СССР: вернуться в детство 2 (СИ)
**Как сказали бы позже: «инфа — сотка!»
Это, конечно, было здорово, что меньше трёх не бывает, но мы немножко начали волноваться, поскольку хотелось бы, чтобы выбросили хотя бы не меньше пяти…
Около десяти за дверями магазина послышалась возня и намёки на движение, и очередь заволновалась. Я побоялась, что меня задавят и отошла чуть в сторону. Внутри тяжело железно брякнуло, и народ хлынул… Ой, нет, не хлынул. Тяжёлый бас сказал:
— Спокойно, товарищи! Проходим в порядке очереди! Так, у вас какой номер?..
Смотрю, и Женя тоже напор толпы сдерживает. Свалки не получилось. Вон, наши зашли, потом ещё человек десять, мне через стеклянную витрину было видно, как все они торопливым шагом прошли к нужному отделу и построились в очередь уже там, после чего крупный дядя шагнул в сторону, запуская остальных.
Я вошла в поредевшей толпе и подошла к прилавку, когда Даша, предъявив номер на руке, как раз выписывала стенку уже для нас.
— Товарищи, девять комплектов сегодня! — через её голову выкрикнула продавщица. — Прошу за стенками больше девяти не стоять!
Наши понеслись в кассу, а оттуда — уже с чеками назад.
— Доставку оформлять будете? — уточнила продавщица и сделала себе пометку. — Вон к тому столу подходи́те.
Мы дружной толпой повалили к столу с табличкой: «Отдел доставки».
— Извините, девушка, а мы можем ещё что-то купить, а потом на всё вместе доставку оформить? — уточнил Женя.
— Да, можете, — строго ответила девушка. — Если не будете долго гулять, успеем оформить на сегодня.
Мы решили гулять бодро и пошли вдоль ряда выставленной мебели.
Выбора в мебельном не то что бы не было, но был он совершенно… спартанский, что ли. Например, вы могли выбрать между письменным столом и обеденным. А так — обеденных столов присутствовала ровно одна модель. К моей радости, в этот раз это был не такой стол, как наш старый, у которого нужно две половинки в стороны тянуть, и третья снизу подставлялась. И не «книжка», складывающаяся как узкая тумба с распахивающимися в две стороны ногами. Очень уж эти ноги шатучие получались. Сегодня рядовому советскому потребителю предлагались столы на четырёх нормальных ногах, я столешница складывалась ровно вдвое, как крылья у бабочки. Чтобы получить большую поверхность, нужно было столешницу повернуть в горизонтальной плоскости и раскрыть. Опираться на развёрнутый стол не рекомендовалось, поскольку никаких крепежей снизу не предполагалось, и конструкция шевелилась. Но это был недостаток, к которому быстро притерпевались. Зато сложенный он выглядел довольно аккуратно.
— Мне вот этот стол, — попросила я. И вон тот, письменный.
Всё-таки решила я вторым номером письменный взять, понравилась мне модель, с удобными выдвижными ящичками. Обеденный стол был светло-коричневым, письменный — тёмным, со слегка бордовым отливом. Да и пофигу мороз, никого эти сочетания цветов не волновали вообще.
— О! — я увидела кровати и рысью понеслась вперёд. — Мама! Смотри!
На небольшом возвышении стояла здоровенная лакированная ДСПшная кровать. От одной мысли о её весе у меня сводило скулы — но какой у нас есть выбор?
— Двуспальные кровати продаются только в комплекте, — задрала нос продавщица спального отдела.
— Великолепно! — похвалила её я. — Озвучьте нам, будьте добры, состав комплекта.
Девица посмотрела на меня, подняв тонко выщипанные брови, но следом подоспевшая мама сказала:
— Да!
Я подумала: не та ли это одноклассница Лёхиной дальней родственницы, через которую Наиль первую стенку купил? Недовольна она покупателями, ишь ты! Так и подмывало спросить: не жуёт ли она лимон для поддержания выражения лица?
Продавщица, словно отвечая на мои мысли, сложила губы бантиком и начала говорить через маленькую дырочку посередине. Замечательный визуальный эффект, надо сказать.
— Кровать двуспальная, плательный шкаф трёхтумбовый с антресолью, прикроватная тумбочка, две штуки, пуф мягкий, две штуки, и трельяж.
