СССР: вернуться в детство 2 (СИ)
Вот, к примеру, те сводки про молоко, которые я читала каждый месяц. Я, честно, не представляю, насколько выгодно было гонять в отдалённые районы молоковозки, чтобы принять от желающих продукцию. Но районы ведь взяли соцобязательство! И теперь это было делом принципа, вне зависимости от затрат…
26. НУЖЕН РЕШИТЕЛЬНЫЙ ШАГ
МАХРОВЫЕ ДАЧНИКИ
Ещё один вопрос, связанный с новой квартирой, который срочно пришлось решать — перенос телефонной очереди по новому адресу. В главной телефонной конторе чуть в обморок не попадали, когда выяснилось, что вместо одного телефона нам теперь нужно три! Но Женя, которого мы в этот раз отправили перед собой в качестве главного щита (а, может даже, и тарана) показал телефонным бюрократам газеты с бабушкой и толсто намекнул, что если они будут и дальше упираться и задвигать нас в очереди, про них тоже напишут статью в газете. Только ругательскую.
Начальство (до которого Женя дошёл) сделало лицо независимое и принялось рыться в документах — и (надо же!) внезапно «выяснило», что вот эти-то как раз новые дома подлежат телефонизации в первую очередь. И вообще не надо было так кричать, в вашем доме телефоны будут устанавливать уже ближайшей осенью. Вот буквально в сентябре.
Прямо волшебная газета, я хочу сказать.
А в остальном все летние события крутились вокруг дач.
С первого июля Женя пошёл в отпуск, и мы первым делом направились на строительный рынок. Паровоз желающих растянулся уже настолько, что заказывать стройматериалы нужно было как раз дней за десять, а то и за двенадцать. Мы по сравнению с большинством граждан были в выгодном положении, потому как могли приехать часам к пяти и поочерёдно подремать в машине, меняя друг друга в очереди у ворот. Рынок открывался уже не в десять, и даже не в девять — в восемь часов, и всё равно к открытию выстраивался огромный хвост. И даже приехав к шести утра мы оказались шестые в очереди, хотя, грех жаловаться — у самых ворот.
Иногда заказов накапливалось так много, что грузовики с городских автоколонн мобилизовали по выходным на сверхурочку. Дядь Рашиду пришлось несколько раз выходить. Оплачивали в двойном размере! Подозреваю, что на кирзаводе и лесозаготовках-лесопилках такая же запара была.
Мы приехали вчетвером: Женя, Наиль, бабушка и я, потому как стройматериалов надо было много — и на дом, и на всякие юннатские постройки (к десятому июля я ждала большую плотницкую бригаду, которую обещали привести мне заборостроители). А на одного человека, даже с предъявлением документов на землю, могли столько и не выписать.
На крыше у нас громоздилось малышовое барахло, притянутое бельевыми верёвками: во-первых, Федькина коляска, в которой он должен был в ближайшее время всеми днями спать, а во-вторых, дивное приспособление для сдерживания душевных порывов подросших двойняшек — манеж детский (две штуки). Да, сперва Наиль купил один и даже попробовал его дома — и правильно сделал, потому что, оказывается, пацаны ловко работают в паре, и как минимум одному удаётся сбежать. Выглядела конструкция как прямоугольный сачок на человеческих детёнышей и при этом ловко складывалась для транспортировки.
Всё это (включая пассажиров) мы планировали выгрузить, после чего Женя собирался метнуться за мамашами и малышнёй.
У нас уже имелся подходящий сарайчик, в который можно было на ночь прятать детское барахло, плюс навес от дождя и «кухня» из буржуйки, и мы планировали провести этот месяц с полудиким комфортом, пусть даже и уезжая каждый вечер ночевать домой.
И, кстати! Со мной ехала моя новенькая печатная машинка. Буду, как настоящий богемный* писатель, творить на природе.
*Произносить с аристократичным
выразительным «о»
Первую часть «деревянного» заказа привезли гораздо раньше, чем мы даже надеялись — уже шестого июля, и наш участок мгновенно превратился в склад пиломатериалов. Поскольку дом наш был в том числе и бабушкин, нам понемногу помогали все, и сруб, несмотря на свои приличные размеры, поднимался довольно быстро.
