Нельзя влюбляться (СИ)

— Ты же понимаешь, что он её использует, чтобы занять место главы?
— Понимаю, — усталый голос отца не вселял надежды.
— Но она же любит его, а он её — нет! Будет справедливо, если она будет знать о сделке между тобой и её отцом.
— Это не даёт тебе права вмешиваться! Даже не смей! Это решение принимать не нам. Если отец решил не говорить ей, значит, так и должно быть.
— Это испортит ей жизнь!
— Микаэль, я тебе предлагал, но ты отказался даже думать об этом. Я не могу сейчас всё менять и жонглировать сыновьями в договоре. Любому отцу это не понравилось бы. А если ты продолжишь с ней гулять после помолвки, сделаешь только хуже. Если тебя так волнует её судьба, то лучше отступи, иначе Оскар отыграется в первую очередь именно на ней.
— А её отцу понравится, если Оскар будет жесток с его дочерью? — я закипал от мысли, что этот придурок может сделать.
— Я его предупредил, что Оскар парень вспыльчивый, но он заверил, что Ева девочка умная, найдёт способ его не злить. Так что и ты не провоцируй своего брата.
— Абсурд! Надеюсь, он покажет ей своё истинное лицо раньше, чем состоится эта помолвка!
— Микаэль, твоё дело прийти, а не предсказывать будущее.
— Я не смогу, у меня командировка, — выпалил я первое, что пришло на ум.
— Настолько срочная?
— Да, всё сложно. Отменять и переносить нельзя.
Я лгал. Никакой командировки не было и в помине. Предупредил Серёгу, чтоб он не проболтался отцу, что я лгу. Я уехал и работал удалённо, каждый день ожидая новости, что помолвки не будет. Когда отец снова позвонил мне, я обрадовался, но ненадолго:
— Как это не сможешь? Месяц тебя нет, что за проблемы у вас там такие?
— Пап, давай не будем.
— Когда вернёшься?
— Через две недели.
— Хорошо, значит, перенесем помолвку на середину декабря!
"Значит, Ева всё же сильно влюблена в него, раз до сих пор не отшила".
Вернувшись в Москву, утром встретил её возле подъезда, остановился поздороваться. Оказывается, Оскар её привёз и вылез из машины, увидев меня.
— Ева, какие-то проблемы? — желчь так и выплёскивалась из него. Было удивительно, как он не сорвался до сих пор.
— Прости, мне пора, — сказала она и ушла.
Я вспомнил слова отца: "Ева девочка умная, найдёт способ его не злить", — стало грустно за неё.
Оскар вылез из машины и пошёл в мою сторону:
— Отвали от неё, придурок! Даже не дыши в её сторону! Если попытаешься помешать помолвке, я превращу её жизнь в ад, чтобы ты всю жизнь винил в этом себя!
Жутко зачесался кулак, хотелось врезать ему прямо здесь! Но я знал, от чего ему станет больнее.
— Она сама от тебя уйдёт. Мне даже не придётся ничего делать. Её рано или поздно оттолкнёт твоя жестокость, — хотя в глубине души, я уже сомневался в этом, видя, как робко и покорно Ева ведёт себя в его присутствии.
Ушёл, даже не слушая, что он там кричал мне в ответ.
***
А потом я увидел её, стоящую в окне: "Семнадцатый этаж, Ева! Какого чёрта ты туда залезла? Неужели окна помыть решила среди ночи! Крикнуть? А если испугается?"
Я бежал, задыхаясь от страха не успеть. Лифт ехал так медленно, как никогда. Хотелось выйти из него и бежать по лестнице, но я понимал, что это меня только замедлит.
— Мика? — удивилась она, увидев меня.
"Успел", — попытался успокоиться. — Я видел тебя в окне.
— Дома душно было, открыла проветрить.
"Серьёзно? Ева! Реально думаешь, что я в это поверю?"
Попросил у неё телефон. Вбил свой номер и позвонил, чтобы сохранить её номер у себя.
— Держи, — вернул ей мобильный, — когда в следующий раз захочешь подышать свежим воздухом, позови меня, вместе подышим. А то в одиночку не безопасно.
Я, конечно, сомневался, что она мне позвонит, решив покончить с собой, но попытаться стоило.
В ночь после их помолвки, на которую я так и не смог заставить себя пойти, мне пришло сообщение: "Подышим свежим воздухом?"
