Игра Пустых (СИ)

Элфир однажды видел в действии голема, собранного из освященного железа и усиленного силой его создателя. Это было очень поучительное зрелище того, как группа крутых, но неподготовленных наёмников быстро превратилась в мясной фарш. Особые же големы покровителя должны были быть достаточно сильны, чтобы уничтожить большинство существ этого мира, кроме разве что игроков из Топ-10 Игры. Элфир задумался о том, кто именно может быть этим воплощением и стоит ли ему связываться с подобным противником, за спиной которого наверняка будут сильный клан и значительные ресурсы. Мысль о том, что туда мог забраться левый сталкер он отмёл как несущественную: найти информацию о катакомбах, пробраться туда, обойдя запреты его покровителя, и уничтожить голема в одиночку? Бред какой-то.
— В качестве награды я, наконец, признаю тебя достаточно верным и полезным Ордену, чтобы получить звание Инквизитора. — устало объявил награду покровитель и главный инквизитор Ордена Игнира своему любимому, по его словам, ученику.
"Что же, у меня ресурсов тоже немало, можно будет и побороться", — решил Элфир, принимая задание и рассылая сообщения своим наёмникам.
___
Побледневшие Касатка и Аанъя сидели перед Каэлем, не отводя зачарованных взглядов от лужи крови на столе. Каэль хлопнул ладонью прямо по центру лужи, окропив алыми брызгами вздрогнувших от неожиданности подростков:
— Повторяю вопрос. В чём и почему вы мне сейчас солгали?
Побледневший полуорк вытер с носа капли крови и, выпятив для храбрости клыкастую нижнюю челюсть, заявил:
— Мы не лгали! Это была почти правда!
— Почти? — ощерился Каэль, — На "почти" Асфет так не реагирует. Кинжал он купает в крови только если сказанное прямо противоположно правде, так что не пытайся преуменьшить.
Аанъя, вздрагивая, принялась вытирать с себя руками кровь и растерянно всхлипнула:
— Нет, это не я. Дяденька, простите, я не хотела! — она тихо заплакала в окровавленные ладошки. Из её сумки выбрался толстый крыс, который принялся успокаивающе что-то пищать и ластиться к ногам, словно кошка. Полуорк вскочил и метнулся к подруге, не обращая внимания, и принялся гладить её по голове, бормоча что-то успокаивающее. Эвриано, поймав взгляд Каэля, закатила глаза, подошла к девочке, опустилась перед ней на колени и начала вполголоса размеренно и спокойно что-то ей рассказывать. От звука голоса змеедевы девочка сначала перестала всхлипывать, а потом и вовсе отвернулась от друга, подхватила и прижала к себе питомца, словно игрушку, и обняла юань-ти, рассказывая ей что-то на ушко. Касатка со страдальческой миной сел обратно на стул и, скрестив руки, зло уставился на Каэля:
— Прекратите издеваться над Аней. Это я виноват, а не она. Обещайте, что не сделаете ей ничего плохого.
Серый рыцарь, снова положив окровавленную руку перед красноволосым близнецом, скептически осведомился:
— И что ты сделаешь? Напоминаю, что вы солгали и я, по условиям клятвы, могу сделать всё, что посчитаю нужным. Например, обратить вас обоих в камень и поставить на кладбище, или подвесить в паучьем коконе на пару недель.
Касатка позеленел от подобной перспективы, но продолжил настаивать:
— Она не виновата, пообещайте, что накажете только меня. Тогда я всё скажу!
Каэль приятно удивился подобному отношению. Обычно на его допросах все перекидывали вину друг на друга, а тут такая самоотверженность.
— Я вообще не уверен, что хочу кого-то наказывать, — честно признался он, — Но мне нужно знать ваши мотивы. Если я сейчас вам поверю, то позже под ударом окажусь не только я, но и мои близкие. И уж на это я вовсе не готов.
Полуорк, немного помолчав, нахохлился как большая птица и неохотно ответил:
— Я не хочу знакомиться со всеми. Я змей боюсь, — и покосился на юань-ти.
И всего-то? Каэль посмотрел на Асфета. Тот не сводил глаз с полуорка, поигрывая кинжалом.
— Есть что-то ещё, — продолжил давить Каэль.
— А ещё у меня очень необычный класс, — выдохнул Касатка с таким лицом, будто бросается в ледяной омут, — И мне запретили о нём рассказывать.
 
