Чернильно-Черное Сердце (ЛП)
Остановить Аноми
Почему ты не хочешь сказать мне сейчас, кто ты?
Пенни Пикок
Потому что если ты кому-нибудь расскажешь, ты можешь помешать моим попыткам остановить Аноми.
Остановите Аноми
Официант вернулся к их столику с едой. Робин слегка подвинулась, чтобы он поставил перед ней миску с макаронами, ее взгляд был прикован к iPad. Страйк опустил взгляд на свою тарелку: там, где должны были быть чипсы, лежал только салат. Он решил, что в этом виноват только он сам, поэтому взял нож и вилку и принялся молча есть, пока Робин продолжала печатать.
Я хочу помочь, но мне страшно
Пенни Пикок
Я понимаю, но тебе нечего меня бояться, клянусь.
Остановить Аноми
Моя мама больна. Она не вынесет, если я снова попаду в беду.
Пенни Пикок
У тебя не будет неприятностей. Никто даже не должен знать, что ты встречаешься со мной.
Остановить Аноми
Не могла бы ты приехать в Лидс?
Пенни Пикок
Конечно.
Остановить Аноми
Завтра днем?
Пенни Пикок
— Страйк, — сказала Робин, глядя вверх с выражением волнения, которое заставило его опасаться худшего: возможно, предложение руки и сердца, сделанное по смс. — Мы могли бы завтра поехать в Лидс?
— Лидс?
— Рейчел Ледвелл согласилась поговорить со мной.
— Что?
Я объясню через минуту — мы можем поехать?
— Конечно, блядь, мы можем поехать!
Робин напечатала:
Да
Остановить Аноми
Ты не можешь прийти ко мне домой из-за моей мамы.
Пенни Пикок
Все в порядке.
Остановить Аноми
Есть такое место, которое называется Меанвуд Парк
Пенни Пикок
Войди через вход у кафе и сверни на правую дорожку.
Пенни Пикок
Слева есть каменный мост через ручей, похожий на разбитые плиты.
Пенни Пикок
На другой стороне ручья есть дерево с двумя большими валунами по обе стороны от него
Пенни Пикок
Рядом с деревом стоит скамейка с именем Джанет Мартин.
Пенни Пикок
Я буду ждать тебя у скамейки Джанет Мартин в 3 часа.
Пенни Пикок
Замечательно. Увидимся там.
Остановить Аноми
Робин отложила iPad, выпила почти весь второй бокал “Риохи”, а затем рассказала все Страйку. Он слушал с нарастающим изумлением, а когда она закончила свой рассказ, сказал,
— Черт возьми, Эллакотт — я заснул на три часа, а ты раскрыла это гребаное дело!
— Пока нет, — сказала она, раскрасневшись от возбуждения, вина и удовольствия, которое доставили ей эти слова. — Но если мы получим Морхауза, мы получим Аноми!
Страйк поднял свой бокал с вином и стукнул им об ее.
— Хочешь еще?
— Лучше не надо. До Лидса, наверное, триста с лишним миль. Я не хочу провалить тест на алкотестере.
Она наконец взяла вилку и начала есть макароны.
— Как твой стейк?
— Чертовски хорош, вообще-то, — сказал Страйк, размышляя, стоит ли говорить то, что он хотел сказать, и наконец решившись. — Я подумал, что ты переписываешься с Хью Джексом.
— Хью Джексоном? — недоверчиво сказала Робин, ее очередная порция спагетти зависла на полпути ко рту. — С какой стати я должна это делать?
— Не знаю. Он звонит тебе на работу, я подумал, что что-то происходит…
— Боже, нет, — сказала Робин. — Между мной и Хью Джексом ничего не происходит.
Сочетание Риохи и радости от встречи с Рейчел Ледвелл ослабило защиту, которую Робин держала над собой в течение последних нескольких месяцев. Сейчас она чувствовала к своему партнеру больше доброты, чем за последние несколько недель.
