Нейтралы (СИ)

Новое кафе всем понравилось. Для чистокровных детей возможность посетить маггловский мир – редкая экзотика, особенно просто так, без веской причины. Тем более что выход находился неподалеку от небольшого парка с аттракционами, где девочки с удовольствием зависли, круглыми глазами разглядывая простецов или снующие за оградами машины. Нельзя сказать, что удивление у них вызывало абсолютно всё, прежде к простецам не приводили только Луну, с восхищением то и дело указывавшей отцу пальчиком на заинтересовавшие её вещи. Остальные более-менее в реалиях ориентировались, во всяком случае, про отличие красного сигнала светофора от зеленого знали.
Ксенофилиус, кстати, совершенно не привлекал внимания в белоснежной мантии, кожаных сапогах и с вплетенными в волосы птичьими перьями. Хотя простецы его прекрасно видели. Улыбались, взглядывали пару раз и больше не смотрели. Не думаю, что это какая-то магия, во всяком случае, не прямая. Он очень цельно выглядел в своём наряде, за него глаз «не цеплялся», наоборот, человек выглядел прекрасно вписывающимся в обстановку. Ну, насколько Лавгуда можно считать человеком.
Мы с ним перекинулись парой слов. Лорд Ксено – он попросил так себя называть, - поблагодарил за помощь дочери, я ответил, что Луна хорошая девочка и в большей степени благодарить надо не меня, а Пенелопу Кристал, присматривавшую за ней. Мужчина мягко улыбнулся и ничего не сказал. С ним было тяжело общаться, он не вписывался в привычные шаблоны, как и его дочь. Грубо говоря, ещё до первых фраз, сказанных человеком, ты примерно понимаешь, что вот этот резкий, с этим лучше не шутить, а тот настроен дружелюбно и с удовольствием ответит на вопросы. Реакции Ксенофилиуса просчитать не удавалось.
Так я на следующий день леди и сказал, когда она спросила.
- Лорда Лавгуда иногда считают оторванным от реальности чудаком. Совершенно напрасно, учитывая, какие статьи он печатает в своём журнале, - заметила глава клана. – Значит, всё прошло хорошо?
- Да, миледи.
- Никаких особенных новостей про Хогвартс не обсуждали?
- Вроде, нет… - порылся я в памяти.
- То есть про Турнир Трех волшебников твои сокурсники ещё ничего не знают.
- А, вы об этом! Про Турнир Бут говорил, когда обратно из школы ехали. Только он сказал, ещё ничего не согласовано и может сорваться.
- Считай, что не может. Кроме мелких деталей, обо всём договорились, - леди вздохнула. – Райли, в следующий раз, когда что-то такое услышишь, сообщай мне.
- Бессмысленно, миледи, - пришёл мой черед вздыхать. – Такие новости клуб любителей заговоров выдаёт не реже пары в неделю. Если сообщать все слухи, ходящие по школе, у вас голова кругом пойдёт.
- Клуб любителей заговоров?
- Официальное название у него другое, его, наверное, только Синистра и старосты помнят. Там придумывают всякие теории, которые потом доказывают или опровергают. Некоторые выглядят очень правдоподобно.
- Например?
- «Салазар Слизерин – агент римской католической церкви» или «Неназываемый – инструмент русской мести за события середины девятнадцатого века». У них много такого. На каждую версию досье составлено, с аналитикой, обоснованием, собранной статистикой и выводами. Говорят, самых активных участников Министерство вербует во внешнюю разведку.
- Да уж, - глава выглядела по-настоящему удивленной. – Не ожидала. Ты в этом клубе не состоишь?
- Не, туда Артур нацелился. Его сейчас проверяют. Они всех кандидатов проверяют, - пожал я плечами, заметив непонимающее выражение её лица. – Шпионов боятся.
- Вернемся к Турниру, - помолчав, приказала леди. – Как я уже сказала, решение о проведении Турнира Трех Волшебников на территории Хогвартса фактически принято, осталось его оформить и окончательно согласовать протокол мероприятия. В Хогвартс приедут делегации из Шармбатона и Дурмстранга, не более двух десятков человек в каждой. Из наших сейчас ни в той, ни в той школах никто не учится, поэтому мне хотелось бы, чтобы ты познакомился с приехавшими учениками. Ничего конкретного не требуется, просто пообщайся, поговори, оцени, чего от них ждать. Если останутся контакты после турнира, будет прекрасно.