Бабушка приезжала помочь с малышами (и, конечно, поглядеть на строительство) и говорила:
— Крышу бы, да хоть в одной комнате полы сделать — и уже как порядошные* люди, в дом могли бы зайти.
*Именно «как порядошные», а не «как порядочные».
На самом деле, можно было и не вздыхать. По моим прикидкам, с такой скоростью к концу июля как минимум балки и стропила крыши стоять будут. На счёт шифера имелись определённые сложности — тут мы тоже стояли в очереди, и очередь эта была куда длиннее, чем за брусом.
Но к сентябрю дом вчерне должен был быть готов (коробка сруба, крыша, черновой пол). Дальше — вряд ли. Ветку подачи воды в эту сторону мы предполагали на ближайшую зиму законсервировать, но те, которые шли к сараям, в конце лета должны были запуститься уже в готовом виде.
На самом деле, вода — это наименьшее из того, что меня волновало. Вся матчасть в виде строений, сантехники, электрики и канализации, далась дорого, но сравнительно беспроблемно. Что же касалось остального…
МЫСЛИ О НАСУЩНОМ
Много тяжких дум у меня оказалось связано с «юннатским» участком. Вот я размахнулась на постройку всех этих свинарников-козлятников — а дальше-то что? Допустим, я знаю, где можно купить поросят, и даже породистых, на расплод. А где купить зерно для них? Нет, на худой конец, можно будет засадить всю оставшуюся землю картошкой, но ведь в отличие от зерновой дроблёнки, картошку надо варить. А, если вы не в курсе, свино́ты, которые кушают варёное, какают (простите) настолько вонюче, что хоть беги. И кто это чистить будет? Тут и без того стоит вопрос: кто чистить будет? Можно было бы пригласить желающих за денежку — так нельзя! Наёмный рабочий труд — прерогатива государства! Все прочие наниматели считались эксплуататорами. Я до сих пор не совсем понимаю, почему, если я приглашаю бригаду сделать мне, например, ремонт — я не эксплуататор, а если на постоянной основе навоз чистить — всё, эксплуататор. Для обоснования этих хитроумных измышлений нужно быть спецом в марксисткой экономике, а это совсем не про меня.
А сама я при всём желании у хрюнделей чистить не смогу. Там мужик должен заходить или хотя бы парень, иначе — опасно. Я серьёзно говорю, свиньи домашние от своих диких собратьев отличаются ускоренным набором массы и меньшей заросшестью, так скажем, — щетина у них сильно реже растёт. А вот что там в башке делается… Точно знаю, что ребёнка взрослые свиньи могут сожрать запросто. И даже, если верить страшным фильмам про бандитов, — связанного взрослого. Такие фокусы мне были совершенно не нужны.
Дальше. В плане еды попроще было с козами. Где-то можно сена подкосить или прикупить, летом — выпас в соседнем лесочке, прямо напротив участка, опять же — веники козам идут на ура, можно хоть на всю зиму наготовить.
Только где самих коз-то взять???
Деревенские лупоглазки, выдавливающие из себя полтора-два литра в сутки, меня не устраивали категорически. Я привыкла к хорошим козам, породным, с продлённым сроком лактации, с молоком, вкусным, как пломбир. И-и-и? А нету таких коз! Возможно, в европейской части СССР где-то. Как их искать? Хоть в газету запрос пиши…
С кролями то же самое — только «колхозных подзаборных» брать.
На счёт куриц был шанс что-то поискать на окрестных птицефабриках или в колхозах, благо их пока ещё вокруг было много (и, надеюсь, так и останется).
Хорошо, хоть с грядками особенных проблем не возникало. Правда, мои разнорабочие страшно удивлялись всяческим закидонам типа уложить на дно высоких гряд (или траншей под малину) рубленные ветки или накосить травы и оформить её на горячее компостирование. Но на все их вопросительные взгляды я всё время говорила: это нужно для эксперимента — и всё записывала в толстый гроссбух с указанием точных дат.
Этих работников мы не видели где-то с середины июня, когда завершились последние мои «странные» заказы, и заборостроители временно отбыли на другие заработки с условием появиться десятого июля (когда фундаменты дозреют) с бригадой. Я даже договор подряда с ними заключила от имени «Шаман-камня», и мужики не подвели, явились в срок и строили на совесть.