Загробный гость: Приключения Шерлока Холмса в России. т. 1

Сняв ботинки, я неслышно скользил из одной комнаты в другую, зорко наблюдая за двором и улицей.
Во дворе, кроме меня, были и другие сторожа. Это были две огромные овчарки, способные задушить медведя.
Днем они сидели на цепи, а ночью их выпускали на волю, и они не давали проходу не только чужим, но даже своим людям, всем, кроме графа, графини и кухарки, которая кормила их и которой поручалось сажать их на цепь и спускать на волю.
Долго ходил я из одной комнаты в другую, тщательно стараясь увидеть что-нибудь подозрительное.
Улица была как улица, запоздалые прохожие изредка нарушали мертвую тишину, и, наконец, стало совсем тихо.
Потом начало светать.
Тогда по улице потянулись деревенские телеги, направлявшиеся к базару и. когда наступило утро, город принял свой обычный вид.
В восемь часов за мной зашел Холмс.
По его лицу было видно, что он лишь потерял даром время.
Узнав, что и я ничего не видел, он заявил, что, несмотря на неудачу, ни за что не откажется от своего первоначального плана, и предложил пойти в гостиницу соснуть.
Я не стану описывать следующие четыре дня. Все они походили один на другой и ничем не разнообразились.
Холмс день и ночь проводил на кладбище, а я — в квартире графини, которая по совету Шерлока Холмса никуда решительно не выходила из дому, ограничиваясь лишь прогулками по двору.
X.
Настала суббота.
Это был пятый день наших бессменных дежурств, я чувствовал себя таки порядочно усталым.
Приближался вечер, и я, спавший в продолжение всех этих дней лишь урывками, с неудовольствием подумывал о предстоящей бессонной ночи.
К тому же и молодой графине, казалось, начинали надоедать наши безрезультатные поиски.
Уже неоднократно она насмешливо выражала сомнение в гениальности Шерлока Холмса, а в голосе ее все более слышались нотки досады.
Этот вечер она просидела за чтением какого-то французского романа и рано ушла в свою спальню.
Я уж совсем собрался тушить огонь, как вдруг услышал ее голос.
— Мистер Ватсон! Мистер Ватсон! — взволнованно кричала молодая женщина.
Я поспешил на зов и вошел в гостиную, примыкавшую к ее спальне.
Она стояла посреди комнаты, бледная и дрожащая, одетая в светло-голубой капот, наброшенный, видимо, наскоро.
— Что случилось? — спросил я.
— Вы были у меня в спальне? — спросила она, пристально глядя мне в глаза.
— Зачем? — удивился я.
— И мистер Шерлок Холмс тоже не был? — снова спросила она.
Я пожал плечами.
— Мистер Шерлок Холмс заходил в ваш дом сегодня рано утром, когда еще только начинало рассветать, но он лишь сказал мне несколько слов и сейчас же удалился, — ответил я.
— И никто, решительно никто не входил в дом из посторонних?
— Это я утверждаю.
Она подняла свою красивую руку и протянула мне небольшой распечатанный конверт.
— В таком случае, не можете ли вы объяснить, что значит это письмо и как оно попало на подушку моей постели?
Я с недоумением взял в руки протянутое мне письмо.
Адрес на конверте был напечатан на пишущей машинке.
«Графиня, — писал неизвестный автор. — Хотя вы меня и не знаете, но я вам друг. Некоторые обстоятельства, в силу доверия ко мне вашего мужа, впутали меня в тайну вашей фамилии. Заклинаю вас всем святым для вас послушаться меня. Вам грозит страшная опасность. Не выходите из дома ни на шаг, не выходите даже во двор и имейте при себе оружие. На всякий случай остерегайтесь даже прислуги. Я знаю, что какой-то сыщик поселился у вас в доме. Передайте ему, чтобы он держал себя осторожнее и не так откровенно показывался бы в окнах. Наблюдать и стеречь вас он может при потушенных огнях и опущенных портьерах. Мужайтесь, все идет к лучшему. Ваш доброжелатель».
Не успел я открыть рот, чтобы промолвить слово, как вдруг вздрогнул всем телом, услыхав шум за своей спиной.
Графиня громко вскрикнула и схватилась за стул.
