Отец моей подруги. Тайная беременность (СИ)

Ухмыляюсь. И ты, Ася, еще смеешь в чем-то ее обвинять? Пусть даже и мысленно. Какая из меня лучшая подруга теперь? Скорее уж… худшая…
Буйство эмоций дает плоды и на глаза опять наворачиваются крупные градины слез. Соберись, тряпка!
Закусываю губу. Замираю возле дверей, чтобы подождать, пока Пашка уйдет. На прощание он безмятежно чмокает Катю в щеку.
- Кать… - нагоняю подругу уже возле парка. Ноги у нее явно длиннее моих и ходит Катя гораздо быстрее, а я вдруг резко стала какой-то слегка не спортивной. - Ты чего в универе не появляешься? - ляпаю глупый вопрос, который первым приходит на ум.
Оборачивается. Немного хмурится. И тут же демонстративно ускоряет свой шаг, бросая короткое "Я на больничном".
- Да подожди ты! – кричу я, запыхавшись. – Давай поговорим! Пожалуйста!
- Нам не о чем разговаривать. – огрызается и я четко улавливаю в ее интонации такие же нотки, как у Светланы. Высокомерные, даже презрительные.
- Кать! – обгоняю ее, придерживая за плечо, заглядываю в глаза. – Я прошу.
Сомневается. Вижу. Будто хочет меня выслушать, но что-то ей сильно мешает.
- Ради всех лет, которые мы общались. –шепчу горячо. – Я прошу тебя.
Закатывает глаза. Кивает на лавочку неподалеку.
- Ты имеешь полное право меня ненавидеть… - начинаю я осторожно, когда мы присели.
Катя фыркает. Для нее это и так очевидно.
- Но, Кать… Я клянусь тебе всем, чем угодно, я понятия не имела, что он твой отец, когда познакомилась с ним.
Подруга воинственно складывает руки в районе груди. Перекидывает одну ногу через другую и агрессивно ею покачивает.
- Мда? – язвительно отзывается. – Допустим. Тогда почему вместо того, чтобы рассказать мне все начистоту, ты продолжила с ним… - ее лицо болезненно скривилось. Неприятно было даже думать обо мне и ее папе в таком ключе. Понимаю. И мне было бы неприятно. Но ничего уже не поменять.
- Кать…, я не хотела. То есть… Я не должна была…
- Но все же, хотела?
Опускаю голову.
- Хотела…
- Ася! – взрывается девушка. – Ты что, не могла найти себе парня по возрасту?! Он же…! Ну он же тебе самой в отцы годится! – с негодованием отчитывает меня подруга. – Мне даже думать об этом противно!
- Да…, знаю. – вздыхаю. – Но ты ведь должна понимать…, сердцу не прикажешь. Неужели ты думаешь, что, если бы у меня был выбор, я бы так поступила с тобой?
Пронзительно посмотрела подруге в глаза.
Я ведь знаю тебя тысячу лет. Мы ведь всегда были не разлей вода. Я прошу, умоляю, не злись. Не наказывай меня так. Я просто не смогла противостоять своим чувствам.
- У тебя он был! Был у тебя это чертов выбор! – Катя обвиняюще нахмурила брови. Но в голосе не осталось злости и ярости. Только обида. Зато в такой концентрации, что на миг я и вовсе потеряла надежду ее в чем-либо разубедить.
Осторожно прикоснулась к руке подруги.
- Не было, Кать. – призналась почти шёпотом. – Я люблю его.
Катя знает меня как свои пять пальцев.
Она понимает, что такими словами я бы не стала раскидываться.
Она не сможет мне не поверить.
Дерзкий, пытливый взгляд. Минута, вторая… Выдерживаю его.
Девушка откидывается на спинку скамейки.
- Да, блин, Ася! – вскрикивает она слегка раздраженно. – Ты не могла вляпаться в кого-то другого?!
Я еще целую секунду сижу, боясь даже шелохнуться и улавливаю изменения в ее голосе и настроении. С надеждой гляжу на подругу.
Она старается оставаться серьезной, но губы уже сами собой растягиваются в улыбке.
Еще через миг мы смеемся. Тихо так, почти что беззвучно. Аккуратно. Будто боясь спугнуть эту хрупкую лёгкость, что к нам возвращалась. Но, черт побери, это был самый искренний смех в моей жизни…!
- Что, правда любишь? – спросила подруга спустя пару минут.
Я сложила домиком бровки. Закивала поспешно.
- Люблю.
- Горе ты луковое! – с наигранным осуждением.