— О! Трельяж — мне! — застолбила я; давно хочу, а мама почему-то трельяжи не любит, вот я и избавлю её в свою пользу. — Выписывайте, а я пока стулья сбегаю посмотрю, — это я, понятное дело, сказала своим.
— Погоди, Оля! — притормозила меня мама. — Зачем нам такой дорогой набор? И шкаф этот огромный? В стенке уже плательный шкаф есть. А шифоньер наш?
— Мам, скоро Федька вырастет — не успеете оглянуться, как барахла станет целый вагон! Будет лишний шкаф — ну, увезёте на дачу. Оформляй давай, а то вон, ещё люди идут! Я плачу́, не паникуй.
Нет, я знала, что через двадцать лет с кроватями станет проще и интереснее — так что, двадцать лет без кровати спать???
Стулья… Стулья были — уже хорошо! И вдвойне хорошо, что среди стульев попадались с одинаковой обивкой. В прошлый раз нам пришлось подбирать хотя бы относительно подходящие по цвету, и на шесть стульев пришлось пять вариантов ткани.
Я начала рыскать среди четырёх рядов, в которых были выставлены стулья совершенно впересортицу — видать, как со склада выносили. Нашла аж десять штук одинаковых.
— Куда столько? — попыталась затормозить меня мама.
— Бери, пока одинаковые есть! По всем комнатам расползутся, вот увидишь, надо будет стул — не сразу найдёшь.
— Берёте? — требовательно спросила очередная продавщица.
— Берём-берём! — подтвердил Женя. — Выписывайте.
Потом мы поторопились оформлять доставку — нас порадовали, что привезут сегодня, после часа. Вот прямо первая же машина освободится — и начнут грузить. Мы вывалили из мебельного дружною толпой и скорее помчались домой — а вдруг мебельщики прямо быстро приедут? А у нас полкоридора заставлено!
Мы забежали домой, и мамочки первым делом бросились руки мыть и детей расхватывать.
— Наиль, тебе помощь нужна?
— Не, мне зачем — мы всё в одну спальню составили, коридор пустой.
Да, в этом плане Наиль поступил максимально энергосберегающе: диван, комод, детскую кроватку и прочую мелочь внесли в ближайшую спальню, получилось всё то же самое, что в прошлой комнате, только в три раза просторнее. В остальных комнатах пока гуляло эхо.
— Тогда пошли к нам!
Мы, конечно, вчера свои вещички по шкафам растаскали, но остался ещё сервант (с которым всё никак не могли определиться — куда его?), огромный узел детских игрушек (часть из которых бабушка уже растеребила для игры с близняшками), плюс старый шифоньер и кровать, которые срочно нужно было вытащить из взрослой спальни, иначе туда ничего не влезет.
Наиль с Женей оглянулись, прикидывая, за что вперёд схватиться.
— Сервант к нам с бабушкой в кухню тащите, — предложила я.
— Почему в кухню? — не поняли оба.
— В той кухне поставим пока машинку стиральную. А смысл нам два хозяйства разводить? И шкаф туда поставим, временно.
Не знаю, что они поняли из моих сумбурных объяснений, но низ от серванта попёрли.
А я хотела сказать, что в одной из кухонь есть смысл сделать как бы прачку, но в последний момент подумала, что это звучит как-то по-буржуйски. Ну, как минимум, по-мещански. И стройные мои мысли смешались… короче, получилось как получилось, да и пофиг.
Разгребаемся!
24. ВОПРОСЫ БЛАГОУСТРОЙСТВА
СРОЧНЫЙ РАЗГРЕБОН
Вот интересно мне, кстати. Во всех стенках, которые я видела, отдельно сделан верх (антресоли), и чаще всего они точно такой же глубины, как и нижняя часть. А в старых сервантах отдельным был обычно низ. Причём, низ выполнялся на довольно высоких ножках, сантиметров по двадцать, и был гораздо глубже. Выглядело это со стороны, как три срощенных кубика на палочках, тогда как верхняя часть была повыше и поплоще, менее глубокая и обязательно с зеркальными «витринами» со стеклянными двухчастными задвижками. Не знаю, насколько понятно, но вид получался примерно такой.