Темные воды Миссисипи (СИ)
***
Да прибудет Господь с теми, кто нуждается в его помощи. Да защитит Господь всех немощных и слабых! Дерьмо! Проповеди — это сущее дерьмо! Адам — исчадье ада! Мощно хлопаю дверью, выходя у магазина «Сальваторе». Что за идиотское название?! Меня переполняют эмоции. От жуткой, кишащей слизнями ненависти, до всепоглощающей тоски по Коулу! Какого твою мать, чёрта, он стоял, засучив рукава, и смотрел, как я жмусь к Гаррету?! Лучше бы, оттащил меня за волосы и сказал что любит!
Я запинаюсь о стеклянную полочку с туфлями и ругаюсь в сто раз сильнее. Чьи-то крепкие руки, поднимают над полом и прибивают к прозрачной витрине. По спине прокатывается нездоровый холодок. И, как по щелчку, губы Гаррета накрывают мои. Я сопротивляюсь, упираюсь локтями в грудь обезумевшего парня.
— Микаэлла, ты ангел…я мечтаю о тебе с первой минуты знакомства.
Снова целует, стараясь впихнуть свой язык мне в рот. Кажется, я могу лишиться передних зубов, настолько крепко сжата моя челюсть.
— Нет, Гаррет!
— Я тебя никогда не обижу, никогда, малышка.
Оставив в покое мои губы, опускается по шее к плечу, которое оголяет одним легким движением. Вздрагиваю, когда правая ладонь Флетчера сминает мою ягодицу под юбкой. Дай ему отпор, Микаэлла! Ты же можешь!
Я набираюсь сил и ударяю Гаррета коленом в пах.
— Прости, я же сказала, нет.
Морщась от боли в позе зародыша, парень давиться слюной, но надо признать, не сыпет ругательствами в мою сторону.
— Это ты меня прости, Микаэлла. Я думал, что между нами что-то есть.
— Я люблю другого парня, Гаррет. И если моей дружбы тебе не достаточно, я уйду немедленно.
Он кое-как выпрямляется, и все еще находясь в полусогнутом состоянии, берет меня за руки.
— Не нужно. Еще раз, прошу прощения за свое поведение. Друзья?
Я улыбаюсь и согласно киваю в ответ.
— Друзья.
Честен ли Гаррет со мной или прикрывается хорошим отношением, не знаю. Пускай и шаткий, но все же мир. А взбредет ли ему в голову снова приставать ко мне, посмотрим. Я могу вспомнить не только этот прием. Хотя, Гаррет Флетчер не мерзавец, и ложь не его второе обличие. Уверена, он достойный парень и сдержит данное собой слово.
***
В любимой пижаме сажусь на подоконник и пишу Морган короткое сообщение: «Как он?». Подруга присылает гневный смайлик. Я прикусываю губу и издаю нервный смешок. Из открытого окна веет ночной прохладой и дивным речным бризом.
Мне стоило единожды увидеть Коула, как вся происходящая между нами ситуация, кажется, нелепой и какой-то детской. Судьба все равно сталкивает нас при любых обстоятельствах. Ей не навешаешь лапшу на уши и не скажешь, что мы не подходим друг к другу. Я всегда верила, что где-то сидит старушка и связывает ниточки мужчины и женщины, чтобы они встретились и никогда не расставались. Моя мама тоже так думала. В основном это относилось к Богу. Мы с Габи не раз слышали сказку о прекрасной деве, что отдала свое сердце умирающему возлюбленному. Он обернулся солнцем, и согревал людей. А девушка приняла облик луны, и что бы ни происходило, она сменяла его и охраняла от невзгод.
Вспомнив о Габи, фотографирую свою кривую рожицу и отправляю сестре. Про пастора молчу. Она не должна переживать и оглядываться по пути в школу. Я что-нибудь придумаю на его счет. Этот извращенец, не будет разгуливать на свободе, и выискивать новую жертву для своих больных фантазий!
Усталость перемещает меня в постель. В эту ночь, я сплю спокойно и не просыпаюсь от мимолетного шороха. Наверное, Коул моя луна, что даже на расстоянии заботится обо мне и охраняет от злых чар. Как же заставить стрелки, крутить колеса в обратном направлении? Никак. Так пусть, две параллельные сойдутся по воле старушки-судьбы…
ГЛАВА 39. Коул
Когда в дверь моего кабинета раздается стук, я меньше всего ожидаю увидеть за ней мужчину с той фотографии, что выпала из одной из папок Брайана. Что, твою мать, ему здесь нужно? Позади него маячит Большой Сэм.