— Скажи мне кое-что, — сказала она. — Если бы женщина проигнорировала твой стук в дверь ее спальни, открытку на День святого Валентина и многочисленные телефонные звонки, ты бы подумал, что она заинтересована в тебе?
Страйк рассмеялся.
— В целом, я бы сказал, что нет.
— Слава Богу, — сказала Робин, — потому что ты не был бы отличным детективом, если бы не умел читать такие подсказки.
Страйк снова рассмеялся. Облегчение, которое он сейчас испытывал, о чем-то ему говорило, он знал это, но сейчас был не тот момент, чтобы погружаться в задумчивость, поэтому вместо этого он выпил еще вина и сказал,
— Хороший отель.
— Я думала, ты злишься, что в нем нет лифта на чердак и никто не помог тебе с воображаемым багажом?
— Но они готовят хороший стейк.
Робин в свою очередь рассмеялась. Поскольку он спросил о Хью Джексе, она ненадолго задумалась о том, как у него дела с Мэдлин, но решила не задавать вопрос, который мог бы испортить ее нынешнее хорошее настроение. Остаток ужина прошел приятно, в бессодержательных разговорах, шутках и смехе, которые могли бы показаться необычными их сотрапезникам, если бы они знали, как недавно Страйку и Робин прислали бомбу.
Глава 81
...золотые ворота между нами,
Истина открывает свои запретные глаза…
Мэри Элизабет Кольридж
Неискреннее желание, адресованное нищему
Внутриигровой чат между двумя модераторами Игры Дрека
<Открылся новый приватный канал
<6 июня 2015 23.30>
<Морхауз приглашает Папервайт>
<Папервайт присоединяется к каналу>
Папервайт: ты видел? По пводу парня Ледвелл?
Морхауз: буквально 2 минуты назад
Морхауз: был в лаборатории весь день
Морхауз: Господи. Я не могу взять в толк.
Папервайт: и что теперь?
Морхауз: Я не знаю
Папервайт: Полиция не арестовала бы его просто так.
Морхауз: нет
Морхауз: но они еще не предъявили ему обвинения.
Папервайт: Мышонок, ты хочешь, чтобы это Аноми убил ее?
Морхауз: черт возьми, конечно, не хочу.
Морхауз: но объясни Вилепечору.
Папервайт: возможно, это было совершенно не связано.
Папервайт: может быть, ни один из них не был Аноми!
Морхауз: если они предъявят обвинение Ормонду, все, что мы будем знать, это то, что А не зарезал Ледвэлл и Блэя.
Папервайт: но детка, если он их не зарезал, то какой у него был мотив для нападения на Вилепечору?
Морхауз: Я не знаю
Морхауз: может быть, я просто провел так много часов, беспокоясь о том, что он все это сделал, что мне трудно приспособиться.
Морхауз: ты не замечала ничего смешного в нем на канале модов в последнее время?
Папервайт: больше, чем обычно, ты имеешь в виду?
Морхауз: дважды вместо “oderint dum metuant” он набирал “oderum dum mentum.
Папервайт: и что?
Морхауз: так это на него не похоже.
Папервайт: может, он был пьян?
Морхауз: а пару ночей назад, когда тебя не было, он согласился с BorkledDrek, что All-Star Бэтмен и Робин был очень хорош.
Папервайт: И что?
Морхауз: Это все равно, что Найджел Фарадж сказал бы, что Англии действительно нужно сто тысяч турецких иммигрантов.
Папервайт: лол
Папервайт: Странно.
Папервайт: может, он пытался подлизаться к BorkledDrek?
Морхауз: Аноми ни с кем не сюсюкается.
Морхауз: Он думает, что мы здесь, чтобы трепаться о нем, а не наоборот.
Папервайт: лол правда
Морхауз: Ну, если Ормонда обвинят, это будет огромным облегчением.