 
- В первую очередь, конечно, с шармбатонцами, - утвердительно заметил я, памятуя о французской линии клана.
- Конечно, - улыбнулась глава. – Вообще гляди вокруг внимательнее. Крупные мероприятия всегда предоставляют хорошую возможность заработать, жаль только, что не всем. Нас к дележке контрактов не подпустили. Поэтому, если вдруг заметишь нечто, способное принести пользу клану, сразу сообщай мне.
- Я постараюсь, миледи.
Поместье Фишеров раза в три больше поместья Стивенсов. Хотя кланы примерно равны по численности, у родни по маминой линии нет иностранных ветвей, все живут в Британии; кроме того, Фишеры активно торгуют молочной продукцией и коровьему стаду требуются выпасы. В целом они не столько богаче, сколько влиятельнее – полувассальный договор с Эйвери обеспечивает им дополнительную защиту от конфликтов с аристократией, да и в Министерстве помогает. Вместе с тем, мужчинам клана приходится отстаивать интересы покровителей с палочкой в руках, и не всегда участие в конфликтах заканчивается бескровно.
Война Неназываемого дорого обошлась Фишерам. Дед Роберт косвенно подтвердил, что в своё время не стал возражать против брака моей матери с отцом отчасти из желания держать её подальше от боевых действий. Их поместье ни тогда, ни потом не штурмовали, просто некоторые соседи поддерживали Боунсов, Абботов и Краучей, обстановка была напряженной. Последствия той войны аукаются до сих пор – у Фишеров появились кровники, отказывающиеся мириться.
Прежде Фишеров я навещал трижды. Первый раз не помню, было мне тогда года четыре, мы приезжали погостить втроём вместе с живым тогда отцом. Следующий раз пришелся на следующий год после его смерти, а третий вскоре после моего девятилетия – мать тогда крепко разругалась с бабушкой. Подозреваю, речь шла о повторном замужестве. Как бы то ни было, с тех пор мама если и навещала родной клан, то в одиночку, а бабушка Мэри к нам не приезжала совсем. Лично меня её отсутствие не расстраивало, потому что, сколько я её помню, относилась она ко мне более чем прохладно. В отличие от деда Роберта.
С местными мальчишками мы, разумеется, тогда дрались, но с тех пор много воды утекло и детская дружба забылась. Связи пришлось восстанавливать, благо, что не с нуля. В Хогвартсе сейчас учится Алан Фишер, мой сколько-то юродный дядя, если считать по одной линии, и кузен, если по другой. Мы с ним периодически в школе общаемся, он обо мне в клан писал, например, про стычку с тремя пятикурсниками тут знали и одобряли. В следующем году в Хог пойдёт мой двоюродный брат Вильям, твердо нацелившийся на Хаффлпафф. Фишеры треть своих детей раньше посылали в Хогвартс, сейчас у них и денег меньше, и программа школьная не устраивает – клановое обучение уделяет большое внимание ЗОТИ. С которым, как известно, в школе чехарда.
Прибыли мы в двадцатых числах, двадцать третьего или двадцать четвертого июля, рассчитывая провести у Фишеров недельку, затем вместе с ними отправиться на знаменитую хогвартскую ярмарку и уже оттуда, отметив Лугнасад, вернуться домой. Так оно и вышло. Правда, с парочкой нюансов, важнейший из которых для меня заключался в семичасовом подъёме и ежедневной тренировке с дедушкой Робертом. Он не изменил своей традиции брать одно упражнение и повторять его до отупения, вбивая правильное исполнение в подкорку. Утром два часа занятий, потом водные процедуры и завтрак, до обеда свободное время, которое я проводил вместе с парнями за всякой фигней, обед и снова тренировки либо с мамой, либо с дедушкой. Вечером час уходил на упражнения, связанные со стивенсовской традицией. По сравнению с буднями в родном клане нагрузка была поменьше, так что можно сказать, у Фишеров я отдыхал.
Детей и подростков у них сейчас человек пятнадцать. Со сверстниками мне не особо интересно, поэтому общение шло в основном с более старшими парнями – приятелями Алана. Нет, я с пацанами и мяч погонял, и в настолку порубился (родня Фриза развернулась и сейчас игрушка много где продавалась в разных вариантах), просто в целом мне с более взрослыми легче. У нас с ровесниками даже темы разговоров разные.