Я киваю ему головой и даю понять, что все нормально, я поговорю с неожиданным гостем.
— Чем обязан? — сцепляю ладони в замок, и слежу за старым знакомым Микаэллы.
Он явно нервничает. Его глаза обводят взглядом кабинет. Седые брови сходятся на переносице.
— Мне необходимо поговорить с Брайаном Келли. — его взгляд останавливается на мне.
Я поднимаюсь с кресла. Мне чертовски неприятно присутствие в клубе пастора из общины, что в страхе покинула Микаэлла.
— Келли больше не имеет никакого отношения к этому клубу.
Я усаживаюсь на край стола. Пастор нервно поправляет колоратку на своей шее.
— Послушай, парень, мне нужно найти Брайана, это в его же интересах! — произносит мужчина в черном одеяние.
— Мне плевать на интересы Келли. Чертовски странно увидеть в стриптиз-клубе священнослужителя. — я наклоняюсь немного вперед.
— Думаю, мне уже пора.
Пастор разворачивается на пятках и практически вылетает из кабинета. Я следую за ним. Хочу убедиться лично, что он покинул территорию клуба и отдать распоряжение Сэму и парням, чтобы этого типа на пушечный выстрел не подпускали к заведению.
Каково же мое удивление, когда на входе в главный зал я встречаюсь с голубыми глазами Микаэллы. Прямо перед девушкой стоит пастор, и на ней нет лица. Она не может вымолвить ни одного гребаного слова. Морган пытается до нее докричаться, но Микки словно под гипнозом. Наконец она срывается с места и скрывается за входными дверями.
Пастор стремительно шагает вслед за ней. Морган провожает их испуганным взглядом.
— Какого хрена Микаэлла явилась в клуб?! — рычу я, адресуя вопрос Морган. Она пожимает плечами и быстро ретируется на выход. Направляюсь за ней и замираю в дверях, когда вижу, как Микаэлла всем телом прижимается к Гаррету Флетчеру. Мое сердце, кажется, только что перестало биться. Она так была взволнована от встречи с пастором, что побежала за утешением не ко мне, а к этому сукиному сыну! Опираюсь плечом на дверной косяк и пытаюсь совладать с, поднимающейся во мне, яростью. Морган качает головой и что-то говорит этой сладкой парочке.
Когда они оба скрывается в салоне «Феррари» Флетчера, я делаю несколько шагов в сторону парковки.
— Коул, не надо! Она просто была напугана! — Морган преграждает мне путь. За ее плечом «Феррари» скрывается за поворотом.
— Я выбью из него все дерьмо! — цежу я сквозь зубы и, оттолкнув Морган, приближаюсь к «Форду».
Еду вслед за итальянской тачкой, держась от них на расстоянии. Мне давно нужно было заявить права на Микаэллу, но я думал, что смогу справиться с этим чувством, которое превращается меня в черт знает в кого. Но когда сегодня я увидел ее в объятиях Флетчера, наконец, осознал, что бессмысленно бороться с самим собой. Она нужна мне, как грёбаный воздух.
Я паркуюсь на другой стороне улицы, напротив вывески «Сальваторе». Наблюдаю, как Микки и Флетчер заходят в магазин. Открываю дверь, но в следующую же секунду мечтаю ослепнуть. Флетчер прижимает Микаэллу к стеклу витрины. Она не сопротивляется. Почему, бл@ть, она не сопротивляется?! Он целует ее, покрывает шею и плечо поцелуями, его ладонь вольготно чувствует себя под подолом ее юбки. Я закрываю глаза и чувствую, что мои лёгкие уже начали гореть, потому что я забыл, что нужно дышать.
Завожу мотор и срываюсь с места, вжимая педаль газа в пол. Она выбрала его. Она больше не принадлежит мне. Теперь грёбаный Флетчер наслаждается тем, что раньше было только моим. Мое сердце покрывается льдом. Все остальное уже не имеет значения.
***
— Тебе нужно, наконец, потрахаться, Даффи. Мне осточертела твоя кислая физиономия. Весь последний месяц ты только и делаешь, что опустошает бар в клубе и жалеешь себя! — Джилрой снимает треугольник с пирамиды из разноцветных шаров и вешает его на крючок на стене.
— Возможно, я воспользуюсь твоим советом. — бурчу я. Шар разбивает пирамиду, получив удар от кия в моих руках.
— Что, черт возьми, такого в этой девчонке?