Измена. Я только твоя. Лирическое начало (СИ)

- Так хотел посмотреть на тебя в купальнике, - мечтательно выдохнул я, чтобы скрыть свой позор.
Ты щекотнула меня коготком, я блаженно зажмурился.
- Насмотришься, - пообещала на ушко.
«Действительно», - я осознал. Насмотрюсь! Ведь у нас впереди ещё целая жизнь. Одна на двоих. Как июньское звёздное небо.
  
Глава 17. Аня
 
Мама жила, как обычно. И даже ещё веселее! И эта весёлость меня раздражала. Она будто хотела успеть надышаться. Хотя… Я потом поняла, что этот период был лучше той самой депрессии, что началась у неё после. Когда, сидя над чашкой, где кофе остыл, она бесконечно мешала напиток маленькой ложечкой, смотрела невидящим взглядом. А после бросала:
- Хотя бы тебя родила. Может, станешь нормальным человеком.
Бабушка тихо сопела:
- Все мозги пропила уже! – говорила она в адрес мамы.
Я множество раз порывалась сказать ей о долге. Но больше всего волновалась, что бабушка выгонит мать. Или та, поругавшись, уйдёт восвояси. Собрав небольшой саквояж из вещей. Как ушла ещё в юности, будучи мною беременной. Мне казалось, я вижу финал этой драмы. Как мамина жизнь превратится в кошмар! Долг будет только расти, а она полетит по наклонной.
Я ощущала себя виноватой. За что? За одежду, которую мама всегда выбирала не по цене, а по качеству. Говоря:
- Привыкай.
За компьютер, который я получила на день рождения. За поездку на море, где мы обгорали на солнце, ходили в соломенных шляпах и ели вкуснейший шашлык. За мамой, конечно, ухлёстывал кто-то! Но она отвечала отказом. И впервые за все эти годы она выбирала меня…
Тот самый Марат Даниярович всё также ходил в ресторан. Визитка, что он мне вручил, ещё долго маячила перед глазами. Как-то раз она угодила мне под ноги, выскочила из рюкзака.
Я подумала: «Может быть, зря я её отвергаю? Деловой человек. Без подтекста и пошлости выказал свой интерес». Я не хотела давать ему повод. Но слово «банкир» не выходило у меня из головы. Что, если это – единственный шанс? А я закрываю глаза из-за девичьей гордости.
Как-то раз я решилась, когда была дома одна. Залезла на подоконник и одну за другой вбила цифры в мобильник. Гудок ещё даже не прозвучал, а я уже передумала, резко нажала отбой. И задышала так часто, словно хотела продать душу дьяволу. Но вовремя спохватилась.
Однако напрасно я думала, это конец. Телефон зазвонил, и на экране возник только что набранный номер. Я застыла с разинутым ртом.
«Блин! Блин! Блин!», - стучало в висках. Он был терпелив и настойчив. Мне стало неловко. Слишком уж взрослая, чтобы робеть. Я сделала вдох и нажала на кнопку.
- Алло, - сказала учтиво.
На том конце провода слышалось чьё-то присутствие. И спустя пару мгновений мужской баритон произнёс:
- Анна?
Я опешила. Как он узнал моё имя? Потом поняла, что по бейджику. У всех официанток были такие. Но все называли нас «девушки». Мало кто утруждался читать имена.
- Здравствуйте, - промямлила я.
Он помолчал:
- Чем обязан?
И тут из меня «полились» междометия:
- Извините, я… Ну… в общем… Я совершенно случайно набрала ваш номер.
- Случайно? – переспросил он.
Я в тот же момент поняла, что сглупила. Ну, какое «случайно»? Ведь значит, номер его уже был у меня в телефоне?
«Вот дура», - подумала я, но отступать было поздно.
- Д-да! Так вышло. Простите за беспокойство.
Он расслабленно выдохнул:
- Что вы, не стоит.
- До свидания, - хотела проститься.
Но голос его произнёс:
- Ну, раз уж вы позвонили, то может, поделитесь мыслями?
Я затаилась:
- Какими?
- Любыми, - ответил мужчина. Марат Даниярович.
Я молчала, а он предложил:
- Давайте, я приглашу вас на ужин, и вы мне расскажите о себе?
На лбу появилась испарина.
- Нет! Я… вообще-то я не одна.
- В данный момент, или в целом? – ответил спокойно. Он словно играл. Потешался над тем, как я мнусь и робею.
- В целом, - ответила я и добавила, - Я встречаюсь с парнем и не собираюсь ему изменять.
- Так разве речь об измене? – парировал он.
- А о чём же тогда?
 
Я уже ощущала то самое чувство вины. Словно даже беседуя с ним по телефону, я уже изменяла тебе.
- Речь об ужине в приятной компании, - как ни в чём не бывало, ответил Марат. Даниярович!
«Да пошёл ты, мудила!», - подумала я. И поспешила разрушить иллюзии. Если он думает, все официантки такие. Только и ждут, когда их пригласят! То он глубоко заблуждается.
- Я не стану ужинать с вами. И не звоните мне больше! – отрезала я и прервала звонок.
«Ловыгина, ну ты и тупица. Ведь ты же сама позвонила ему», - прозвучал у меня в голове издевательский голос рассудка.
«Ну, и пусть», - раздражённо подумала я и простила себе этот глупый ответ.
На следующий день этот номер опять засиял на экране мобильного. Я как раз находилась на курсах.
- Простите, - сказала, сжимая мобильник в руках.
- Ловыгина, выйди! – сурово ответил учитель.
Я извинилась, прошла в коридор. Во время занятий в фойе было пусто. Курсы велись в дополнительном здании, сам институт находился левее. И там постоянно была кутерьма. Я втайне мечтала, как стану студенткой актёрского, как буду являться на пары, учиться и впитывать всё, чтобы после раскрыть свой талант. Ведь он у меня «на лицо и на тело».
- Алло, - тихо ответила в трубку.
В этот раз его голос звучал по-другому:
- Анна? Простите, я, очевидно, смутил вас своим предложением?
Я смягчилась:
- Ну что вы. Это вы извините меня. Я была так груба!
- Уже извинил, - усмехнулся Марат. Даниярович, и добавил, - Я чем-то могу вам помочь?
Этот звонок в неурочное время. Этот участливый тон… Я сдалась и позволила мыслям сорваться с обветренных губ:
- Скажите, а вы же банкир?
Он хмыкнул:
- В какой-то степени.
- Как это? – я растерялась.
- Ну, сфера моих интересов включает в себя и банковский сектор, - сказал деловито.
«Вот и отлично», - подумала я. Так держать! Деловой разговор.
И расправила плечи, желая озвучить вопрос по кредиту. Но как? Если слов не хватало. Назвать ему банк, сумму долга? Ведь он совершенно чужой человек…
- А что у вас за вопрос? – поторапливал он.
- Я… Мне…, - мне опять стало трудно дышать, - Ничего! Я передумала.
Послышался сдержанный смех:
- Какая вы непостоянная натура, Анна. Давайте я угадаю? Вам нужна консультация?
Я успокоилась:
- Да. Вероятно, вы правы. Нужна.
- Что ж, - его тон снова стал деловым, - Я дам вам номер своего приятеля. Хороший специалист и добрый самаритянин. Считает он лучше меня.
- Спасибо, - ответила я.
- Да пока ещё не за что, - отозвался Марат. Даниярович.
Вечером я позвонила мужчине по имени «Саша». Точнее, он был Александр Сергеевич, адвокат, финансист, юрисконсульт. В общем, умный мужик! И достаточно взрослый по голосу и по манере вести разговор. Услышав о долге, он выдал мне целую лекцию. О том, что деньги требуют счёт. Что нельзя обращаться бездумно с кредиткой. Что проценты, она же «пеня», существует для тех, кто не хочет платить.
Я вздыхала, кивала, ждала. Ощущая себя бестолковым ребёнком, который попался на удочку взрослых людей.
- Какой банк?
- Ветабанк, - произнесла торопливо.
Александр Сергеевич выдохнул:
- Так. Ваше полное имя?
- Моё? – отозвалась растеряно.
- Да, - произнёс, - Вы должница?
Я нахмурилась:
- Мама. Ловыгина Лена Георгиевна.
Он хмыкнул:
- Отлично! Постараюсь узнать у коллеги из банка про вашу ситуацию.
Помню, подумала: «Разве так можно?» Разве нет между банками тайн? Или, между коллегами тайн не бывает? Ведь я же не знала тогда всех нюансов финансовых дел.
Время шло. Ничего не менялось. Этот хрен не звонил! А Марат Даниярович тоже пропал. Перестал появляться у нас в ресторане. Я решила, что это – конец. И ждала, потеряв веру в лучшее, когда дело дойдёт до суда.