Мой истинный - отступник (СИ)
А пока мы наслаждались поцелуями и много разговаривали.
Я без утайки рассказала ему о своей жизни. Даже о тех моментах, о которых я не могла сознаться его родителям, моему истинному я говорила легко и непринужденно. В его объятиях я, признаваясь в бедности и страхе, не испытывала стыда. Ему я призналась и в краже зерна в Храме Спящих. Сэм отреагировал очень бурно — аплодисментами, засмущав меня до крайности.
— Ты очень смелая девушка, Марлена, — гордо произнес он. — Верная, самоотверженная и честная.
— Но… — я хотела возразить, что честность никак не может сочетаться с грабежом самих богов.
— Я люблю тебя, Марлена Мортон. Я счастлив, что Спящие одарили меня тобой.
Глава 12
Такова воля богов
Следующая неделя моего пребывания в городе отступников прошла слишком спокойно. Это был настолько тихий период моей жизни, что мне становилось не по себе. Ну не может же так резко закончиться черная полоса? В душе поселилась смутная тревога, но я никак не могла найти ей объяснений.
Сэм вел себя великолепно, мы каждый вечер выходили из дома прогуляться, только дело ни разу не доходило до чего-либо непристойного. Разговоры, объятия, невинные поцелуи. Мне очень нравилось такое времяпрепровождение. Но…
Что-то не давало мне покоя, что-то неясное тяготило меня. У меня зрело твердое убеждение, что над нашими головами сгущаются тучи.
Однажды вечером я не выдержала и прямо рассказала матери Сэма о своих странных предчувствиях. Она же, в конце концов, еще и ведьма! Но, если честно, мне очень хотелось, чтобы она развеяла мои опасения. Сказала бы, например, что это предсвадебный синдром, или что-нибудь в этом духе. Или, может, что многое еще предстоит сделать, а переворот в королевстве — он любого в него посвященного сведет с ума.
Но нет. Лилиан внимательно выслушала мои сумбурные заявления, прозорливо порадовалась тому, что я решила не рушить путы истинности (я сказала «прозорливо», потому что просила Сэма не говорить никому о принятом мною решении, уверена, он не из болтливых). Помедлив несколько мгновений, ведьма предложила:
— А давай погадаем?
Ее муж, до этого делавший вид, что читает книгу, эту самую книгу выронил.
— Не так, как в прошлый раз, — бросила фразу Джеймсу женщина, а мне подмигнула. — Сегодня ночью будет очень удачное время для гадания — полнолуние.
Ее муж зашелся в кашле.
— Не надо так переживать, дорогой, — Лилиан подбежала к своему любимому, похлопала его по спине. — Обещаю, как в тот раз не повторится точно!
Зашедший в это время в комнату Сэм посмотрел на отца, перевел взгляд на мать и категорично заявил:
— Никаких гаданий, мам!
— Но…
— Нет, — отрезал мой истинный, его отец с усердием несколько раз покивал в знак полнейшего согласия с сыном.
— Да мы же…
— Скажи, о чем ты хочешь узнать? Гадание не даст тебе правильных ответов, но может внушить тревогу, — перебил возмущенную ведьму сын. — Мы обо всем поговорили, мы все решили: забираем Сердце Дракона, идем в королевство, свергаем Элири, женимся, занимаем родовые земли Мортонов и основываем новую династию.
— Как у тебя все просто звучит! — всплеснула руками Лилиан.
— А зачем усложнять?
— А зачем вам идти к Первому Храму⁈
Я обреченно простонала и опустилась на стул, Джеймс вновь уткнулся в книгу. Между ведьмой и ее сыном вновь начинался прежний спор. Они никак не могли найти компромисс. А совсем недавно я подтвердила догадку Лилиан, что у нас отпала серьезная причина идти к Первому Храму. Ой! Я хотела было встать и укрыться в своей комнате, но Сэм, очень чутко улавливавший мое настроение, подошел и крепко взял меня за руку, затем обернулся к матери:
— Ты знаешь, зачем. Мы обещали добыть для королевы Сердце Дракона.
— Мы все, — на слове «все» Лилиан сделала акцент и покосилась на мужа, но тот не поднял носа от своей книги, — знаем, что причина, по которой вы собирались в Храм совсем иная. Королева приказала вам разрушить путы истинности. Но теперь, — она махнула рукой на нас, — вам этого явно не нужно.