Быстро обернувшись, я увидел стоящего в дверях Шерлока Холмса, смотревшего на нас с нескрываемым весельем.
— Господи, как вы напугали меня! — воскликнула графиня, разглядев и узнав наконец знаменитого сыщика.
 
— Простите, но очень важное обстоятельство заставило меня войти в дом без звонка, — ответил тот.
— Но каким образом вы могли проникнуть сюда? — удивилась графиня.
— Для этого не надо обладать особым искусством, — ответил Холмс, пожимая плечами. — Мой приятель, доктор Ватсон, совершенно не обладает талантом сыщика. Он сторожит дом и в то же время оставляет в коридоре открытым окно, через которое не представляет никакого труда забраться в дом с улицы.
Я сконфуженно молчал.
XI.
— Ну вот! — воскликнула графиня. — Теперь, по крайней мере, я узнала, кто приходил сегодня ко мне в дом и подкинул на подушку письмо! Вы сделали это мастерски, мистер Холмс!
На лице Шерлока Холмса изобразилось непритворное удивление.
— Вы, кажется, намекаете на то, что я был здесь и подкинул вам письмо? — спросил он.
— А разве вы не были? — насмешливо спросила графиня.
— Нельзя ли мне взглянуть на письмо? — серьезно произнес сыщик.
Я подал письмо.
Холмс внимательно просмотрел его от первой до последней строчки, потом взглянул на него в увеличительное стекло и зачем-то даже лизнул языком. Я и графиня с любопытством наблюдали за ним.
— Человек, писавший это письмо, плакал над ним! — произнес он неожиданно.
Мы не успели разобраться еще в этой фразе, как вдруг Шерлок Холмс пристально взглянул на графиню и медленно произнес:
— Это письмо писал… ваш муж.
Громкий крик вырвался из груди молодой женщины. И если бы я не поспел вовремя, чтобы поддержать ее, она упала бы на пол.
Потребовалось несколько минут, чтобы привести в чувство графиню. Первое, о чем она спросила, как только пришла в себя, было:
— Мой муж? Боже мой! Ради бога, объясните скорее, что вы хотите этим сказать?
— Ни более и ни менее как то, что он жив и никто не разрезал его на куски, — проговорил Холмс отчетливо.
Прижав руку к сердцу, графиня вскочила с места и судорожно схватила сыщика за руку.
— Не может быть! Ради бога… Да говорите же наконец!
— Прежде всего успокойтесь и сядьте, — посоветовал Холмс.
Повинуясь приказанию, графиня в волнении опустилась в кресло.
— Итак, слушайте! — начал Холмс серьезно. — Я не знаю подробностей, но весь ход событий, в общих чертах, я расскажу вам безошибочно. Вы же, Ватсон, слушайте и в то же время зорко следите за улицей. Погасите огни и перейдите в столовую. Итак, я начинаю, — заговорил он, когда приказание его было исполнено и я поместился около спущенной портьеры, в то время как он и графиня сели почти рядом со мною. — Я не нахожу, подобно графу, причин скрывать ваше происхождение. Двадцать лет тому назад вы, дочь знаменитого раджи Бен-Али, будучи годовалой девочкой, были похищены тремя злоумышленниками, в числе которых был и граф.
— О-о! — простонала молодая женщина.
— Был ли граф злоумышленником или попал в эту компанию случайно, это мы скоро узнаем. Я знаю только то, что граф был связан клятвой с этими двумя людьми, один из которых принадлежал к племени Таджидиев. Конечно, я могу и ошибиться, но, судя по оружию, развешанному в кабинете графа, он имел дело с пиратами, так как топорики на длинных ручках во время рукопашных схваток составляют их любимое оружие.
— Боже, боже! — зарыдала молодая графиня.
— О! Не надо так отчаиваться! — успокоил ее Шерлок Холмс. — Ведь я высказываю только предположения. К тому же степень виновности графа совершенно не выяснена, и мне почему-то кажется, что с ним самим случилось в жизни большое горе, которое снимает с него всякую вину. Его сегодняшнее письмо показывает, что он боится за вас и проделывает все эти вещи, потому что хочет вас спасти, но не избежать правосудия, иначе он вспомнил бы сыщика словом ненависти.
Надежда и радость послышались в голосе молодой графини, когда она тихо прошептала: