Игра Пустых (СИ)

«Это жертвенный, освящённый мной металл», — шепнул мне Владыка.
— И что это значит? — заинтересовалась я. Неужели, это как-то нам поможет?
«Это значит, что я могу получить из него вложенную божественную силу. Её должно быть достаточно много, чтобы хватило на пару больших чудес, или с десяток маленьких».
— Звучит отлично. Как это сделать?
«Тебе нужно будет положить руку на золото и пожелать вытянуть из него благодать».
Мика напрягся:
— Пожалуйста, подумай хорошенько, прежде чем что-то делать по указанию Тьмы.
— Хорошо, но ты, пожалуйста, объясни мне наконец, почему мы не можем из катакомб выйти в город.
Я незаметно от паладина поставила руку на золото и принялась желать вытянуть божественную силу. Впрочем, никаких визуальных изменений или ощущения безграничной власти не появилось.
«Вот так, всё правильно», — обрадовался голос в моей голове. Надеюсь, что ничего плохого не получится.
— Всё известные мне выходы находятся под охраной инквизиторов Игнира с приказом уничтожать каждого, кто желает войти.
— А выйти?
Паладин задумался:
— Выходящий должен знать пароль. В остальном ограничений, кажется, нет. Но если нас поймают, то расспросят уже в пыточной, а закончим мы на костре.
Меня осенило:
— Мика, а ты откуда всё это знаешь? Ты же не был инквизитором, когда попал сюда?
Мой союзник посмурнел лицом, но на вопрос ответил:
— Я был кандидатом в инквизиторы. Если бы справился с заданием, глава ордена рекомендовал бы верховному инквизитору посвятить меня в сан.
— А каким было задание?
— Уничтожить алтарь Бессердечного.
Владыка в моей голове засмеялся:
«Забавно. Задание твоего паладина было исходно невыполнимо».
— Почему невыполнимо?
Мика, поняв, что обращаются сейчас не к нему, замер с таким лицом, словно ожидал божественного откровения. Бессердечное же божество у меня в голове веселится так, как будто получает искреннее удовольствие от реакции паладина:
«Смертная! Неужели, ты думаешь, что алтарь верховного… Ладно, пусть даже только бывшего когда-то верховным бога так просто уничтожить? У твоего паладинчика есть в сумке артефакт минимум Мифического уровня, заряженный на уничтожение?»
А вот это уже серьёзно. Я спросила осторожно:
— Когда давали это задание, тебе или кому-то в группе давали какой-то артефакт, с помощью которого ты мог бы уничтожить этот алтарь? Может быть, хотя бы свиток?
Сидящий напротив меня паладин медленно покачал головой. На его лице возникла полубезумная злая улыбка. Я испугалась, не сошёл ли он с ума и осторожно сказала:
— Может быть, на самом деле всё совсем не так? Вдруг, его дали кому-то из группы, или артефакт уже лежал возле алтаря? Куда-то ведь алтарь отсюда делся?
Мика ответил очень тихо:
— Брось. Это только подтверждение того, что я и сам прекрасно понял. Знаешь, ходили иногда слухи о том, что паладины, которых не устраивает положение дел в ордене, просто пропадают. Я не верил в это, а теперь понимаю, почему глава так настаивал никому не говорить о нашем задании. Старый слизняк знал, куда и зачем нас отправляет. Пока мы здесь умирали, орденские сволочи ждали, чтобы сделать из наших тел идеальных защитников подземелья.
Я удивилась:
— Разве не последователь Бессердечного сделал голема?
Владыка усмехнулся:
«Смертная, ты же видела символ-основу конструкта. Ко мне эта завитушка не имеет никакого отношения».
Мика подтвердил:
— Символ указывает на то, что для сборки голема использовали силу Игнира.
Паладин пальцем нарисовал в золе два символа, в одном из которых угадывался огонёк, окружённый полусферой, знак Игнира. Второй символ оказался больше похож на спираль с щупальцами. Символ Владыки?
«Криво и косо, но в целом верно», — подтвердил Бессердечный.
Мика, гипнотизирующий нарисованный огонёк, собрал пепел в кулак движением руки, уничтожая рисунок, и ссыпал его на пол:
— Кажется, мне очень нужно поговорить с наставником. Желательно наедине. Хина, как долго ты еще планируешь валяться?
— У меня травма, ещё около получаса ноги не работают.
 
— Значит, придётся тебя нести. Надевай.
Паладин бросил мне нечто коричневое и бесформенное. Развернув, я обнаружила шерстяной тёплый плащ с капюшоном.
«Слайм восстановился. Всё пошло немного не так, как я рассчитывал», — голос в голове прозвучал несколько озадаченно.
К моим ногам подполз слайм насыщенного синего цвета, размером с небольшую кошку и без единого черепа в нём.
— Это что? — спросили хором мы с Микой.
«Это Солюшн. Я, как и говорил, решил поэкспериментировать и применить твою идею», — обвиняющим тоном сообщил мне Владыка.
— Какую идею? — удивилась я.
«Я использовал в качестве основы для хищной тины не черепа, как обычно, а кости меньшего размера, а точнее — мизинцы ног. В перспективе он должен быть гораздо более живучим, более мобильным, и при этом не вонять. Проблема в том, что такая основа может поддерживать гораздо меньше активной массы».
— То есть, ты восстановил крутого сапфирового слайма на основе пальцев ног и он из крутого супер-танка стал домашним питомцем?
Мика заржал.
«Я всё ещё считаю эту идею удачной. Мне просто нужно больше материала», — обиженно отозвался Владыка.
— О-румо-рано… Время покажет, — я грустно вздохнула, глядя на слайма, раздражённое бульканье которого теперь больше всего напоминает мне шипение стакана с газировкой.
___
Изменение параметров системы. Шанс успеха увеличен до 0,0009 %. Сохранение контрольной точки…
Сохранение завершено.
___
Дриада, радостно напевая, доставала из сумки и распихивала на все свободные горизонтальные поверхности комнаты какие-то цветочки, игрушечки и салфеточки.
— Ты это всё серьёзно? — тихо поинтересовался Кас у подруги, стоило ему убедиться, что они действительно остались наедине.
Аанъя замерла с аккуратно сплетеной из травинок салфеткой в руках, настороженно глядя на полуорка:
— Почему нет? Ты думаешь, Каэль не возьмёт нас в клан?
Касатка смутился:
— Нет, взять он нас, скорее всего, возьмёт, раз обещал. Мы с тобой, в конце концов, обладаем ценными классами, — он скривился, вспомнив реакцию Каэля на свои козыри, — Хотя и тут немало странного, но я сейчас про другое. Он действительно собирается убить божество?
Аанъя взмахнула рукой, словно отгоняя надоедливую мушку, и продолжила суетиться, обживаясь в своей новой комнате. Крысюк, со всеми удобствами расположившийся на столе, неторопливо вкушал целую головку сыра, которой его наградил умиленный его размерами каджит, клановый повар. Кас, привычным движением потерев переносицу, решил в этот раз настоять на своём:
— Ань, я серьёзно! Ты же помнишь, что случилось полгода назад с игроками, попытавшимися "зафармить" бога? Кого они там выбрали, какое-то мелкое гоблинское божество? А результат? Им всем пришлось удалять проклятых перманентно персонажей! Само божество на последних процентах жизни просто сбежало от игроков и было сожрано более крупным, оркским или троллиным, не суть важно. Ты же понимаешь, что, если нас проклянут какой-то дрянью, то мы даже не сможем выйти из Игры?
Дриада, мастерившая на столе рядом с кроватью гнездо из спальника для крысы-фамильяра, отвлеклась, упёрлась руками в бока и грозно посмотрела на друга:
— Кас, ну ты чего такой бука? Я уверена, что Каэль это всё тоже знает и наверняка что-то уже придумал.
Полуорк подозрительно прищурился:
— Аня, ты чего? С каких пор ты стала доверять кому попало в вопросах выживания?
У его удивлению, подруга внезапно обиделась:
— Что значит, "кому попало"? Это же Каэль! Тот самый, с первых строчек всех рейтингов и даже новостей! Напомнить тебе, у кого в комнате висит плакат с Серым рыцарем Каэлем? И с подписью, — Аанъя закатила глаза к потолку, встала в горделивую позу и издевательским тоном продекламировала: — "Пока ты спишь, враги качаются!". Почему ты, кстати, его сразу-то не узнал?