И эти ее ругательства отзывались теплотой в моем сердце. 
- Мхм… - я не удержалась и жалобно шмыгнула носом. – Горе… Луковое. И беременное…
Подруга сдержала смешок.
- Да, Господи! Ты теперь постоянно реветь будешь?! – притянула меня к себе и чмокнула в макушку.
 
Так мы и сидели обнявшись, смотрели на проходящих мимо людей. Думали о своем.
- Кать, твоя мама меня, кажется, ненавидит. – со вздохом выдала я.
- Не беспокойся. - хохотнула подруга. – Иногда мне кажется, что она даже меня ненавидит.
Я выпрямила спину.
- Она приходила на днях.
- В нашу квартиру? – Катя выпучила глаза.
- Угу. А у меня там мама была… И в общем…
- Прости… - ошарашенно выдала девушка.
Махнула рукой.
- Тебе то за что извиняться? – я передернула плечами и уставилась куда-то вдаль, вспоминая обрывки того разговора.
- Это я рассказала матери все про тебя и отца. – призналась подруга. – И про ребенка. – она кивнула на мой живот. – Я в тот день так зла на тебя была….
- Я бы поступила на твоем месте так же… - откровенно призналась. Злиться или обижаться на Катю я точно сейчас не могу. 
Катя вдруг замолчала. Атмосфера между нами снова переменилась. Резко и бесповоротно. Подруга задумчиво шаркала ногой, разглядывая носок своих туфель.
- Ась, слушай… - начала она не слишком уверенно.
Я затаилась. Сердце от чего-то застучало быстрее.
- Тебе поговорить нужно с ним…
- С твоим папой? – выдохнула я взбудоражено.
- Да.
Качнула головой.
- Не думаю, что он этого хочет. Он… мне не отвечает, и…
Катя вдруг встрепенулась. Схватила меня за руку.
- Хочет! – кинула убеждающий взгляд.
- Нооо… - я растерянно заморгала. Поверить не могу, что слышу это собственными ушами от Кати. Она что, пытается меня с деканом свести? Нееет… Быть такого не может.
Мне казалось, что по этому поводу уже все предрешено.
Разумеется, Светлана сказала мне правду. Если бы он хотел продолжить со мной отношения – хоть на звонок бы ответил… Я ведь не такая уж глупая. Способна понять, когда человек во мне не нуждается… И где-то внутри себя я уже была на пороге того, чтобы принять очевидную мысль «между нами все кончено».
- Ась! Ты пойми, он… Он… - горячо затараторила вдруг подруга. – Ты просто поговори с ним, ладно? Вот прямо сейчас! Прямо сейчас иди и поговори!
Я растерянно огляделась по сторонам. Это что, шутка? Какой-то розыгрыш? Катя сама меня толкает на разговор со своим же отцом?!
- Кать…, ты чего? – я внимательно ее оглядела. А вдруг вся эта ситуация так сильно на нее повлияла, что моя Катя немного рассудком поехала…?
- Ничего! – буркнула девушка. Сжала кулачки. Припечатала меня взглядом к скамье. – Просто поговори! Я не хочу! Не хочу быть виноватой потом!
- Эй… - аккуратно дотронулась до ее плеча. – Не переживай так. В чем виноватой то…?
- Ни в чем! – по щекам девушки пошел яркий румянец. – Скажи мне, пойдешь к нему? Попробуешь поговорить?
Еще миг, и она за плечи начнет меня трясти, выбивая душу. Да я в этом просто уверена.
Отстранилась на всякий случай. Дружба дружбой, а инстинкты то все же не дремлют.
- Нууу… хорошо… - и только после того, как я это произнесла, дошло на что именно согласилась.
Идти к Резникову! Самой! После всех этих бесконечных дней его молчания, говорящего само за себя!
И что я ему скажу?
Как-то неосознанно руки сами собой легли на живот.
Я знаю что.
Катя будто прочла мои мысли. Проследила взглядом за моими руками. Кивнула.
- Ты… в этом… уверена…? – произношу так тихо, что сама еле слышу. – А как же твоя мама… Она просила меня не говорить…
На секунду подруга робеет. И я точно знаю, что на эту секунду ее сознание вновь подчиняется власти матери. Та всегда имела на Катю слишком большее влияние.
Но нам с ней уже давно не по пять… И мы с ней уже способны принимать решения каждая за себя.
- Я на твоей стороне. – выдохнула подруга решительно.
Что случилось за этот короткий срок? Что поменялось? Почему Катя вдруг повела себя именно так? Почему сама попросила меня поговорить с ее папой?