Дроу справа пожал руку Каэля. С орком всё понятно.
— Никто не принуждает вас знакомиться и общаться со всеми, — вздохнул рыцарь, — Но рассказать про свой класс, как минимум лично мне, всё равно придётся. Иначе как вы предлагаете мне разрабатывать для вас эффективную тактику работы в группе?
На Каэля уставились с неподдельным удивлением на лице оба подростка и даже крыса в руках друидки:
— В какой группе? — округлил глаза Касатка, — Мы же вас обманули, предали доверие.
Каэль обвел руками зал:
— Все, кого вы здесь видите, при первой встрече пытались меня убить. Кто-то успешно, а кто-то нет. И тем не менее, сейчас их всех могу назвать своими друзьями, и даже больше. Я готов дать шанс присоединиться к нам, а уж как вы им воспользуетесь будет зависеть только от вас самих, — получилось слишком высокопарно, но достаточно честно, по его мнению.
— А я очень боюсь пауков, — тихо вставила успокоившаяся Аанъя, тиская крысу словно плюшевую, и бросила взгляд на потолок, — Очень-очень. Можно я тоже не буду со всеми знакомиться? А ещё я не друид и не полуэльф, только вы никому не говорите, пожалуйста.
Тут уже на Аанъю с удивлением уставились все. Каэль выразил общее недоверие вопросом:
— Кто же ты тогда?
Она скромно потупила глаза:
— Я дриада.
Легендарная раса! На лестнице зашлась кашлем клановая жрица NPC, тоже дриада, которая не смогла распознать сестру по расе. Справа неуверенно пожали руку.
— Как же ты тогда? — Каэль махнул рукой на лицо девушки, — Выглядишь как полуэльф.
Она робко улыбнулась:
— Это всё мой класс. Папа сказал, что никому нельзя рассказывать, но я не хочу снова быть одна, — полуорк обиженно засопел, промолчав, — Я чародейка и спе-ци-а-ли-зируюсь в школе иллюзий.
Она взмахнула рукой, словно снимая паутину с лица, и преобразилась. Кожа потемнела и приняла оливковый зеленоватый оттенок, глаза и волосы позеленели, а на руках проявился рисунок коры и листьев. Где-то на потолке растерянно защёлкал жвалами клановый мастер иллюзий, арахнид Унгортошемант, который не смог распознать сестру по классу. Полуорк Касатка, который, видимо, тоже не был в курсе секретов подруги, сидел с растерянным и удивлённым видом. Поймав его взгляд, дриада только развела руками, мол, так получилось.
— Ладно, к чёрту, — выругался полуорк, — Я фактотум.
И замер, ожидая бурной реакции. Присутствующие недоуменно переглянулись.
— Фактотум это, вроде бы, подкласс плута? — с сомнением уточнил Каэль.
Явно расстроенный такой вялой реакцией публики Касатка обьяснил:
— Я имитатор. Могу копировать и полноценно применять способности других классов и рас.
Каэль подобрался, словно кот перед броском:
— Любые способности? И уникальные?
Полуорк потупился:
— Это я пока не пробовал. Классовый уровень у меня пока не очень высокий, но потенциал…
Серый рыцарь разочарованно скривился:
— Потенциал сам по себе ничего не стоит. Его ещё надо суметь реализовать. Наверняка множество ограничений и условий использования, что тоже усложняет развитие персонажа. Я бы, наверное, не взялся, — задумчиво закончил Каэль.
Полуорк погрустнел. Он явно рассчитывал на больший интерес к своим возможностям. Рыцарь решил подсластить пилюлю:
— Впрочем, если постараться и подобрать умения разных классов так, чтобы они усиливались при совместном применении… Будет сложно, но толк может выйти, — задумчиво произнёс Каэль вслух, — Хорошо, я беру вас обоих на испытательный срок.
 
Посмотрев на часы, Каэль заключил:
— Что же, на этом всё. Новичкам добро пожаловать. Можете пока передохнуть час, затем маскируемся и выдвигаемся на площадь, и это всех касается. Горто! От тебя жду анализа ошибок в течение получаса.
С потолка донёсся жалобный свист и горловое пощёлкивание. Каэль напоследок искренне и заразительно улыбнулся подросткам, отчего лицо полуорка расплылось в ответной улыбке, а Аанъя смутилась и приобрела неожиданно бурый цвет лица. Уходя, рыцарь бросил напоследок: