Александра Коллонтай. Валькирия революции

Письмо К. Цеткин на имя А. М. Коллонтай об опубликовании в скандинавской печати воззвания к женщинам мира. 10 ноября 1914. Подлинник. Машинописный текст на немецком языке, подпись — автограф К. Цеткин. [РГАСПИ. Ф. 134. Оп. 1. Д. 424. Л. 1]
Дело было в декабре 1914 года. В Копенгагене Александру Коллонтай ждал не лучший прием: она никогда не состояла в добрых отношениях с датскими социалистами, а датская полиция давно к ней присматривалась. Потратив месяц на поиски занятия, сообразного ее деятельности, она с радостью приняла приглашение отправиться в Норвегию.
В этой стране ей нравилось все. Норвежские левые решительно выступали против войны и проводили демонстрации, отбросив всякую осторожность. Многие русские нашли здесь пристанище, и норвежские полицейские уделяли меньше внимания неугомонной изгнаннице, чем их шведские и датские коллеги. Коллонтай было хорошо в Норвегии: здесь она чувствовала себя свободно, будучи очарована великолепием пейзажей и наслаждаясь теплым приемом со стороны властей и местных жителей. Норвегия надолго стала ей второй родиной. Здесь Александра могла без опаски окунуться в политическую деятельность и писать в свое удовольствие.
Вот почему, едва устроившись, она установила контакт с супругой лидера норвежских левых социалистов Адама Ниссена и вместе с ней провела подготовку к празднованию Женского дня 8 марта 1915 года. Однако Коллонтай намеревалась отметить этот день на свой манер, превратив его в мирную демонстрацию или даже в оружие мира. Вместо того чтобы 8 марта обсуждать социальные вопросы и права женщин, планировалось организовать демонстрации во всех странах, вывести на улицы женщин с антивоенными лозунгами и сделать из них защитниц идеи мира.
Затем Коллонтай узнала, что Ленин собирался провести в Швейцарии подобное мероприятие, на которое должны съехаться женские делегации из нейтральных и воюющих стран. Она сразу решила объединить оба плана в один, но столкнулась с трудно устранимыми организационными сложностями, прежде всего с нехваткой времени для подготовки совместных демонстраций и непростой процедурой получения швейцарских виз. В конечном итоге ей пришлось отказаться от своей затеи и наблюдать за тем, как отмечали 8 марта в Берне. Она поведала о своем разочаровании Крупской. Если Александра и имела желание поучаствовать в мартовской демонстрации, организуемой Лениным, то лишь потому, признавалась она, что знала, сколько социалистам пришлось пережить, чтобы навязать свою линию.
Большинство женщин, собравшихся в Берне, сосредоточили усилия на борьбе за мирные требования. Но женское меньшинство во главе с Крупской и Златой Лилиной, женой Григория Зиновьева, который тогда был очень близок с Лениным, желало внести в программу манифестации лозунг о превращении войны в войну революционную и обновлении социал-демократического движения, ставшего слишком умеренным. В сущности, это меньшинство на самом деле предлагало основание нового Интернационала.
Хотя Коллонтай сдержанно относилась к лозунгу о революционной войне, идея обновленного Интернационала соответствовала ее взглядам и способствовала ее сближению с Лениным. В апреле 1915 года она опубликовала в газете «Наше слово» серию статей о немецком социал-демократическом движении и о войне. В них она критиковала отказ немецких социал-демократов от интернационализма в августе 1914 года. Так как СДПГ всегда рассматривалась как образец для подражания и флагман европейского социализма, критика Коллонтай выдвинула Ленина в авангард социалистического движения и поставила его в положение единственного истинного поборника идеалов интернационализма. Ленин одобрил эти статьи, и Крупская сообщила об этом Коллонтай.
Статья А. М. Коллонтай о падении рождаемости в Германии «Материнство, насаждаемое полицейскими мерами». 1914. Подлинник. Автограф А. М. Коллонтай. [РГАСПИ. Ф. 134. Оп. 1. Д. 87. Л. 1–4]
 
Одобрение сопровождалось приглашением к сотрудничеству в журнале «Коммунист», только что созданном Лениным. Коллонтай сдала длинную статью под названием «Почему молчал пролетариат Германии в июльские дни?» [3]. Ответ напрашивался сам собой: потому что СДПГ и профсоюзы подталкивали пролетариат к сотрудничеству с буржуазией, вместо того чтобы призвать его отстаивать собственные интересы. С лета 1915 года Коллонтай примкнула к Ленину, о чем свидетельствует статья «Кому нужна война?» В этом тексте она проводила мысль, что война будет использована социалистами для развязывания гражданских войн, но вместе с тем автор оставалась верна пацифистской линии. Аналогичным образом она дистанцировалась от анализа империализма, предложенного Лениным, который выступал за временный союз буржуазии с пролетариатом и крестьянством ради изматывания империализма, то есть развитых стран, и изгнания их из колоний. Многие, даже такие близкие к Ленину большевики, как Николай Бухарин и Георгий Пятаков, выступили против этого призыва поддержать тягу народов к самоопределению, утверждая, подобно Розе Люксембург, что всякое сотрудничество с буржуазией идет вразрез с интересами угнетенных. Коллонтай согласилась с ними.
Однако Ленин еще до этого понял, что ему дает поддержка столь влиятельной личности, способной отстаивать свои идеи на нескольких языках и убеждать всех своих слушателей и читателей. Он предпочел не заметить сдержанности Коллонтай и счел, что она присоединилась к его лагерю. К тому же близившееся лето 1915 года было важным моментом для сторонников Ленина в связи с подготовкой им Международной социалистической конференции в Циммервальде, на которую Ленин, Троцкий, Анжелика Балабанова и швейцарец Роберт Гримм намеревались созвать всех противников войны. Вернувшиеся в Норвегию Коллонтай и Шляпников оказали Ленину ценную помощь, убедив шведских и норвежских социал-демократов поехать в Циммервальд и поддержать там проект обновления Интернационала.
Предисловие А. М. Коллонтай к I и II изданиям книги «Общество и материнство» и оглавление к первому изданию с материалами. Сентябрь 1915. [РГАСПИ. Ф. 134. Оп. 1. Д. 95. Л. 1–3]
Именно в эти месяцы, когда Коллонтай была так занята редактированием статей, встречами с социалистами из Скандинавских стран, в ходе которых она страстно отстаивала ленинские тезисы, наша героиня приступила к написанию еще одного амбициозного труда под названием «Общество и материнство». Здесь она формулировала идеи, которые давно вынашивала: женщины должны быть освобождены от тягот материнства, чтобы иметь возможность работать вне дома, ибо, только активно участвуя в социальной жизни, они могут раскрыть свой потенциал. Если мать дает жизнь ребенку, вскармливает его, то общество, получающее в результате этого нового члена, обязано по истечении нескольких месяцев принять у женщины эстафету. Работа над книгой неоднократно прерывалась из-за поездок Александры. Тем не менее она успела закончить книгу и опубликовать ее в 1916 году — до того как в ее родной стране грянула революция. В книге содержались все предложения, которые Коллонтай будет стараться претворить в жизнь после прихода к власти.
Однако в ожидании этого момента, о скором наступлении которого она и подумать не могла, Александра Коллонтай доверяла свои мысли бумаге, находясь в норвежском отеле. Внезапно ей поступило предложение, которое ее воодушевило. Немецкое отделение американской социалистической партии пригласило ее в США для проведения лекционного турне. Предложение оказалось весьма кстати. Александре приходилось нелегко: лекции редко оплачивались, статьи практически не приносили дохода, и она осталась почти без денег. В своем дневнике она записала: «Я обезумела от радости, едва могу в это поверить».