Я обрадовался и испугался одновременно. Натянул на себя первое, что было под рукой, и бегом спустился к ней. Мне хотелось отвлечь её, изгнать ту печаль, что осела на дне её выразительных глаз.
 
Всю прогулку я не знал, как так спросить, чтобы она ничего не заподозрила, обижает ли её Оскар. Тем более она была такой счастливой, что не хотелось разрушать эту атмосферу.
— Не будешь против совместного селфи? — мне хотелось запомнить её именно такой. Но не мог же я её просто снять на свой телефон. Поэтому предложил селфи. Она ненадолго задумалась, но в итоге согласилась.
— Ты счастлива? — спросил я, рассматривая это вычурное кольцо на её руке, — "Наверняка, Кристина выбирала. Она любит, чтобы всё было блестящим и дорогим".
Мне даже не нужно было слышать ответ, глаза всё сказали за неё.
— Почему согласилась?
— Наверное, потому что меня так научили родители — всегда слушаться их и делать так, как они скажут, даже если хочется совсем другого, — каждое слово больно впивалось в кожу, пробивая её и попадая в сердце.
"Заплакала, моя Зена, моя девочка", — я взял её за руки и почувствовал, что они ледяные, — "Нужно возвращаться, если сейчас ещё и губы замёрзнут, я точно не сдержусь".
В ту ночь я впервые назвал её своей Евой. Опрометчиво и безрассудно. Но эта девчонка сводила меня с ума.
А потом мы чуть не поцеловались. В душе защемило от осознания, что всё же она не "моя":
— Ты будешь об этом жалеть. Да, и мне бы не хотелось быть твоим любовником. Либо муж, либо друг. Третьего не дано.
"Ты слишком хорошая, чтобы осознано вредить тебе", — думал я, уткнувшись носом в её макушку.
***
— Пап, привет! Я не хочу портить отношения ни с тобой, ни между вами с отцом Евы, поэтому сначала звоню поговорить.
— Микаэль, что на этот раз?
— Можно устроить так, чтобы Оскару издательство досталось без необходимости жениться на Еве?
— Нет, потому что без свадьбы её отец не станет объединяться с нами.
— А если она выйдет замуж за другого твоего сына? Он же не настаивал именно на Оскаре, раз ты мне сначала предлагал.
— Да, но она уже помолвлена с ним. Как ты себе это представляешь?
— Но она же может разорвать помолвку?
— Может, но не делает этого, значит, её всё устраивает.
— Нет, пап, ни черта её не устраивает! Она делает это, потому что родители настояли.
— И что ты предлагаешь?
— Я могу устроить всё так, чтобы она решилась порвать с Оскаром. А ты под предлогом, что не хочешь из-за глупостей детей разрывать сделку, предложишь мою кандидатуру. Как я понял, её отец тоже заинтересован в этом больше, чем в счастье дочери. Оскара заставим молчать, дав ему должность. И Ева не пострадает.
— Не знаю, Микаэль. Сомнительная затея. Вдруг её отец откажется, и ничего не получится?
— Пусть лучше не получится, чем эта бедная девушка будет страдать.
— Мне надо всё обдумать.
— Хорошо. Но имей ввиду, я не посмотрю ни на что, даже если она уже будет замужем, и Оскар её обидит, или бить будет, я заберу её и уеду. Я готов прямо сейчас это сделать, но хочу решить вопрос с наименьшими потерями.
— Я тебя услышал.
***
В оставшиеся дни я решил сделать всё возможное, чтобы влюбить в себя Еву и настроить её против Оскара. Мой брат отлично помогал мне в этом, своим поведением.
Я был опьянён её присутствием. Смущал её, чтобы смотреть, как она краснеет. Безобидно дурил, чтобы наслаждаться её милым личиком, когда она сердится. Единственное, на что я не мог решиться — сказать ей правду, что я брат Оскара. Решил поговорить с ней на даче, там будет возможность всё спокойно обсудить, пока она не вернётся домой. Но Оскар меня опередил. Он как будто чувствовал что-то неладное. Боялся, что мне нужна не Ева, а компания.
На даче я впервые увидел, какие на самом деле между ними отношения. Я думал, что она любит его и терпит, но судя по тому, как она издевалась над моим братом, понял, что любви там вовсе нет. Это меня сильно воодушевило. Осталось только объясниться с ней. Но, как? И тут Кристина выдала: