Мой Истинный Альфа (СИ)

— Не знаю… Обычно как-то равнодушна… — ответила Маша неторопливо. — Но уже неделю где-то в меня прям бес вселился. Могу хоть только шоколадками и конфетами одними питаться. Странно, конечно…
Ничего странного. Как раз это было вполне ожидаемо и логично. Повышенная восприимчивость к глюкозе. Агрессивная реакция собак. Бессонница. Эмоциональная нестабильность. Не сходилось лишь то, что вчера ночью у озера так ничего и не произошло. Вот это было странным…
— Сав?..
— Да?..
— А долго тебе тут ещё возиться? А то я замерзаю, а без тебя идти обратно не хочу.
Невольно я улыбнулся одним уголком рта. Потом быстро покончил с развешиванием заговорённых амулетов, и мы с моей дурындой пошли в дом.
  
Глава 28. Дилар
 
Вся Стая выстроилась передо мной стеной — свирепым, беспощадным полукругом, объединённым общей жаждой скорейшей мести. Каждый стоял наизготове, каждый пылал праведным огнём отмщения. Каждый волколак из Объединённого Клана Белых сгорал от нетерпения ринуться в бой. Мои собратья, будь то чистокровные, полукровки или те, кто встал под моё начало после падения Серых, после оглушительной революции в рядах Чёрных, — все до единого готовы были сегодня умереть во славу нашего правого дела.
Но сегодня я не желал потерять никого из своей Стаи. Сегодня мы должны были только разыскать человечку. Увы, она уже являлась не столь беззащитным ягнёнком, каким пришла в мой дом. Уже тогда нужно было принимать меры. Собратья возмущались, обвиняя меня в чрезмерной мягкости. Но им было невдомёк, даже после такого количества унесённых войной волколачьих душ, что не всё в нашем мире должно решаться бойней.
Кроме того, я всё ещё не пришёл к окончательному мнению, что следует делать с Марлоком. Но им я готов был в крайнем случае пожертвовать, чтобы удовлетворить кровавые аппетиты собратьев.
“Стая! — обратился я к войску, рычащему и скребущему землю когтями. — Мы идём на охоту. Мы будем действовать в согласии друг с другом, но от каждого будет зависеть успех нашего дела. Мы ищем троих. Нашего бывшего собрата, вероломно предавшего Клан. Действуйте с ним осторожно, но жёстко. Я хочу его допросить. Он серьёзно ранен и не сумеет сопротивляться. Однако в первую очередь нам требуется найти человечку по имени Мария. Я запрещаю наносить ей тяжкий урон. Первостепенная задача — выяснить её местонахождение. Поскольку у человечки есть покровитель — трусливый и изворотливый, бывший Альфа Чёрных. Некоторые из вас знакомы с ним достаточно, чтобы понимать, насколько он опасен. И силён. Чрезвычайно силён. Сколько ни были вы храбры и самоотвержены, выступление против Сагарта один на один приравнивается к самоубийству.”
Стая зарокотала. Разъярённые глаза извергали гневные искры. Смертоносные когти полосовали почву. С обнажённых клыков текла слюна. А шерсть на загривках волколаков вздыбилась подобно шипам.
“Смерть! Смерть!!! — скандировали волколаки. — Смерть Чёрным! Смерть предателю! Смерть человечке!”
Выждав, когда волна гнева немного схлынет, я продолжил:
“Мои собратья, близка та ночь и тот час, когда мы окончательно поквитаемся с Кланом Чёрных. Не станет ни одного живого волколака из чужих Стай в радиусе ста километров от Столичной Вотчины. Пусть бегут за Урал, если им ещё дорога их шкура, а не околачиваются поблизости. Осталось недолго терпеть. Наше время грядёт! Луна на нашей стороне. Мы — Избранные Луной! Эти земли наши по праву! Но сейчас от каждого из вас зависит, насколько мы станем близки к этому моменту Высшей Справедливости. Я не позволю пролиться попусту и капли крови любого из вас. Поэтому мы нападём на Сагарта только все вместе. Вы поняли меня? Только вместе. И если он попросит пощады, мы дадим ему шанс вступить в наши ряды.”
“Сагарт ни за что не присягнёт другому Альфе”, — услышал я Евтаха, который знал, о чём судит.
Он и сам некогда ходил под Сагартом, когда тот ещё был Альфой в смутное время долгого перемирия, когда Белые были вынуждены довольствоваться задворками Столичной Вотчины, а Серые ещё заполоняли собой львиную долю лакомой территории. Те времена прошли. Мы стали сильнейшими. И придя к власти я не позволил Чёрным ошиваться даже на задворках. Пусть теперь кормятся по провинциям, бесконечно вступая в схватки с маленькими местными стайками, которые даже Кланами назвать — слишком высокая честь.
 
