещей: о нашем детстве, о доме, который брат однажды построил на дереве, о купании в реке, о спрятанных нами сокровищах, о маме…
После еды мы вернулись к обсуждению подсказок, видео из музея и новых зацепок, чтобы понять, как можно найти дом отца Веруки.
Мы были настолько взволнованы, что решили отправиться туда сразу, как только допьем наш кофе.
___
Блёндюоус находился примерно в двух часах езды от Хусафетля – небольшое поселение, насчитывающее всего девятьсот жителей. Для начала мы нашли ресторан, в котором, как предполагалось, несколько раз бывал отец Веруки, однако заведение уже закрылось, поскольку было поздно. Мы решили продолжить движение в сторону Сёйдауркроукюра, расположенного в сорока минутах от нас или около того. Приехав туда, мы поняли, что население этого городка было чуть больше предыдущего. Мы припарковались у входа в клуб «Гранд-Инн Бар». Клуб в это время был еще закрыт, однако рядом мы нашли открытую пекарню. Мы решили зайти и чего-нибудь выпить после нескольких часов сидения в машине.
Помещение изнутри выглядело очень красивым, мы заказали два латте и две булочки с корицей. Сели у окна, наслаждаясь тем, что вокруг не было ни души.
– Во сколько открывается паб? – спросил меня мой брат.
– Если верить интернету, то в девять.
– Значит, у нас есть пара свободных часов. Может, поедем к термальным бассейнам, посмотрим, что сможем выяснить там? – сказал мне брат.
– Не думаю, что в таком месте мы многое узнаем. Судя по тому, что я успела посмотреть в интернете, там есть лишь небольшое кафе, и все. Думаю, что в пабе мы сможем узнать намного больше.
– Что тогда будем делать? – спросил он.
– Можем, к примеру, немного прогуляться, а потом поужинать в том ресторане напротив, – сказала я, беря его за руку.
Он посмотрел на меня с удивлением.
– Спасибо, – прошептала я ему.
Он по-прежнему смотрел на меня удивленно, но не произнес ни слова. Думаю, что он все понял и так.
Мы прогулялись по округе, а затем отправились в ресторан напротив паба.
В ресторане мы просидели до девяти, пока не открылся паб. Тем не менее мы вошли туда не сразу: лучше было подождать, когда людей станет побольше. План заключался в том, чтобы попытаться поговорить с местным населением. Выждать пару часов, пока алкоголь не развяжет им язык, и тогда уже задавать вопросы.
Паб был довольно маленький, но в нем уже собралось около десятка человек. Все уставились на нас, едва мы вошли в дверь.
Мы заказали два пива и начали болтать друг с другом. Через несколько минут к нам подошла женщина, которая сказала, что узнала меня, потому что видела по телевизору. С этого момента все стало намного проще.
Музыка, смех, алкоголь, болтовня о том и о сем, а потом еще больше музыки, смеха и алкоголя… Мы начали задавать интересующие нас вопросы.
Почти все когда-либо видели отца Веруки, но никто не знал, где он живет, или, по крайней мере, не хотел об этом говорить.
Они уже собирались закрываться, когда я положила на барную стойку пять стодолларовых купюр. А потом на глазах у всех я взяла эти купюры и разорвала пополам.
Многие из присутствующих так и застыли там с открытыми ртами.
Я сделала вид, что обращаюсь к официанту, хотя в действительности говорила достаточно громко, чтобы слышали все.
– Если вдруг знаешь кого-нибудь, кто может сказать, где жил отец Веруки, отдай ему эти клочки банкнот и скажи, что, как только он назовет нам точный адрес дома, мы отдадим ему вторую половину денег. Я оставлю тебе свой мобильный, – и я написала свой номер на одном из обрывков.