Сэм нахмурился, я сжала его руку, надеясь, что он догадается.
— Понял, — шепотом проговорил Сэм мне на ухо, а затем громко сказал, — Мама, королева во всеуслышание заявила условие, при исполнении которого все отступники смогут легально вернуться в королевство. Мы выполним это ее условие.
Он упрямо воззрился на мать, та отвечала не менее упрямым взглядом.
— Я тебя прошу, обойдемся без гаданий! — с нажимом проговорил парень.
Его отец подошел к Лилиан, обнял ее за плечи.
— Я просто очень боюсь, — неожиданно всхлипнула ведьма.
От ее слов и слез мне стало сильно не по себе. Меня и так преследовали смутная тревога и нарастающая боязнь нашего нового приключения по Диким землям. Но когда ведьма тоже боится… Я огромным усилием воли подавила готовую уже выплеснуться панику и тоже подошла к Лилиан.
— Ты что-то знаешь, — я не спрашивала, утверждала. — Скажи нам, что ты видела.
О том, что его мать имеет способность видеть будущее, Сэм меня просветил в один из наших с ним вечеров, он сказал это вскользь, как само собой разумеющееся. Но теперь реакция ведьмы становилась понятнее.
— Почему ты не хочешь, чтобы мы шли к Первому Храму? Почему? — настойчиво повторила я.
Она посмотрела на меня затуманенным взглядом и тихим голосом произнесла:
— Вы все равно пойдете. У вас нет выбора. Такова воля богов.
* * *Мы ушли на следующее утро, хотя собирались пробыть в городе еще минимум неделю, но Сэм пришел вечером и заявил, что надо закончить это дело, ему невмоготу было видеть мать в таком состоянии.
— Быстро добудем камень и вернемся, Марлена, — говорил он мне, нежно обнимая. — До Храма пара дней пути, если использовать наши тропы. А я уже восстановил Силу, мы с тобой сможем по ним пройти.
— Хорошо, — просто ответила я, но на душе скребли кошки.
* * *Мы ушли на следующее утро, оставив за спиной зареванную ведьму, обиженного Фезира и мрачного Джеймса.
Лилиан рыдала, уже не скрываясь, когда провожала нас. Она делала попытки остановить сына, но тот потребовал четких объяснений. По каким-то причинам она их дать не могла.
Фезир обиделся, когда узнал, что вынужден будет остаться с родителями Сэма. На это была очень веская причина. Родовой дух — наследство Старых богов. Очевидно, что Спящие Боги не будут рады видеть его в своем Храме.
Мрачность Джеймса объяснялась еще проще — зареванная жена-ведьма и запертый в чулане очень злой родовой дух, которого еще предстояло задобрить.
Напоследок Лилиан крепко обняла меня и горячо прошептала несколько слов мне на ухо.
Я не поняла их тогда.
«Ты ни в чем не виновата, Марлена. Это его путь. Такова воля богов».
* * *Мы шли уже пару часов по лесу, говорить не хотелось ни мне, ни Сэму. На душе скребли кошки, а на сердце было тяжело от ощущения неотвратности грядущего будущего. Протоптанная довольно широкая тропа позволяла идти, не боясь подвернуть ногу, но я шла, почти не поднимая головы. Все думала, думала.
Что может случиться? Что могла увидеть ведьма в своих видениях? И эти ее странные слова…
— Скажи, Сэм, а как ты думаешь, что на самом деле такое «путы истинности»? — я задала этот вопрос просто, чтобы начать говорить хоть о чем-нибудь. Идти в молчании становилось тягостно.
— Очень интересный вопрос, Марлена, — улыбнулся мне парень и взял за руку, от его прикосновения тут же пошла приятная дрожь по всему телу. Вот так держать бы его вечно, сидя где-нибудь возле камина в собственном замке, а не идти туда, где вскоре должна свершиться воля богов…
— А все же? — не сдавалась я, покрепче сжимая его руку.
— Насколько рассказывали мне, истинность — это великий дар богов, Спящие желали своим созданиям счастья, — Сэм отодвинул ветку, чуть не стукнувшую его по лбу, и продолжил, — Каждый мир наделен источниками магии, совсем редко некоторые из них бездействовали или, что чаще, были разрушены неправильным использованием. Так вот, все создания наделены способностью взаимодействовать с миром, конечно же, с помощью магии. Чем сильнее способности, тем, соответственно, ярче взаимодействие…