Предначертанная луной (СИ)
Бледная, словно смерть Торина, казалось, едва способна шевельнуть пальцем, да и то, высока вероятность, что подобное усилие доведёт бедняжку до обморока. Арата ломала голову, как заманить Марселу в покои принцессы до самых сумерек. Она, словно глупая муха, бьющаяся в стекло, бессмысленно сновала перед окном Торины. Приходящие идеи рассыпались, стоило лишь рассмотреть их повнимательнее. Дело казалось абсолютно безнадёжным. Арата уже думала бросить эту затею и пересидеть в укромном месте опасную ночь. Пора было продумывать план отступления и дальнейшей жизни вне клана. Было бы наивно полагать, что Ариат простит ей провал.
Однако судьба всё же улыбнулась ей. На закате всё резко начало меняться. Зловещий Янгос, висящий в небе полупрозрачным фантомом, вновь начал наливаться кровью, и Торина внезапно вскочила с кровати и заметалась по комнате. Со стороны могло показаться, что она совсем обезумила. Принцесса бездумно носилась кругами, вертелась на месте, словно ужаленная, а потом резко замирала и как околдованная пялилась на наливающуюся алым луну. Всё это напомнило Арате метание оборотней перед оборотом. И, решив проверить свою догадку, она влетела в комнату к принцессе и оглушительно взвизгнула. Реакция не заставила себя ждать. Принцессу начало ломать и выворачивать.
«Помни, она должна быть в белом», — всплыли в памяти слова брата. Арата было кинулась за простынёй, но в следующий миг затормозила. Тело Торины стало покрываться белоснежной шерстью.
«Ну и кто ты, кролик или куница?» — начала гадать Арата, но преображение её поразило. Спустя четверть часа по комнате, как угорелая носилась белоснежная лисица.
«Быть того не может!» — мысленно воскликнула Арата и поспешила открыть дверь новоявленному оборотню. Слегка прикрикивая, чтобы поддразнить и направить, она вывела лисицу из дворца, и только затем вернулась к Юфемии. И впервые была благодарна нахальной дочери министра за её коварство. Она весьма удачно задержала принцессу, избавив Арату от лишних забот. Теперь можно было уже не опасаться, что их встреча с эр-хотом состоится. И всё же она нарочно потянула время ещё, заставив принцессу наряжаться.
«Всё равно она никогда не узнает!» — отмахнулась от укола совести Арата и вылетела в окно. Нужно было проверить, смогли ли две лисицы встретиться, и не вмешался ли кто-нибудь ещё.
У входа во дворец дрались дочь министра и волчица. Лоубэлика в облике зверя буквально не давала хода пышнотелой Эми. Та тщетно пыталась отбиться палкой, но волчица ловко уворачивалась от этих ударов. Истеричное «отстань, дряная псина!» доносилось ещё с четверть хвоста дракона, но у самого причала стояла тишина. И, как ни странно, всё ещё ждущий Марселу. Оглядевшись, Арата заметила мечущуюся на противоположном берегу Торину.
«Ну и парочка, в трёх осинах заблудятся!» — хмыкнула она про себя, и снова вскрикнула, заставив Марселу оглянуться.
Арата летела за ними довольно долго, радуясь тому, как далеко они углубляются в лес. Она, верно, провожала бы их и дальше, если бы собственная жажда не обуяла тело. Цепляясь за остатки разума, Арата устремилась в самую чащу на поиски какого-то зверя.
«Только не в город! Подальше от дворца!» — твердила она себе, пока ещё могла воспринимать реальность. А потом её поглотили инстинкты. Охота, жажда и неимоверное желание вонзиться в чью-то плоть.
Сознание вернулось к ней ближе к рассвету. За ночь Арата успела высосать нескольких неосторожных косуль и даже одного оленя, не считая бесчисленное количество мелких грызунов. Чувствуя себя измотанной, но невероятно сытой, она лениво облетела близлежащие поляны, и с чувством полного удовлетворения заметила у озера сплетённую пару.
«Робкой принцессе будет очень неловко поутру», — хмыкнула она и тихо приземлившись, сменила облик. В отличие от нерасторопных оборотней, вампиры умели преображать свою одежду во время смены облика. Сняв плащ, Арата повесила его на ветви разросшегося можжевельника, и устало побрела обратно в замок. Пора было собираться домой…