Серые уже канули в Лету, несмотря на то, что мнили себя непобедимыми. Старик Нетарх двадцать лет назад здорово облажался, когда не позволил своей Стае прикончить человечку, которой он отозвался. Таким образом он прикончил свой Клан. И пока Чёрные гонялись за обезглавленными Серыми, уничтожая и их, и себя, мы, Белые, ждали. Ждали своего часа. Копили силы, берегли собратьев, принимали под свою защиту всё новых и новых членов.
Я был первым, кто воспользовался стратегией Нетарха и разрешил чужакам стать своими. Он ведь так и нарастил мощь Клана Серых — за счёт огромного количества перебежчиков после Великой Волколачьей Войны. Единственное, в чём Нетарх здорово просчитался, так это в том, что никому не был нужен его шаткий мир. Если главенствовать, то тотально. Всюду. У Клана волколаков не может быть соседей, могут быть только враги, на которых ты не нападаешь лишь потому, что ещё попросту не пришло время.
Но когда оно придёт…
“Мы будем беспощадны к тем, кто не с нами, — пообещал я собратьям. — Но у наших врагов всегда должен оставаться выбор — идти с нами или…”
“Смерть! Смерть! Смерть!”, — хором поддержали Белые.
“Смерть, — прорычал я в унисон с ними. — Это цена свободы. Цена неповиновения. Цена, которую заплатит каждый, кто встанет у нас на пути и посмеет усомниться в нашей Избранности.”
Из полукруга шагнули вперёд Свирая и Отор — брошенные Нетархом единокровные брат и сестра, которые первыми присоединились к моему Клану, когда Альфа Серых, их родной отец, совершил вопиющее предательство. Они более других заждались часа расправы.
“Мы пойдём вместе с сестрой, — выступил Отор. — И если найдём человечку, вдвоём нам будет по силам достать её.”
“Нет, собратья, — я приглушил общий гул, моментально поддержавший предложение. — Нет. Каждый из нас идёт по отдельности, но всегда находится на достаточном расстоянии с ближайшим собратом, чтобы слышать друг друга. При обнаружении цели мы быстро передадим по цепочке нужное местонахождение и соберёмся все вместе. Только после этого атакуем.”
“Отор сможет отвлечь, а я выдерну девчонку! — пустилась в спор Свирая. — Возьму её как заложницу. Сагарт сам отступит!”
“Если она ему не настолько нужна, как кажется, он просто убежит, — ответил я. — И мы снова его упустим. А если нужна, он будет драться до последнего вздоха. Я не буду вами рисковать.”
“Я могу быть третьей с ними!” — вызвалась Нетая.
“Нет! — на сей раз мне пришлось оглушить собратьев настоящим рёвом Альфы, только после этого споры прекратились. — Мы идём цепочкой. Прочёсываем по горизонтали всё Приграничье. Зону за зоной. Квадрат за квадратом. И смыкаемся все разом только у цели.”
“Но ведь Марлока я могу взять один?” — Горан хищно сверкнул очами.
Ему я был вынужден уступить. Мой близкий собрат пострадал от личного оскорбления другого близкого собрата. Горан имел право хотя бы на небольшую месть.
“Докажи своё превосходство и приведи Марлока живым”, — решил я.
Горан недовольно сузил глаза, сморщил нос и тихо полязгал клыками. Он понял мой намёк.
“Вперёд, собратья! Да поможет нам Луна!”
Сорок четыре сгустка ярости и силы в мановение ока рассредоточились в одну линию. Вскоре мы пустились бегом, не ведая ни преград, ни страха.
Да поможет нам Луна.
  
Глава 29. Маша
 
В очаге мерно потрескивали горящие поленья. Тепло и свет пламени обволакивали нашу тесную комнатку. Макар то и дело засыпал, а во сне иногда вздрагивал и тихо подвывал. И тогда Ринка принималась его гладить, напевала ему что-нибудь на ушко, и он успокаивался, смирел и стихал в её объятьях. И несмотря на то, что Сава считал эту парочку — полнейшим безумием и ужасом, я видела в них настоящие, хоть и непонятные мне, чувства.